Пипец Котенку! 3 (СИ)
Сначала Окунева окружила нас огненным куполом, не дав врагам приблизиться, а затем сотворила россыпь небольших огненных шариков, каждый из которых влетел своему волку точно промеж глаз.
Ослеплённые и перепуганные, монстры сбежали. Я успел всадить одному стрелу в затылок, да так неудачно, что макр внутри черепа раскололся. Наконечник стрелы ударил точно в него.
Обидно, но в целом пофиг. Трофеи у нас так шикарные — в муравьиных львах были исключительно крупные макры. Каждый потянет рублей на семьсот-восемьсот, а добыли мы их семь штук.
— Обалдеть! — восклицаю я, когда вижу, наконец, море.
Оно великолепно. Бескрайняя гладь воды, мерный плеск волн, запах соли и ласковый ветерок, обдувающий кожу.
— Нравится? — спрашивает Алиса.
— Не то слово. Очень красиво и умиротворяюще.
Впрочем, насчёт умиротворения я поторопился. На моих глазах с неба пикирует чайка, намереваясь поймать какую-то рыбу. Но из воды выстреливает гигантская клешня, хватает птицу и утаскивает за собой. Только пара белых перьев остаётся на поверхности волн.
Оглядываюсь и вижу, что по берегу бродят агрессивного вида шипастые крабы. Несколько чаек сидят и жрут одного из этих крабов, раздолбив панцирь клювами. Да и других существ, явно недружелюбных, вокруг полно. В воде в том числе — то щупальце какое-то вылезет, то зубастая рыбья морда, то ещё какая-нибудь хрень.
Местечко-то красивое, но уж больно опасное. Под завязку забито чудовищами. Прошу Люсиль отключить «радар», а то от количества точек в глазах рябит.
— Я бы чаще тут бывала, если бы не монстры, — вторит моим мыслям Алиса. — А под водой, говорят, живут устрицы, внутри которых вместо жемчужин вырастают макры. Причём необычные, серебристого цвета.
— Правда? — удивляюсь я. — Почему вы до сих пор не наладили добычу?
— Ты слепой? — фыркает брюнетка. — Да тут шагу не ступишь, чтобы на кого-нибудь не нарваться. Кстати, смотри под ноги. На берег выносит морских ежей, они ядовитые. Если наступишь — ни одно противоядие не спасёт.
— Так мы же в ботинках.
— Ты тех ежей не видел… У них колючки как гвозди.
— Угу. Ну и зачем ты тогда меня сюда привела?
— Ну, ты же хотел море увидеть, — злорадно усмехается Алиса. — Любуйся. От того, что здесь опасно, менее красиво не становится. Можно наслаждаться видом отсюда, из-под деревьев. Морские монстры к лесу не приближаются.
— Понятно, — говорю я, глядя на то, как солнечный диск медленно опускается под воду на горизонте. — А водичка тёплая?
— Вроде да, — подозрительно глядит на меня Окунева.
— Замечательно, — киваю я и начинаю раздеваться.
— Эй-эй, ты что задумал? — девушка буквально отскакивает.
— Как что? Искупаться.
— С ума сошёл?
— Нет. Пойдёшь со мной?
— Ни за что!
— Потому что ты не взяла купальник или потому что испугалась? — скидывая ботинки, ухмыляюсь я. — Ладно, не парься. Я быстро!
Раздеваюсь до трусов и кастую Теневое копьё. Делаю клинок широким и длинным, как у протазана, а древко покороче. Чтобы, значиться, было удобней рубить.
Бегу по гальке к морю. На меня пытается накинуться краб, с неба пикирует пара чаек — все получают по мордам Копьём.
— Ярослав, я плавать не умею, — признаётся Люсиль, которая по-прежнему сидит у меня на плече.
— Не парься, я Воздушный пузырь создам, — как раз начинаю творить печать.
Мягкие волны омывают мои ступни. Ох, водичка действительно тёплая и очень приятная. Изменяю форму Теневого копья, превращая его в подобие гарпуна. Под водой так будет лучше.
— Котов, дурак! Возвращайся! — кричит с опушки Алиса.
Отмахиваюсь, даже не повернувшись, и с разбегу ныряю. Благодаря Воздушному пузырю солёная вода не щиплет глаза, но если заплыву поглубже, станет темно. Заранее создаю печать Ночного зрения.
На меня бросается какая-то зубастая рыбина, похожая на щуку. Натыкается клыками на духовный доспех, и следом получает гарпуном в бочину.
