Зона Пси (СИ)

Солдат отступил на шаг, не веря происходящему. Как он сам определил жест мальчика: ребёнок просит – застрелить его. На детском посиневшем запястье Виктор увидел наколку: большой квадрат, состоящий из мелких квадратов; со всех сторон – цифры и буквы. Виктор лишь смог различить первые: СС.ЗР.22 – 404… Дальше не разобрать.
«Кажется, такие, как у моей Мертвячки. Нужно будет срочно взглянуть».
На границе берега и озера раздался всплеск. Солдат вскинул глаза, отойдя от мёртвого мальчика на пару шагов. Дети поднимались на ноги, одного не хватало; пёс-мутант играючи кружил возле их ног. Каждый по очереди взглянул на Виктора, начали прыгать в воду. Их головы больше не появлялись. Через минуту на берегу остались: он, беловолосый мальчик и пёс-мутант.
Ребёнок повернулся лицом к озеру, указал рукой куда-то в сторону. Посмотрел на Виктора последним – мёртвым взглядом, подошёл к краю обваленного берега и прыгнул. Пёс-мутант жалобно утробно взвизгнул и сразу сиганул в воду за ребёнком.
Солдат долго смотрел на тёмные круги, танцующие в тинистой воде. Издалека примчался приглушённый вой. Неизмеримая печаль накрыла эту землю. И снова Виктор услышал стоны матерей, плачи детей, лязгали неподъёмные цепи и ковался металл.
«Безнадёга. Впереди – лишь один беспросветный мрак».
2
Солдат поднялся по дороге к посёлку. Вспомнил, что Снайпер пообещал «чёрному дайверу»: «Потом отправлю в озеро». Во дворе одного из домов валялась на боку старая двухколёсная тачка. Если ось не поржавела, то можно будет довезти «чёрного водолаза» в его родное болото. Ведь не зря Снайпер обещал туда возвратить: наверное, в этом что-то кроется. Но Виктору не терпелось похоронить первым именно Снайпера, и тачка вряд ли подойдёт к этому здоровяку. Он не знал почему, но ему казалось, что тот ещё не полностью умер. Тогда чем его волочить к земле? Хотелось бы закопать подальше отсюда.
«Не расчленять же?» – подумал Виктор. В голове сильно кольнуло, будто ударило током.
Виктор прошёлся по заправочной станции, но кроме топливораздаточных колонок с пистолетами ничего подходящего не увидел: даже бензином не пахло. Поднял лестницу и поставил к стене левого одноэтажного здания. Когда в башне наверху вошёл в арку – Мертвячка стояла к нему лицом. Пахло жареным луком. Сковорода жареного мяса, добротно посыпанного специями, располагалась на столе. Рядом – несколько горячих лепёшек и бутыль с вином.
Солдат усмехнулся и взял со стола стеклянную пивную кружку.
– Споить меня хочешь, мёртвая красавица?
Что-то изменилось в глазах Мертвячки. В зрачках словно возгорались далёкие злые огоньки и одновременно стенала безграничная боль. Она повернулась к Виктору спиной, взгляд устремила в сторону.
Солдат посмотрел на то, куда она может так пристально пялиться, и обомлел. Когда зашёл – сразу не увидел: ближе к угловому столу с огромными мониторами находилось подобие саркофага. Отчётливые черты лица, рук и ног отсутствовали, но это была человеческая фигура-гроб: под стать Снайперу. Фигура располагалась вертикально на тележке с электронным механизмом со всякими кабелями, кнопками и дисплеем.
– Откуда ты знаешь, что я собрался предать земле Снайпера? – Виктор обошёл Мертвячку и заглянул ей в глаза. – Не для «чёрного дайвера» ведь приготовила? Или я многого не знаю?
Мертвячка пристально на него посмотрела, черты лица как-то недобро заострились. Она подошла к столу и вытащила пробку из бутылки. Наполнила кружку вином и протянула Солдату.
– Сама пей. – Он прошёлся от стены к стене, всё внимательно осматривая. Хоть и находился одиннадцатый день, но провалялся в пьяном и болезненном угаре и, естественно, толком не успел познакомиться с обстановкой. – А этот гроб… как сюда доставила?
Мертвячка взяла его за руку и провела за раздвижную дверь, почти соприкасавшуюся с дверью туалета и душа. Они прошли небольшой коридорчик и вышли в следующую дверь, оказались на площадке – один в один с площадкой лифта, который ведёт на крышу одноэтажных зданий со стороны посёлка.
