Гарем стервозных мажорок 2 (СИ)

«Н-да, Анжелика есть Анжелика — вечно что-то придумает, вечно с кем-то враждует», — ухмыльнулся парень и тоже оглянулся в сторону группки японцев — у него в памяти шевельнулось нечто такое, что показалось ему крайне важным, но пока что было скрыто от понимания.
Возле касс уже был ажиотаж — само по себе довольно обширное пространство в этой части вестибюля было заполнено десятком столиков с четырьмя мягкими стульями возле каждого, за которыми уже сидели люди и что-то живо обсуждали, размахивая разными листками, и несколькими среднего размера кипарисами в горшках, которые довольно хорошо разделяли поток людей по кассам. Негромко лилась музыка из установленных под потолком динамиков — какой-то бодрый военный марш, стоял шум от голосов, и Виктор с Анжеликой тем временем пристроились к ближайшей очереди.
— Вон экран, видишь? — показала она куда-то налево, и Виктор заметил большой экран, на котором в качестве заставки был всадник, скачущий по полю — заставка примерно каждую минуту перемежалась со списками котировок на первые заезды.
— Да, тотализатор.
— Сейчас возьму программку и предварительные котировки на следующие раунды, а пока сразу поставим на третий номер в первом заезде, — заявила брюнетка, переминаясь с ноги на ногу и оглядываясь вокруг — ей явно нравилась атмосфера этого события, как понял Виктор.
— Почему именно на «тройку»? Откуда ты знаешь? — скептически поинтересовался Виктор.
— Милый, кто из нас специалист в этих делах, а? — Анжелика, которая стояла спереди, полуобернулась к нему и улыбнулась краешками губ.
— Ну, допустим — ты, и всё равно — почему?
— Это первый женский заезд, самый разогрев, а потому здесь нет явного фаворита. Третий номер — это рысак из «Олимпийского конкура» — есть такой клуб со своим конезаводом в Малоярославце, у них очень выносливые кони, которые стабильно держат темп на дистанции и не выдыхаются в самом конце. Звезд они не хватают, но в таких заездах хорошо себя показывают, — тоном знатока рассказала Анжелика, пару раз оглянувшись по сторонам.
— Сколько их стартует?
— Восемь, милый, — просветила парня брюнетка.
— А остальные семеро — совсем плохи, что ли?
— Нет, примерно такого же уровня, но немного хуже. Кроме того, я уверена в жокее, — подмигнула парню Анжелика.
— Ну хорошо, дело твоё, — пожал плечами Виктор, который не видел смысла спорить или отговаривать её.
«Её же деньги, в конце концов», — Виктор тоже рассматривал публику, и как раз подошла их очередь.
— Тысячу рублей на победителя в первом разогревочном заезде — третий номер, — авторитетно заявила Анжелика, доставая из сумочки кошелёк.
«Нормально зарядила», — снова покачал головой Виктор — сквозь толпу на несколько секунд в его поле зрения попала группа японцев — они шли вдоль противоположной от входа стены и скоро скрылись из виду.
— Уважаемая госпожа, динамическая котировка поменялась и составляет один к четырем целым трем десятым, — услышал Виктор голос кассира.
— Падает, значит. Ставьте и дайте программку и предварительные котировки на все сегодняшние заезды, — решительно сказала Анжелика, протягивая деньги в окошко кассы.
— Прошу, уважаемая госпожа. Удачного вечера, — кассир выдал квитанцию и несколько листов разного размера.
Виктор и девушка отошли от кассы — он помог ей сложить ворох листков, отпечатанных на глянцевой бумаге.
Толпа в кассовой зоне была довольно плотной, а кроме того, дамы не пожалели парфюма, и Виктор поскорее захотел на свежий воздух — ароматы хоть и были приятными, но их смесь была далеко не райской.
— Пойдем на трибуны или куда-нибудь, — предложил он Анжелике, которая снова остановилась у одной из колонн и что-то искала в сумочке.
— Милый, заезд начнется только через двадцать минут, я хочу посмотреть на публику — тут есть знакомые лица, с которыми я хочу пообщаться чуть позже, — ответила она, с интересом наблюдая за людьми.
— Мне не нравится эта смесь духов — здесь же невозможно находиться, — процедил парень.
— А, запахи ядрёные, конечно — здесь весь московский бомонд, как ты хотел, — усмехнулась Анжелика и провела пальцами по его щеке: — Тебе нехорошо?
 