Эх, надо было с собой взять что-нибудь под добычу. Впрочем, есть вариант!
Подбираю со дна большую ракушку, с две мои головы размером. Внутри копошатся какие-то мелкие рачки, вроде безобидные.
А нет, не безобидные! Кидаются на меня всей стаей, пытаясь ужалить — у них из брюшек торчат острые жала.
Просто давлю пару рачков в кулаке с помощью духовной брони. Остальные предпочитают исчезнуть, и я присваиваю отвоёванную раковину. Применяю на неё печать Облегчения, срываю несколько длинных водорослей и отплываю обратно к берегу, чтобы встать на ноги.
— Ты живой⁈ — раздаётся голос Алисы.
Девушка успела сбросить куртку и ботинки, и вроде как собирается снимать комбинезон. Да блин, ну почему я не вынырнул на полминуты позже! Увидел бы госпожу Окуневу в нижнем белье…
— Как видишь! — отвечаю. — Оставайся там, ладно? Ну, или можешь присоединиться.
Алиса что-то шипит, не могу разобрать. А потом громко спрашивает:
— Что ты там делаешь?
— Сумку!
Сплетаю из водорослей подобие верёвки, прикрепляю к ней раковину и перебрасываю через плечо. Неплохо получилось! Сую в раковину добытую рыбину и снова отправляюсь на глубину.
— Осторожней! — кричит Алиса, поняв, что уговорить меня вернуться не получится.
Уже нырнув, поднимаю над водой руку и показываю большой палец. А затем ныряю глубже.
— Как здесь всё необычно… — говорит Люсиль.
— Ага, подводный мир совсем другой. Ты не могла бы отгонять всякую шушеру? Я хочу найти устриц.
— Конечно. Под водой, кстати, звук распространяется быстрее!
— Я смотрю, ты умная мышка, физику знаешь, — ухмыляюсь я, усиленно гребя руками.
— Я не мышка!
— А кто?
— Не знаю… Я такая одна, название не придумали. Да и некому было придумывать.
— Ну, давай придумаем, если хочешь.
— Нет, спасибо, — бурчит альбиноска. — Буду просто Люсиль.
Глубина уже порядочная, метра четыре. Держусь в толще воды, осматривая дно. Вижу снующих туда-сюда небольших крабов, разноцветных актиний, отдалённо напоминающих цветы…
Опа! Вот и устрицы. Как и родственницы из обычного мира, они живут на камнях. Только размером значительно больше, с две-три мои ладони. Интересно, съедобные?
На берегу разберёмся…
Набираю десятка четыре устриц, так что даже с печатью Облегчения раковина начинает тянуть меня ко дну. То есть, я и так на дне, но вы поняли. Делаю ещё одну печать, а затем начинаю всплывать.
Люсиль всё это время издавала ультразвук, отгоняя монстров. Я его не слышу, но тут питомица внезапно переходит на обычный крик:
— Ярослав, справа!
Резко поворачиваюсь и вижу, как в нашу сторону топает здоровенный краб. Одна клешня у него больше другой, и он заносит её, как булаву, собираясь одним ударом превратить меня в пюре.
Швыряю в него Теневой гарпун и попадаю точно в основание лапы. Большая клешня бессильно падает, поднимая со дна облако песка. Но у краба есть ещё маленькая! Которая не булава, а скорее сабля. Острая и быстрая.
Уворачиваюсь лишь благодаря печати Прыжка. Но я же под водой, поэтому далеко отпрыгнуть не получается. Создаю ещё одно Теневое копьё — думается, им лучше всего будет пробить панцирь краба.
Чувствую, что маны-то почти не осталось. Много печатей применил за время короткой подводной экспедиции.
К счастью, следующий бросок оказывается решающим. Протыкаю и панцирь, и мозг краба, или что у него там вместо мозга, какой-нибудь нервный узел? Кароч, Копьё втыкается точно между глаз членистоногого, и он, поверженный, заваливается набок.
Внутри него наверняка есть макр. Но расковыривать краба нечем, только если ещё одно Копьё создавать. А у меня маны мало, как бы Воздушный пузырь не лопнул. Тащить такую громадину на берег тоже как-то не улыбается. В общем, приходится бросить добычу.
Возвращаюсь на опушку, к хмуро сидящей на земле Алисе. Неподалёку от неё лежат две больших дохлых ящерицы.
— Без меня развлекалась? — с улыбкой киваю на мёртвых монстров.
— Ага. Я тут сама с собой ставки делала, вернёшься ты или нет.