 
– А, – кивнул Солдат, – так здесь ещё один лифт. Наверное, в него и ведёт главный вход… с улицы?
Мертвячка потянула Солдата за руку, приглашая вернуться в жилую зону.
– Ты когда-нибудь хоть одно слово скажешь? – Резким движением Солдат повернул Мертвячку к себе лицом. – А если я тебя загну на кровати… ты продолжишь молчать?
Она приподнялась на носочки и кончиком носа коснулась его носа. Виктор почувствовал, как голову начали сдавливать могучие тиски, постарался поскорее оттолкнуть Мертвячку. Она крепче сжала его ладонь и снова потянула за собой.
– Да-а, и, спрашивается, кто в доме хозяин?
Когда зашли за раздвижную дверь – Мертвячка оставила Виктора, убрав ладонь из его кулака, села за мониторы, чтобы щёлкать по клавише «пробел», писать свою незримую пьесу.
Перед тем как вывести саркофаг с тачкой во второй лифт – Солдат вспомнил, что когда подумал о расчленении Снайпера, то в мозг словно ударила молния.
«Так, она точно знает мои мысли. И почему-то не желает, чтобы с телом Снайпера жестоко обошлись. И умеет бить электричеством. Вот сучка. Она, случаем, не внучка… Теслы».
Виктор усмехнулся, хотя было совсем не смешно. И если вначале он думал, что со временем как-то можно будет вернуть Мертвячку в статус живых, то теперь сомневался в правильности своих благих намерений и думал – стоит ли вообще её оставлять возле себя.
А ещё посетила мысль, что через Мертвячку кто-то транслирует свой сюжет со своими коварными замыслами. Именно этот некто читает его мысли, знает о намерениях и бьёт электричеством.
3
Полдня Солдат потратил, чтобы похоронить Снайпера по желанию Мертвячки – по негласному желанию – в саркофаге. Пришлось повозиться с тяжеленным телом, которое под солнцем стало как холодец, но – ни в одном месте Виктор не увидел признаков разложения. Отвёз далеко по дороге, почти к самому танку. Вместе с телом в могильную яму кинул амулет с тринадцатью уродливыми рылами. Сильно закапывать не стал, лишь немного припорошил землёй.
Башня «тигра» торчала из-за пригорка. Солдат поднялся по дороге. Не дойдя шагов двадцать, увидел, что на полянке вся трава примята.
«Неужели кто-то есть ещё?»
Положив ладонь на опущенную пушку, он поразмышлял, вспомнил, когда в первый раз встретился с «тигром» – то за час до его появления здесь произошёл бой. Везде была свежая кровь, россыпью валялись гильзы на примятой траве, пахло гарью и порохом.
«Конечно – на этой земле кто-то есть ещё. Этот зловещий мир не оставит в покое – никого».
Виктор зашёл за танк и замер. Раньше здесь – небо созерцало треугольник, сложенный из трёх скелетов германских танкистов. Но теперь – кто-то сложил из мёртвых тел, расчленив в месте пересечений, звезду, в центре которой лежала голова барана. Бедняга омоновец – его тело тоже приобщили к знаку.
– Вот для чего тебя здесь оставили. Вряд ли это твои… – Виктор взглянул на торчавший из-за угла утёса шпиль каланчи: смутная мысль пробежала. – А твои, скорее всего, давно погибли. Здесь погибли. И – их унесли. Интересно, для кого это послание? Мне?..
Солдат вспомнил про пирамиды – и мегалиты, которые когда-то были звёздными аэродромами, – все ориентированы на север. Виктор поднёс ладонь ко лбу, создав над бровями козырёк, и, сильно щурясь, взглянул на солнце. «Всё правильно, сейчас посёлок на востоке, значит, голова омоновца, а также головы трёх скелетов смотрят на север. – Солдат подошёл к одному из пиков звезды. – А голова барана на юг, и теперь не выглядит перевёрнутой. Зато – звезда получается перевёрнутой. Перевёрнутая пентаграмма».
– Здесь снова дьявол торжествует, из тел и крови, создавая топи…
Виктор залез на башню «тигра», зачем-то заглянул в открытые люки и осмотрел нутро, спрыгнул на траву, пошёл к посёлку – убирать тело «чёрного дайвера».
Солнце подходило к горизонту, почти касалось верхушек деревьев; надвигалась вечерняя духота, наполняла каждый уголок, каждую впадинку. Наконец, Солдат разобрался с телом «чёрного дайвера», закинув голову подальше в озеро.