— Я бы предпочел выйти на улицу.
— Ну ладно, пойдём — кого хотела, я увидела, — Анжелика кокетливо улыбнулась и показала рукой в сторону небольшого панорамного окна, как раз напротив кассовой стойки: — Нам туда, выйдем через боковой коридор.
— Идём, — согласился Виктор, который ощущал легкое головокружение от смеси ароматов.
«Вот куда японцы шли. Интересно, в этих духах есть магические примеси? Лучше выпить литр водки, чем дышать этой парфюмированной смесью», — думал он, пока они шли вдоль касс к левому панорамному окну, из которого была видна часть беговой дорожки, и свернули в хорошо освещенный коридор, который заканчивался дверью с табличкой «Центральная трибуна».
Анжелика достала из сумочки золотистую карту и приложила к электронному замку — раздался щелчок.
— Моя ложа на четвертом ярусе, оттуда все замечательно видно, — полуобернулась к Виктору девушка, открывая эту дверь.
«Звучит хорошо и комфортно», — совсем не удивился он.
Они вышли на небольшую площадку — Анжелика начала уверенно подниматься вверх по лестнице. Виктор, который шел за ней и глядел на покачивания её красивой попки, раздумывал о том, что часть центральной трибуны являлась непосредственно этим зданием — он уже прикинул планировку и ему было интересно проверить свою догадку.
— Могли бы сделать лифт, — заявила девушка, когда они поднялись на четвертый этаж и она приложила свою карту к еще одному магнитному замку.
— Ходьба полезна для здоровья и фигуры, милая, — прокомментировал Виктор, входя ещё в один коридор и сворачивая направо — за Анжеликой.
«Этот коридор уже побольше, и народа тут тоже немало, все поделено на небольшие ложи, видимо», — они шли мимо людей, куривших возле приоткрытых дверей по левой стороне коридора — двери были через каждые метров десять.
Виктор насчитал шесть дверей, которые они прошли, пока Анжелика не подошла к нужной — она снова приложила карту к замку.
— Наконец-то. Надо будет сменить ложу, а то вот так каждый раз приходится наматывать такие крюки и зигзаги, — сказала она с легким недовольством.
— Часто ты здесь отвисаешь? — полюбопытствовал Виктор, проходя за ней.
— Примерно раз в месяц или два. Нам сюда, — показала она рукой на четыре комфортабельных стула в правой стороне небольшой открытой площадки-яруса.
«Как я и думал — этажи-ярусы для комфортного просмотра боления, а по бокам и напротив этого здания — обычные открытые трибуны, вероятно, с отдельными входами — аристократия очень умело отделила себя от основной массы народа», — рассматривал Виктор окружающий пейзаж.
Они находились в самом центре ипподрома, откуда был прекрасно видна овальная беговая дорожка.
Сама ложа была относительно небольшая, мест на пятнадцать, и огорожена высокими поручнями — подойдя к ним, Виктор огляделся и увидел далеко справа, как одетые в разноцветные стильные костюмы жокеи выводили из вспомогательного помещения к стартовой позиции своих лошадей. Сзади них, левее от двери, висел небольшой телевизор, на котором транслировали котировки вперемешку с заставкой.
— Ты собираешься ради каждой ставки бегать вниз, в кассу? — полюбопытствовал Виктор, когда они придвинули свои кресла немного ближе к поручням и сели — в ложе они были не одни, через минуту зашло ещё зашло еще человек семь, громко смеявшихся.
— Нет, здесь можно вызвать персонального кассира за небольшую плату, а еще и официанта — это же вип-ложа, как никак, — засмеялась Анжелика, которая полунаклонилась в сторону поручней и с интересом рассматривала происходящее возле стартовой линии. — Но я предпочитаю спускаться к кассам и в буфет в перерывах между заездами.
 
— Почему? — искренне удивился Виктор.
— Во-первых, мне интересно наблюдать за людьми, во-вторых, можно встретить много знакомых, в-третьих, ставлю я далеко не на каждый заезд, а сидеть здесь по часу — бывает скучно. И как видишь — туалета здесь нет, так что все равно комфорт не полный, — девушка коснулась своей ладонью его запястья — в её глазах было веселье.