Пипец Котенку! 3 (СИ)
Тут мы как раз подъезжаем к месту, где находится старый портал. Представительская машина Окунева — не внедорожник Пелагеи, до здания доехать не получится, застрянем. Так что отправляюсь пешком.
— Ярослав, наконец-то! — Светочка выбегает из домика и бежит навстречу. — Я так боялась за тебя! Всё в порядке⁈
Мне вдруг становится стыдно. Я обжирался в поместье у Олега, охотился и заигрывал с другой девушкой, а Светик всё это время была здесь одна и переживала за меня. Фу таким быть, Ярослав Алексеич…
— Прости, солнышко, — крепко обнимаю девушку и целую в щеку. — Виноват перед тобой, что заставил сидеть тут одну. Всё хорошо. Собирайся.
— Что? Куда?
— В поместье Окунева. Мы теперь с ним друзья, заключили союз, — улыбаюсь я. — Временно поживём у него.
Света хлопает ресницами и вдруг истерично смеётся.
— Хорошо, что я не стала особо разбирать вещи! Так и знала… Ярослав, мы хоть где-нибудь сможем пожить дольше, чем несколько дней⁈ Я устала всё время переезжать!
Ого, да она действительно рассержена. Понимаю. Светочка хочет быть хранительницей очага, создавать уют и всё такое. А мы болтаемся туда-сюда. То над спортзалом, то у Мережковского, то на съёмной квартире, теперь вообще на Изнанке… Какой уж тут уют.
— Прости ещё раз. Обещаю, всё будет. Я верну фамильное имение, и мы осядем там навсегда. Ну, если не решим построить новое… Шучу, шучу! Или нет. В любом случае, собирайся.
— Ох, Ярик, — качает головой Света. — Надеюсь, что всё-таки шутишь…
Помогаю девушке собрать вещи, ищу в сумках свой костюм. И не могу найти.
— Кажется, у нас проблема, ваше благородие, — говорю я, когда мы со Светой подходим к машине Окунева.
— Здравствуй, Светлана, — кивает он. — Садись в машину. Что за проблема?
— Костюма нет… Он, наверное, остался в поместье Мережковского.
Олег смотрит на меня, недоумённо моргая, а потом смеётся:
— Тоже мне, нашёл проблему! Едем, купим тебе новый хороший костюм. А потом на пресс-конференцию.
— Вы уже всё организовали? — удивляюсь я.
— Да. Съедутся журналисты всех городских изданий. Они очень хотят услышать твою версию событий…
— А как насчёт Светы? Она может рассказать, как Мережковский приставил ей револьвер к голове. И даже выстрелил, вообще-то, её амулет спас.
— Да! — аж хлопает в ладоши Олег. — И правда! Едем, едем скорее!
— А ещё я думаю, что костюм не нужен. Пусть мы будем одеты вот так, в не очень чистую мятую одежду, — говорю я, когда мы все уже сидим в автомобиле. — Это покажет журналистам, что из-за негодяя губернатора мы вынуждены были страдать в бегах.
— Гениально! Так мы и сделаем. Тогда сразу на пресс-конференцию!
— Я не очень-то хочу выступать, — жмётся ко мне Светочка.
— Не переживай, — успокаивает её барон. — Твоё волнение лишь докажет, что ты говоришь правду.
Не буду пересказывать, как прошла конференция, потому что прошла она довольно скучно. Света расплакалась во время речи, писаки задавали мне и ей кучу каверзных вопросов, но по итогу Олег сказал, что всё прошло изумительно. Мол, мы отлично справились.
После конфы я достаю свой мобилет и включаю. Куча пропущенных вызовов — от Мережковского, от Грихи, от Бернарда, со множества незнакомых номеров. Незнакомцам и губернатору перезванивать не буду, нафиг надо. Решаю перезвонить Бернарду, потому что вдруг соображаю — люди губернатора могли пытаться найти меня через него и причинить вред.
— Алло? — раздаётся голос датчанина. — Котов, твою мать! Во что ты вляпался⁈
— А вы что, газет не читаете? — усмехаюсь я.
— Читаю, потому и спрашиваю!
— Ну там же всё чёрным по белому… Я теперь граф, а плохие парни с этим не согласны. Вот бодаемся, кто кого. У вас всё в порядке?
— На удивление, да, — хмыкает Бернард. — Как сегодня утром вышли статьи о том, что ты участвовал в подпольных боях, уже сорок с лишним человек пришли записаться на груб. Мне придётся ещё одного тренера нанимать.
