Падение ангела (СИ)

Мне нечего стыдиться. Да, я приехала сюда в тайне от него, но я ищу свою сестру. И он не имеет права осуждать меня за это.
— Ты боишься? — повторяет он свой вопрос, приближаясь к моему лицу настолько близко, что я чувствую его тёплое дыхание с лёгким запахом табака.
— Нет, — вру я, но стараюсь выплюнуть ему это слово в лицо так, чтобы оно звучало более убедительно, чем есть на самом деле.
  
— Спасибо.
— Спасибо?
— Хотел вспомнить как ты выглядишь, когда врёшь.
Резко он отталкивает меня от себя, от чего я едва не теряю равновесие. Но в это же мгновение он снова дёргает меня за руку и начинает быстро куда-то идти, вынуждая тащиться за ним.
— Отпусти меня, — требую, пытаясь вырваться из его крепкой хватки, но мужчина не реагирует.
Как и всегда.
— Марк, мне больно, отпусти!
— Заткнись, — единственное, что я слышу, после чего вижу машину Марка и два чёрных джипа неподалёку.
Один из них тот, что был приставлен ко мне. Ну конечно! Я сорвалась в участок совершенно забыв о том, что люди Марка меня «охраняют». Следят, по факту. И они естественно доложили обо всём своему хозяину. Блеск. Просчиталась, как полная идиотка!
Когда мы подходим ближе, мужчина кивает и от обеих машин в ту же секунду раздаётся звук заведенных моторов.
Резко остановившись, он намеренно делает так, чтобы я в него врезалась, что даёт ему возможность крепко прижать меня к себе, подхватив под поясницу.
— Ты сейчас сядешь в машину как хорошая послушная девочка и по дороге не издашь ни одного звука. Уяснила?
Я молчу, с вызовом глядя на него. Ни хрена я не уяснила, Марк. Ты злишься, я понимаю. Но хватит вести себя со мной так, будто я какая-то тупая кукла рядом с тобой.
— Уяснила? — прижав меня к себе сильнее, он закусывает губу, порочно проводя взглядом по моему лицу. Этот тёмный взгляд я тоже уже успела узнать слишком хорошо.
Марк всегда стремится спустить злость в сексе. И сейчас его ярость вдвойне опасна. Потому что в этом состоянии его почти невозможно привести в чувства.
— Чёрт возьми, скажи да, иначе я трахну тебя прямо здесь, на глазах у своих людей и твоего сраного детектива! Уверен, ему понравится. Мы как раз стоим напротив его окна.
От этих слов во мне поднялась волна собственной ярости и я уже хотела влепить Марку звонкую пощёчину, на что незамедлительно получила предостережение:
— Один взмах твоей руки и я исполню свою угрозу, Алана.
Какое-то время мы стоим вплотную друг к другу и метаем искры из глаз, сопровождая это напряжённым молчанием и сбитым дыханием. Я не знаю что на меня нашло, но сейчас моя принципиальность взлетела до небес.
Мне не хотелось быть жертвой этого нарцисса, поощряя его манию величия и хренов собственнический инстинкт. И это единственное, о чём я могла думать в этот момент. Всё хорошее, что было между нами сейчас словно исчезло. Испарилось, как и моя нормальная жизнь с его появлением в ней. Сейчас я видела мужчину, который настолько поработил меня, лишив власти над моими же телом и чувствами, что я уже не знаю кто я на самом деле.
И мне жизненно необходимо сейчас было отстоять хоть что-то. Даже если это право не делать то, что он говорит.
— Сука, — рычит он, первым отводя взгляд в сторону.
Всего секунда, но я почувствовала победу. Пусть и крошечную.
— Бегом в машину, — отходя от меня, сдержанно чеканит Марк, открывая пассажирскую дверь.
Несколько мгновений я колебалась, но было очевидно, что в этом было столько же смысла, сколько в попытке сместить с места оси Земли своими руками.
Забираясь на сиденье, я сразу же отодвигаюсь, уже зная, что дверь захлопнется со всей силой, которая есть в разъяренном мужчине. Так и происходит.
Марк запрыгивает на своё место, заводит мотор, но не нажимает на газ. Вместо этого он сжимает руль до побеления костяшек на руках и делает глубокий медленный вдох, закрыв глаза.
— Ты не представляешь, глупая девчонка, как сильно всё усложняешь.
