Проклятый кордон (СИ)

— Сестрица, держи.
Аста присела на краешек постели Лорны, коснулась ее руки и передала ей энергию.
— Этого мало, — заявила та холодно, чувствуя, что резерв пополнился лишь на ничтожную долю.
Неделя уже прошла с тех пор как она получила силу от сестры в последний раз. Случались перерывы и дольше по сроку, но тогда она была к ним готова. Кордон не нравился ей в принципе, и, располагай она магией в привычной полной мере, ее бы это хоть немного примирило.
— Это все, что есть, — тихо произнесла Аста.
Сестра закатила глаза, поднимаясь с постели.
— Мне плохо, неужели ты не понимаешь? С тех пор как все это случилось с нами, я будто на корабле, который терзает шторм. Ах, впрочем, тебе не понять. Ты, вон, прекрасно себя чувствуешь.
— А совесть-то у тебя глухая, как я посмотрю, — не сдержалась Нэл, ставшая свидетельницей всей этой сцены, глядя на родственницу с упреком.
— А ты не лезь, — тут же дала резкий ответ Лорна.
Та лишь хмыкнула и ушла в ванную умываться и плести косу.
Семья Дамиша приходилась им дальней родней, седьмой водой, но так уж сложилось, что жили они по соседству и общались довольно тесно. Ни с кем, кроме родителей и родной сестры, Аста делиться силой не могла. Только с ними у нее была установлена связь. Поэтому помочь Нэл было не в ее силах, хотя она очень жалела девушку. Та выглядела бледной, круги под глазами выделялись. Она даже немного осунулась.
Аста не ответила на слова сестры, да та и не стала бы слушать. При плохом самочувствии Лорна всегда так себя вела, была сосредоточена только на собственном состоянии. Аста ее не осуждала, а старалась понять. Сама она не могла ни на что жаловаться, ей было не по себе только от того, что это место не предназначалось для обычных магов. Стражи — представители высших магических когорт. Должно быть, они даже не замечают странного магического фона. Рамина сказала, что буря для них пустяк. Именно поэтому они свободно перемещались по кордону в любой момент.
— Нет, Фасти, я не могу тебя выпустить, — изрекла Аста строго, не позволяя аглаунду следовать за ней из спальни. — Не думаю, что хозяевам дома понравится, если ты начнешь разгуливать тут везде.
Огромный пес понуро опустил голову и поглядел на хозяйку жалобно, словно щенок. Глаза цвета талого льда выражали чуть ли не скорбь. Она чмокнула его в нос.
— Вернемся домой, будем гулять, сколько хочешь.
— Пойдем уже завтракать, — проскальзывая мимо сестры, буркнула Лорна, ей уже удалось привести себя в порядок.
Нэл снова покачала головой, но даже это простое движение вызвало легкую тошноту. Она поспешила спуститься вниз, надеясь на то, что тот отвар, которым поила ее Рамина накануне и принесший ей заметное облегчение, еще остался.
Аста последовала за ними; оказавшись вне спальни, невольно замедлила шаг. Ей хотелось осмотреть дом, в котором они оказались из-за превратности судьбы. Судя по всему, особняк был большой, и, по меньшей мере, заслуживал звания — роскошный. Вся его исключительность состояла как раз в тихом гордом достоинстве, а не кричащей вычурности. Она никогда не бывала в подобных местах, но судила по фотографиям, которые создавались с помощью магии, и часто помещались в газеты. Поэтому простой народ знал убранство Малого и Большого приемного зала королевского дворца, и личного кабинета первого министра, и гостиной известной на весь мир оперной дивы. И все они оглушительно заявляли о богатстве, о достатке, о титулах. От количества золота и хрусталя резало глаза. Здесь же было уютно, хотя всюду был простор.
Аста коснулась шелкографии на стене. Тончайший материал, без малейшего изъяна, гладкий, приятный на ощупь. Теплый медовый оттенок фона и изысканные переплетения, исполненные нитями бордового цвета. Пара пасторалей на каждой стороне. Комната «для девушек» находилась на втором этаже, и, скорее всего, Дамиша с сыном поселили тут же. Но где именно, она не знала, не догадалась вчера спросить, поэтому стучаться и приглашать на завтрак с собой не рискнула. Вдруг здесь кто-то из стражей обитает, нарушать покой хозяев не хотелось. Хотя может быть их комнаты выше, на третьем этаже?
 
— Доброе утро.
Аста замерла, как заяц, услышав незнакомый голос, и поняла, что со своими размышлениями так и бредет по коридору черепашьим шагом, не отрывая руки от стены.
— Доброе утро, — с некоторой запинкой произнесла она, обернувшись. — Простите.
Незнакомец немного удивился.
— За что же?
— Я тут… задумалась.
— Не вижу в этом ничего дурного, — улыбнулся мужчина и чуть склонил голову перед ней. — Ирим.
— Аста, — даже если бы она заранее не знала имя своего второго спасителя, интуиция безошибочно бы подсказала ей. Страж производил должное впечатление. — Благодарю вас.
Ирим тепло ей улыбнулся. Его улыбка была открытой и дружелюбной. В уголках темных глаз появились лучистые морщинки, говорившие о добром и спокойном нраве этого человека. Сам же он был высок, широкоплеч и статен. Пожалуй, дотягивал до уровня глаз ее аглаунда, чем могли похвастаться не так уж много мужчин. В страже чувствовалась скрытая сила, не яростная, но такая, с которой нужно считаться.
— Не стоит. Я рад, что мы успели. Вы — сильная девушка, так долго продержались. И ваша собачка тоже молодец.
Аста невольно улыбнулась. Фасти мало кто называл «собачкой». Аглаунд не такая уж и редкость, но в их городке была всего пара домов, в которых содержалась такая порода. Непростая, магическая, мало кому подходящая. Эти собаки подчинялись только по собственной воле, признавали одного хозяина на всю жизнь и до конца своих дней оставались рядом с ним. А жизнь этих животных длилась чуть менее двух веков, наравне с человеческой.
— Давайте я провожу вас в столовую, — предложил Ирим и пошел довольно неспешно. — Вы хорошо себя чувствуете?
— Да, спасибо. Может быть, моя семья со мной и не согласится, но в вашем доме хорошо спится, — призналась она с таким видом, будто сознавалась в преступлении.
— Согласен, — заявил ее собеседник с явным удовольствием.
Ему вдруг стал очень приятен тот факт, что ее спас именно он. Сейчас Аста не походила на ту остекленевшую от холода статую, которую они с Раминой случайно нашли. Она была бодра, на щеках играл здоровый румянец, и она немного смущалась его присутствия. Удивительно, как не похожа на сестру.
— Нам, наверное, нельзя находиться здесь, — Аста осторожно взглянула на стража, пока они спускались на первый этаж.
Лестница была мраморной, широкой, с большим количеством ступеней. Идя по ним, девушка чувствовала себя светской дамой в сопровождении рыцаря. Только ее скромный наряд не соответствовал случайно родившейся фантазии, но Аста решила, ощущение — главное. Ей никто не может запретить наслаждаться столь чудесной обстановкой.
Страж тем временем обдумал ее слова.
— Из праздного любопытства, конечно, нельзя, — вынес вердикт Ирим, — но, учитывая обстоятельства, в этом нет никакого нарушения. Мы сами вас сюда привели и спасти вас имели полное право, так что не беспокойтесь из-за таких пустяков.
Волнение немного отпустило его новую знакомую. Страж искоса рассматривал девушку, единственную, кто выразил беспокойство. Остальные нежданные гости, кажется, ничуть не волновались о том, можно им здесь находиться или нельзя, и хочется ли стражам с ними разбираться. Людям здесь будет тяжело, даже если они пока не осознают этого. Правда, похоже, конкретно эта юная особа чувствовала себя вполне достойно, судя по легкому шагу и тому, что ее гораздо больше интересовала обстановка вокруг, нежели внутреннее состояние. Ее сестрица вела себя иначе, он хорошо это запомнил.
 
Они вдвоем зашли в столовую, где все уже собрались.
Рамина ловко накрывала на стол. Нэл с хмурым видом, постоянно прикладывая руку к голове, кое-как ей помогала.
— Сядь, — Аста отобрала у нее тарелки, не в силах смотреть на ее состояние. — Рамина, я помогу.
Стражница не стала отказываться, пригласила ее за собой на кухню, где и вручила тяжеленную кастрюлю.