Проклятый целитель (СИ)

— Это может быть опасно… — было начинаю, повернувшись к присевшей рядом со мной ученице, но она меня перебивает:
— Именно поэтому я никуда не уйду! — поджав губы, упрямо посмотрела на меня Хана.
В ответ я лишь нервно хмыкнул:
— Я хотел сказать, чтобы ты взяла биту, — указываю пальцем в угол, где она и стояла.
Хана смущенно на меня посмотрела, после чего поднялась на ноги и покрепче ухватилась за биту, кивнув мне.
  
Пальцы нерешительно зависли над тачпадом. Я действительно хочу во все это ввязаться? Возникла у меня в голове тревожная мысль. Пути назад может уже и не быть, порой крайне трудно узнать правду, но фишка заключается в том, что забыть и вовсе невозможно.
Стоило мне нажать на экран с лесом, как на нем отобразилось следующее сообщение:
«Добро пожаловать домой. Вам нравится?» 
「ようこそ、ホームへ。お気に召しましたか？」
Было лишь два варианта ответа: «да» и «нет».
Переглянувшись с Ханой, увидев ее кивок, я осторожно нажал на:
「はい」
  
Глава 10
 
Глава десятая. Безгласые мертвецы. 
Стоило мне нажать «да», как экран сменился:
«Я рад. Возьмите телефон и поднесите его к уху.»
Мы с Ханой переглянулись, на обоих лицах застыло одно и то же выражение недоумения и тревоги:
— Какой ещё телефон? — озвучила моя ученица нашу общую мысль.
Словно в ответ, мой карман задрожал от вибрации. Я непроизвольно вздрогнул. Кто мог звонить сейчас, в этот самый момент? Быстро достав раскладушку, я уже потянул палец к кнопке отбоя, но вместо этого замер… На экране высветился не привычный номер, а странные символы, будто чуждые нашему миру. В этот момент я понял окончательно: шутки закончились. Диск, что достался нам от соседа, был чем-то большим, чем просто старым файлом или странной игрушкой.
— Ты возьмёшь? — тихо спросила Хана.
— Не знаю, — ответил я, все еще раздумывая.
Но внутри всё клокотало от желания узнать правду. Я устал блуждать во мраке, не зная ни только ответов, но и даже вопросов. Мне казалось, что стоит только взять трубку, и я услышу тот единственный вопрос, который терзал меня годами. Что такое проклятия? И почему я их вообще вижу?
Сглотнув, я осторожно поднес трубку к уху. К черту! Сейчас или никогда! В первую секунду в трубке было тихо. Тишина. Такая глубокая, что я слышал собственное дыхание. В этот момент я вновь вспомнил свой сон про лес. Возможно, эта та подсказка, которую я так долго искал?
Я не слышал ни слов, ни голосов. Но вскоре понял, что мне это и не нужно. Это было трудно, но мне удалось разделить свои мысли и те, что пришли извне:
Мёртвые иногда проходят через Белую Дверь и оказываются в Обители, но на пороге лишаются дара речи. Призванные в мир, они не смогут говорить, но их оболочки из праха все еще материальны… 
Именно поэтому из трубки не раздалось даже шороха, но даже так я услышал нужные слова. Лес действительно существовал, вот только за гранью привычной нам реальности. Лес окружал обитель, у которой нет стен, но зато есть белая дверь. В один момент весь пазл сложился, и я понял, где должен искать ответы. Мансус — измерение между реальностью и сном, обитель часов и древних существ.
Мансус или Дом Солнца — это место или концепция, где Часы обитают в освещении Славы. Смертные могут получить доступ к Мансусу во сне и пройти его пятью различными Путями посредством Мечты… 
И тут, внезапно, во мне проснулось знание, как удар молнии. Я вспомнил. Где и когда видел глаз в треугольнике. Он снился мне три года назад. Снилась белая дверь, за которой двигались бесконечные тени молчаливых мертвецов. Они смотрели на меня. После того сна мои воспоминания были смутными, но именно с него началось всё остальное: я стал видеть проклятия, видеть мертвецов. Они не могли говорить, потому что прошли через Белую Дверь, но они могли наблюдать.
