Марсианский след

– Ганимеда с Марсом что ли мало? – снова удивился Алексей.
– Ганимед с Марсом пустынные и мертвые, а «Би» живая! – светился от счастья Майкл, как ребенок.
– Ага! Ты марсианам, с которыми воюем, расскажи, какой Марс мертвый! – рассмеялся Алексей.
Когда же наступила более-менее устойчивая тишина в зале, Антонов продолжил. Он еще раз осмотрелся, пройдясь буравящим взглядом по головам, явно выискивая кого-то глазами поверх столиков:
– Вижу, что у нас сегодня много новеньких… Остальных, кстати, не задерживаю. Идите, празднуйте. Но кто хочет, может остаться и послушать.
– И так… Еще раз повторюсь для новеньких. Я – Иван Сергеевич Антонов, майор ВС ОМК, командир тут на «Марсе Северном» … Но вы можете звать меня просто «папа». Я не обижусь.
По столовой прокатился легкий смешок одобрения. Алексей едва узнал «папу» без скафандра. Выдавали лишь, наверное, серьезные, где-то чуть грустные, серые глаза. Само лицо его было какое-то одутловатое со светлыми немного рыжеватыми усиками. Копна таких же светло-рыжих кое-как прибранных на бок волос намекала на некоторую несерьезность даже детскость в человеке. «Вот это папа! Эх, Майки, как тебе может нравится этот боров с внешностью подростка переростка и завышенным чувством собственной значимости!». Антонов тем временем продолжал вещать:
– Нам всем очень повезло оказаться тут, потому что у меня для вас припасен самый быстрый карьерный рост с легкими элементами экстремального выживания!
Снова раздались смешки и даже легкие аплодисменты. Однако за столом, где сидели Алексей и Майкл, царило гробовое молчание. «Папа» сделал паузу, слегка улыбнулся и продолжил:
– Как вы, наверное, заметили, Марс – это не легкая прогулка вдоль рыжих пейзажей. У нас жарковато бывает… Однако мы тут все не просто так, не ради красивых кадров и отчетов! Мы на войне! … Войне не простой, не объявленной, но с врагом, который нам пока мало известен и по большей части непонятен.
«Ого! Вот так дела!». Алексей переглянулся с Майклом и остальными новичками. Не сказать, что все они были удивлены произнесенным, скорее слова «папы» лишь подтвердили догадки и опасения. Разбитая техника и дымящиеся модули станции-базы там на поверхности были красноречивее всех слов. Алексей сам не знал, что еще эдакое он ожидал услышать, раз не удивился сказанному командиром. Чуда не произошло. Марс тут и Марс там в космопорте были совершенно непохожими, разными.
– Если кто-то из вас надумал отказаться от контрактных обязательств, то могу сразу разочаровать. Ситуация обострилась. Дорога обратно до космопорта сейчас стала немного опаснее, чем была… Это касается всех трактов, к сожалению – вещал Антонов.
– Что тут, вообще, твориться!? С кем мы воюем и за что!? – выкрикнул кто-то видимо тоже из новичков.
Алексей посмотрел на его гравировку в виде оранжевого молоточка в черном квадрате и понял, что этот некто из техников, которые тоже, как и инженеры, и медики, не являлись людьми служивыми, но гражданскими. Командир поднял руку в знаке соблюдать тишину.
– Всему свое время! … По поводу ваших контрактов… Я не подпишу отказы! Вы были информированы насчет рисков еще там на Земле в штабе ОМК! Знали, под чем подписываетесь! Знали, что тут полным ходом идет освоение планеты, отягченное рисками!
– Нет! Все не так! … Риски рисками, но тут война, а это другое! – снова возмутился тот самый техник.
– Отнюдь! – оборвал выкрик из-за стола командир. – Внимательно перечитайте ваши контракты!
