Падение ангела (СИ)

Помню, как хриплый голос мужчины разрезал пространство, помню его руки, властно притягивающие меня к себе, помню, с каким забвением отдавалась ему, подставляя под обжигающие поцелуи шею.
— Пошёл вон из моей головы, — практически кричу, закрывая глаза и тряся головой, чтобы на физическом уровне вытолкать этого негодяя из памяти.
Итак уже забрался слишком глубоко под кожу. Как самый медленный, но опасный яд, день за днём растекается по моему телу, методично отправляя каждую его клеточку. Терзая и мучая. Выворачивая наизнанку. Заставляя просить ещё.
  
Решив переключить мысли на что-то другое, возвращаюсь к своей оплошности с полицейским участком. Ну как же я могла так сглупить? Впрочем, не думаю, что узнав о возможном найденном мёртвом теле сестры многие бы сначала взвешивали какие-то правила осторожности. Доехала и никого не сбила — уже хорошо.
И тут как молния меня пронзает ужасная, полная боли и отчаяния мысль.
Марк мог узнать где я от своих людей, которые за мной следили. Но как он узнал о том, что я общаюсь с детективом? Как так быстро навёл справки?
Подозрение, которое возникло внутри, леденящими острыми когтями за доли секунды стало рвать грудную клетку, лишая возможности сделать вдох.
Нет. Не может быть. Я просто не верю.
Трясущимися руками достаю телефон и нажимаю на вызов. Умоляю, скажи, что это не ты.
— Эй, детка, привет, мне сейчас не очень удобно, я…
— Рокс, — перебиваю ту, кого считала подругой, но говорю очень медленно, стараясь держать себя в руках, — Рокс, ты говорила с Марком сегодня?
— Что? Я не слышу тебя, я…
— Роксана, ты общалась с Марком о том, что я, мать твою, обратилась в полицию? — за мгновение срываюсь на крик, сжимая кулаки так, что острые ногти больно врезались в кожу.
Мне стыдно за то, что я не могу держать себя в руках, но догадка, которая так больно ударила по сердцу, словно туманная пелена, которую хотелось рассеять как можно скорее, иначе есть риск врезаться во что-то, чего пока не видно впереди.
— Алана, всё в порядке? Ты прерываешься, но я слышу, что ты нервничаешь. Я сейчас перезвоню.
— Нет, Роксана, я…
В трубке раздаются гудки и я едва не швыряю телефон в стену. Сука!
Действительно ей было не слышно или это попытка взять пару секунд на то чтобы обдумать что мне ответить? Со стоном прижимаюсь спиной к стене и запрокидываю голову назад. Какая же хрень!
Телефон вибрирует и я молниеносно нажимаю на кнопку ответа.
— Алана, — начинает Роксана, но я снова не даю ей договорить.
— Скажи, это ты рассказала Марку о детективе?
Пауза.
Несколько секунд молчания, от которых все моё тело словно заволокло свинцом. Сердце гулко стучит в висках, дыхание замерло. Всё моё тело будто окаменело от страха. Я не хочу знать ответ. При этом мне необходимо знать.
— Алана, я не знаю что сказать.
— В чём проблема? Если не говорила, то просто скажи нет. Это сложно? — говорю грубо, но ничего не могу сделать с собой. Это чувство сейчас выше и сильнее меня.
И зачем я выпила этот чёртов виски? Без него самоконтроля было бы больше.
— Дело не в этом. Ты… чёрт, ты же сейчас говоришь мне о том, что не доверяешь мне. Я извинилась за тот случай, но ты всё равно обвиняешь меня при первой возможности.
— Роксана, — теряю терпение и злюсь от того, что до сих пор не слышу ответ, — Да или нет?
— Слушай, разбирайся со своим Марком сама, ясно? Я не хочу… — снова пауза, будто девушка хочет сказать что-то, но сдерживается, — Не хочу сейчас говорить с тобой. Это низко даже для тебя.
— Низко даже для меня? Ты ничего не путаешь? Это не я раз за разом предаю лучшую подругу, чуть что прибегая на поклон к подонку, который и без того отравляет её жизнь. Только ты знала о детективе, Рокс. Я не говорила об этом больше никому! И сегодня Марк показал мне что знает. Всё знает. Откуда же?
— Алана, ты сейчас ведёшь себя как сука.
— Ну прости, что задеваю твои нежные чувства, милая. Знаешь, херовый выдался день!
— Мне жаль, что ты так и не смогла меня простить. Очень жаль. Но теперь это твоя проблема, а не моя.
Гудки. Чёртовы гудки.
— Твою мать! — не выдерживаю и всё же бросаю телефон в стену со всей силой, обидой и злостью, которые просто сжирают меня изнутри.
— Сука! Сука! Сука! — жгучие слёзы защипали глаза, неуправляемым потоком обрушившись по лицу.
Никто не знал о том, что я общаюсь с детективом. Никто не знал, что именно с ним. Только она. Но неужели Роксана могла снова предать меня? Эта мысль причиняла такую боль, что хотелось скатиться на пол и выть во весь голос.
Я одна. Чёрт возьми, во всём этом дерьме я совершенно одна!
Не знаю сколько прошло времени, но было уже плевать. Дав волю эмоциям, я даже не вытирала слёзы, бесконечным потоком льющимися по щекам. Как же я устала.
Устала от неизвестности, догадок, вранья, контроля со стороны, опасности, подстерегающей на каждом шагу. Устала от потери себя и непонимания кто я, чёрт возьми, теперь. От разочарования и боли. От страха. От того, что меня не хватает чтобы справиться со всем этим.
И выхода из этого всего пока нет. Найти Хлою, живой и невредимой, забрать её и уехать. Единственный вариант, который хоть чего-то стоит. Убраться подальше от этого поганого города, всех этих отвратительных людей. Убраться от Марка. Навсегда удалить его из своей жизни. Вырезать, как медленно убивающую опухоль. Излечиться от этого наваждения.
Только так. По-другому не получится.
Сделав глубокий вдох, пробую собраться с силами и закончить сборы, чтобы не предстать перед Марком, который, я уверена, вот-вот заявится, в таком виде. Не хочу чтобы он застал меня в моменте слабости. Не он. Только не он.
Больше никто не увидит меня слабой. Хватит. Слишком много херни происходит вокруг. И пришло время показать зубы по-настоящему. Я уже не та Алана, что была совсем недавно. И больше ни одна живая душа не подберётся ко мне настолько близко, чтобы сделать больно. Я никого к себе не подпущу.
Наспех умываюсь и бросаю в сумку последние мелочи, которые кажутся важными. Впрочем, сейчас я в таком состоянии, что важным не кажется ничего. Но с зубной щёткой и расчёской я явно не промахнусь. Не люблю отельные, часто они какие-то дурацкие.
Усмехаюсь от своего стремления добавить капельку комфорта в абсолютно некомфортные условия и закрываю сумку. Бросаю прощальный взгляд на своё отражение в зеркале и решительно спускаюсь вниз, считая шаги.
К моему удивлению дверь была на месте, более того — осталась заперта изнутри, какой я её и оставила. Уверена, что собиралась больше пятнадцать минут, но Марк свою угрозу не выполнил.
В душе мелькнула искорка надежды на то, что всё было шуткой и я сейчас, выйдя на крыльцо, не увижу ни его, ни машин его охраны. Но это было бы слишком хорошо.
Все были на тех же местах, где и вначале, когда я уходила. Лишь Марк стоял около машины, оперевшись на неё спиной и задумчиво втягивая сигаретный дым в лёгкие. Заметив меня, он прищурился, явно заметив покрасневшие и припухшие глаза.
Но ничего не сказал.
— Это всё? — кивнув на сумку, спросил мужчина, осторожно наблюдая за мной.
— Даже не скажешь о том, что я не уложилась в отпущенное время? — бросаю с вызовом, подходя ближе.
Марк не отвечает, оглядывая меня с головы до ног. Делает ещё одну затяжку, после чего отбрасывает окурок резким движением, перехватывает сумку и ловко закидывает её на заднее сиденье.
— Садись, нам пора.
Открывая мне дверь, мужчина ведёт себя осторожно и деликатно, от чего я напрягаюсь ещё сильнее. Сожалеет о том, что вёл себя как свинья? Это вряд ли. Увидел что я плакала и решил сдержать свой характер? Тоже не поверю. Задумал очередную гадость? Вот тут больше похоже на правду.
  
Сажусь в машину и смотрю прямо перед собой, раздумывая о разговоре с Роксаной. Мог ли Марк узнать о детективе откуда-то ещё? Очень не хотелось верить в предательство подруги, но…