Только приблизившись к ней, я перестал терять силы. Это была не печать на моей руке, и даже не проклятие. Это сама дверь высасывала мою силу. Чтобы не истощиться до смерти, я был вынужден поглощать чужие проклятия. Для большинства адептов всё закончилось бы за месяц. Ты либо находишь путь к двери, либо умираешь, а я боролся целых три долгих года…
Перед моим внутренним взором возникла Белая Дверь. Она всегда была там, в глубинах моего сознания: давала силы, забирая взамен саму жизнь. Протянув руку, я ощутил холод, такой ледяной, что пронзил кожу и, казалось, саму душу. Ценой, чтобы ее открыть, был не только голос, но и сама жизнь, которой нужно с ней поделиться. Только мертвецы проходили через неё свободно, теряя речь, но сохраняя форму.
Пазл в голове сложился целиком. Я понял, что все эти годы шел к этому моменту, к осознанию двери в своём сознании. Мне не хватало всего лишь самой малости: желания найти и знания о ней. Мертвецы в трубке рассказали мне о двери, ведь они ещё не прошли через неё, и потому не были связаны древними запретами.
— Теперь я могу в любой момент приблизиться к Белой Двери через Границы сна. Теперь я могу прижать к ней пальцы, почувствовать ее холод, увидеть, как она распахивается. Когда она открывается, мой рот закрывается, сжимается, заживает, словно утраченная деформация. Вокруг меня и в моем разуме клубится кобальтовый свет Мансуса… — через меня впервые за все время заговорили мертвецы, хотя раньше я их не слышал.
— Кацураги, что происходит? — рядом, почти шепча, произнесла Хана.
Но я не ответил, поскольку меня, наконец, озарило осознание моего пути. Каждая дверь в Мансусе требует жертвоприношения, прежде чем она откроется. Каждая магия — это обряд жертвоприношения, и неважно, кто платит по счетам, без достойной платы ты не продвинешься вперед, но одной платы мало, нужно еще и знание.
Все встало на свои места, впервые за долгое время я облегченно улыбнулся. Вот только облегченная улыбка довольно быстро исчезла, поскольку этот диск не был подсказкой к белой двери, совсем нет, он был чем-то большим, путем на следующую ступень, к которой я еще не был готов. Мне не хватало ни силы, ни знаний, чтобы сделать шаг дальше.
Проблема была в том, что слишком рано в мои руки попал этот диск. На самом деле это был даже не диск, а подсказка к оленьим вратам. Но мы с Ханой не ведая того, воспользовались этой подсказкой, не готовые не только заплатить, но даже не зная, какова будет плата.
Словно подтверждая мои мысли, на экране ноутбука вспыхнула следующая фраза:
«Где искать Нерожденную Королеву? Отгадайте эту загадку, чтобы пройти через Оленьи Врата, и станьте Чтецом. Если же вы не знаете ответа, то к вам наведается Безгласный Мертвец.» 
За все нужно платить, снова прозвучало у меня в голове, причем за незнание в двойном объеме. Мансус не был местом, где можно позволить себе беспечность. За каждое движение, каждый шаг, каждое слово там требовали плату. Иногда жизнью. Моё лицо стало белым от страха. Я видел Безгласных Мертвецов. Зачастую они безвредны… если только… если только ты не проявил беспечность.
Хана испуганно посмотрела на меня.
— Кацураги, что вообще происходит? — не выдержала она тишины. — Что нам делать?
Она наклонилась ко мне, заглядывая в глаза.
  
— Бежать! — выкрикнул я, схватив её за руку.
Что бы ни случилось, я не был готов встретиться лицом к лицу с Безгласным Мертвецом, которого призовет этот диск. Я знал точно: эта встреча закончится моей смертью. Я ещё не готов. Тем более не готова Хана, которая, ничего не зная, последовала за мной по пути в Обитель без стен.
Подскочив, я потащил её прочь от компьютера, надеясь, что у нас ещё есть немного времени, чтобы убежать.