На этих словах Алексей почувствовал неладное. Его правая ладонь машинально потянулась к левому рукаву. Он обнажил запястье, где на силиконовых ремнях плотно крепился гибкий матовый цвета кожи экран. Он его активировал и вывел содержимое своего контракта. Там в нем действительно были оговорены так называемые «форсмажоры» с перечислением пылевых бурь, сложных климатических условий и много чего еще почти невероятного даже для Марса. Слово «война» стояла в конце, как нечто совсем уж из ряда вон выходящее. Внутри у Алексея похолодело. Тогда, читая все это, он и подумать не мог, что такой фантастический сценарий, как война, затерявшийся среди еще более нелепых и фантастических причин, на самом деле окажется реальностью на просторах вроде бы совершенно безжизненной планеты. Однако его контракт именно описывал и включал это, как одно из возможных, хоть и невероятных условий, на которые он, Алексей, и его друг Майкл сами согласились. «Папа» продолжал вещать.
  
– Я не хочу и не буду вам лгать! Мы на войне! … И мы тут выглядим немножко неприглядно… Немножко, как сторона вторжения! … Именно поэтому наш уважаемый ОМК заключил соглашение с вашими земными правительствами. Так называемый пакт о неразглашении… Собственно это же отражено и в ваших контрактах, если внимательно почитать.
– Почему мы!? Зачем!? … Воюют военные, а не гражданские! Мы против насилия! – снова возмутился кто-то из технарей.
– Потому что это война не совсем обычная и привычная нам… Тут происходит нечто, что мы, люди военные, не можем понять без науки и технологий… Для ликвидации этого самого отставания, нам нужны вы.
– А не проще ли договорится с марсианами, а!? Или вам такая мысль на ум не приходила!?
На этот раз возмущенных голосов было даже больше. Сам Алексей пока молчал, но в отличии от приятеля готов был влиться в общий хор возмущений в любой момент.
– Не мы это начали! Не мы напали первые! … И мы не можем договориться, потому что не определили того, кто тут главный и с кем вести переговоры… Как я вам уже сказал, тут война необычная, своего рода партизанская, но без ярко выраженного организованного сопротивления против нас… Эту базу, где вы все сейчас, разбивали 3 раза. От самых первых защитников осталась лишь жалкая кучка, включая меня самого.
– Значит надо набраться смелости признать поражение и покинуть Марс! – выдал кто-то из техников.
Его так же поддержали новички. Вот только теперь последовала реакция в виде недовольных взглядов от бойцов за другими столами.
– Тихо всем! … Никуда мы уходить не будем, потому что следующей за Марсом будет наша Земля! Это не мои фантазии, а объективный анализ и данные разведки!
На его словах «ожил» экран за спиной, и появилось достаточно четкое изображения какого-то места крушения.
– Отсюда из плато Маре-Бореум, которое простирается далее на север на сотни километров, из впадин, коих там много, взлетают их корабли… Они похожи на большие кубы, которые бесшумно преодолевают гравитацию Марса, выходят на орбиту и исчезают… Один из таких кубов был замечен возле Луны, но успел исчезнуть до того, как были предприняты меры… Вы могли что-то слышать об этом из земных новостей несколько месяцев тому.
За столом снова зашушукались. Алексей действительно слышал об этом, но не придал значения, потому что подобные разно-форменные неопознанные летательные аппараты фиксировались и в атмосфере Земли и на ее орбите на протяжении веков. Люди успели немного попривыкнуть к ним, потому что экзистенциональной угрозы Человечеству они не представляли. Куда большими и желанными новостями для землян были стартанувшая экспедиция на спутник Юпитера Ганимед или подготовительные мероприятия к старту еще более амбициозной миссии к Проксима Центавра.
– Все государственные формирования и союзы Земли в курсе происходящего. Угроза не пустая, а вполне осязаемая… Мы знаем район, откуда вылетают эти кубы, и каковы их деструктивные возможности – продолжал Антонов.
Снова ожил экран, и сменилась картинка. На этот раз запустился некий фрагмент, снятый видимо спутниками Марса или кораблем людей с орбиты. На нем летящий куб атаковали ракеты, запущенные с поверхности. Вращаясь вокруг своей оси неопознанный летательный аппарат отразил атаку, яркими вспышками мощных электрических дуг и разрядов, выпущенных как бы из своих углов. Алексей обратил внимание на предварительную трансформацию куба, вытягивание его в ромбоэдр. Именно образовавшиеся острые углы излучали яркие энергетические дуги, которые поразили все ракета на весьма приличной дистанции, не оставив тем и шанса приблизиться.