Не открывая глаз, он сидит так, продолжая сжимать руль что есть сил и я уже начинаю думать о том, что на его месте мужчина представляет мою шею. Или шею Криса.
Само собой, он уже всё узнал. Не знаю как, но это же чёртов Марк. Порой он даже знает о чём я думаю. И это пугает меня больше всего.
— Я ищу сестру, Марк. И ты не можешь меня винить за это.
— Я не виню тебя за поиск сестры, — резко мужчина поднимает голову и смотрит на меня, а в его голосе вновь слышится ярость, — Я виню тебя в том, что каждым своим идиотским действием ты рушишь всё, что я делаю чтобы помочь тебе!
— И как же я помешала тебе мне помогать тем, что обратилась в полицию? Я не сказала о тебе ни слова, лишь написала заявление о пропаже Хлои. Одно из кучи, которыми сейчас полнится участок.
Ударив ладонью по рулю, Марк рывком приблизился ко мне, нависая словно грозовая чёрная туча.
— Мне плевать о чём ты ворковала с этим сукины сыном, Алана! Плевать рассказала ты обо мне или решила утаить от него эту маленькую деталь своей биографии, — каждое слово пропитано ядом и издевкой, от чего я понимаю, как же сильно мужчина задет, — Меня выводит из себя твоё сучье лицемерие.
— Лицемерие? Моё лицемерие, Марк? Я пошла в участок в день, когда нашла у тебя в ящике паспорт с фотографией моей пропавшей сестры. В день, когда ты обещал никуда не уходить и как только я отвлеклась — свалил, оставив дурацкую записку. Ты установил за мной слежку и знал о каждом моём передвижении, скрыв от меня эту «маленькую деталь своей биографии». О каком лицемерии с моей стороны мы говорим?
Пару секунд мужчина с усмешкой наблюдает за мной, после чего говорит так медленно и хлестко, что кровь начинает замерзать в жилах:
— Ты решила вести двойную игру, девочка. Действовать за моей спиной. И дорого за это заплатишь.
— Не смей угрожать мне.
Вместо ответа мужчина грубо прижимается ко мне своими губами, но в его поцелуе нет ни капли нежности. Он словно терзает мой рот, до боли кусая губы и властно вторгаясь глубже. Будто хочет наказать. Показать, что я всё ещё принадлежу ему и он имеет право делать всё, что захочет.
Пытаясь оттолкнуть его, я лишь делаю себе хуже, потому что слышу резкое рычание Марка, усилившего натиск. Внизу живота предательски начало тянуть, и как бы я ни пыталась подавить это ощущение, тихий стон всё же сорвался с моих губ.
В это же мгновение мужчина оторвался от меня, опаляя кожу горячим дыханием.
— Сука, что же ты делаешь со мной. Когда-нибудь я убью тебя.
Его сбитое дыхание, тяжёлый тёмный взгляд, то, как тяжело он сглотнул — свидетельство того, что он на грани. И возбуждение, накрывшее Марка, передалось мне.
— Если я не сделаю этого первой, — демонстративно вытираю губы под сопровождение наглой ухмылки Марка.
Сволочь. Он знает как влияет на меня. И это клеймо на мне навсегда.
Возвращаясь на своё место, мужчина нажимает на газ и мы срывается с места. Пока я прихожу в себя от поцелуя, он уже сидит ровно и выглядит так, будто ничего не произошло. Собран и спокоен. Как же это в нём бесит!
— Куда мы едем?
— Я говорил чтобы ты ехала молча.
— А я на это своего согласия не давала.
— У нас каникулы, — после недолгой паузы выдаёт мужчина.
— Какие нахрен каникулы? Куда мы едем?
— Ты сейчас прекращаешь истерику и свои распросы, если не хочешь нарваться на ещё бо́льшие проблемы. Благодари всех святых, в которых веришь, что я ещё не отымел тебя так, чтобы выбить всю дурь из головы и мысли о том, что можешь делать хоть что-то в тайне от меня. За это ты ещё расплатишься.
— Как великодушно. Но мне плевать на все твои недовольства, уж извини. Если ты не скажешь куда везёшь меня, я выпрыгну из машины.
  
— Давай. Мы это уже проходили. Но я всегда рад понаблюдать за твоими жалкими попытками.
Тянусь к ручке, но само собой он блокирует двери до того, как я успеваю что-то сделать.
— Марк, у меня нет сил воевать с тобой сейчас.