— О как. Приятная неожиданность, — улыбаюсь я.
— И не говори. Я как заголовки увидел, думал, всё — конец нашему клубу. А оказалось, наоборот.
— Что же, рад за вас, тренер. За нас, то есть. Я же всё ещё партнёр.
— Само собой. Как прибыль пойдёт, ты свою долю будешь исправно получать. Я тебя обманывать не собираюсь, граф Котов, — с издёвкой произносит Бернард.
— Ха-ха! Да я и не сомневаюсь, ваша светлость. Только вы лучше знаете что, потратьте мои деньги на охрану и хорошие защитные артефакты. Лучше прямо сегодня. А то раз вы читали газеты, то представляете, что мои враги способны на многое.
— Хорошо, — серьёзно отвечает датчанин.
— В целом всё в порядке? Губернаторские вас не доставали?
— Приходили с обыском вчера, всё перевернули в клубе, суки… Но это не беда.
Ещё немного болтаем и прощаемся. После этого спрашиваю у Олега, какие планы.
— Мне надо встретиться с одним купцом и заручиться его поддержкой. Тебе там делать нечего, а вот я пробуду долго, возможно, до утра. Придётся пить с ним, в баню идти… — вздыхает Окунев, как будто выпивка и баня для него это пытка. — Но оно того стоит. Влиятельный человек. Водитель и машина в твоём распоряжении. Я вернусь домой на второй.
— Правда? Спасибо.
— Вот, возьми, — барон протягивает мне пачку купюр. — Здесь около двух тысяч, на всякий случай. В счёт тех макров, что ты добыл.
Благодарно киваю и прячу деньги в карман. Пригодятся.
Высаживаем Олега у богатого дома в центре города. Вместе с гвардейцами из автомобиля сопровождения он отправляется туда, а я командую водителю ехать в «Магазин Китайца».
Барыга оху… офигевает, когда я захожу к нему как ни в чём не бывало. Но когда узнаёт немного подробностей о том, как обстоят дела, то расслабляется.
— Ты, значится, и правда аристократ? — узко щурится торгаш. — Во дела. Ты прямо человек-контраст! Подпольный боец и дворянин, браконьер и охотник…
— Э! С чего вдруг браконьер? Все ништяки, которые я тебе продавал, честно добыты. Ну, почти все. Кстати, вот тебе немного в счёт долга, — бросаю на прилавок свёрток с мелкими макрами, добытыми вчера на Изнанке.
— Хорошо, хорошо… — Китаец перебирает кристаллы. — Я уж думал попрощаться с теми деньгами! Рад, что не забываешь старых друзей, Ярослав…
«Тоже мне, дружище», — фыркаю про себя.
— На сколько здесь?
— На две сотни.
— Хорошо. Вот тебе ещё тысяча, — достаю часть денег из тех, что дал мне Олег. — Остальное верну в ближайшее время. Если кто-то будет спрашивать про меня — ничего не говори.
— Обижаешь! Я за своих клиентов горой… Нужно что-то? Амулеты, оружие?
— Пока что нет. Хотя знаешь, пригодился бы артефакт для дыхания под водой. Есть такой?
— Ты знаешь, есть! Подержанный, правда.
— И от чего умер хозяин? — наивно интересуюсь я.
— От избытка стали в организме, — торговец хрюкает над собственной шуткой.
Немного денег у меня при себе есть, так что покупаю бывший в употреблении амулет за триста восемьдесят рублей и возвращаюсь в автомобиль.
— У тебя мобилет звонил, — говорит Света, как только сажусь в салон.
— Правда? А я что, здесь его оставил? Не привык особо к этой штуке…
— Это был губернатор, — хмуро сообщает девушка.
— Проблемы, ваше сиятельство? — спрашивает водитель. — Можем отправиться домой.
— Не стоит. Подумаешь, звонок… Алло, Колян? Привет!
— Перестань меня так называть, Котов, — рычит в трубку Мережковский. — Что, заручился поддержкой Окунева и почувствовал себя в безопасности?
— Конечно. Арестовать ты меня теперь не можешь, убить тоже. Будем сражаться по-дворянски. В залах суда и золотых кабинетах. Интриги, заговоры, заказные статьи и так далее.
— Да что ты в этом понимаешь, ничтожество, — с нескрываемым отвращением произносит губернатор.
— Потише, Колян. Забыл, что я теперь аристократ, а ты по-прежнему нет? Могу предъявить тебе за оскорбление. Но прощаю на первый раз.
Мережковский гневно дышит в трубку, но потом берёт себя в руки и говорит: