Шип и хаос. Факультет отверженных (СИ)

— Так или иначе, обучение будет, — уходя, качнула головой Урса.
— Век бы оставалась недоучкой! — бросила я наставнице в спину.
Я откровенно дерзила и противилась уготованной судьбе. Не терплю, когда решают за меня! Гнев мигом затмевал разум.
Урса ушла, а я оказалась в комнате с двумя рядами широко расставленных кроватей. Не все из них были застелены. Я насчитала девять занятых коек. При желании сюда можно было вместить ещё больше.
Я нашла взглядом угловую постель со свёрнутым матрасом и села, вытянув ноги. Голод почти прошёл, напоминая о себе лишь смутным ощущением пустоты в животе. Я так устала, что могла думать только о ванной да подушке.
— Ладно, сегодня буду послушной. Пусть думают, что приручили Дикий шип, — прошептала я. — Отдохну и осмотрюсь.
Мельком взглянула на метку, оставленную предателем Гастоном Эссаром.
— Мерзавец! — Я могла только шипеть, вспоминая, как декан впитал магию, уничтожив паука.
А я так старалась!
Тонкие, чернильные линии на кисти переплетались в сложном узоре. Послюнявив палец, я принялась свирепо оттирать магическую пачкотню Эссара. В какой-то момент показалось, что линии бледнеют. От радости сердце забилось чаще, но спустя секунду фиолетовый контур проступил заново, принеся с собой зудящую боль. Кожа на руке покраснела.
Я была готова рычать от бессилия.
— Ты кто?
Вопрос раздался над головой так неожиданно, что я подскочила на кровати. Незнакомцу удалось тихо пройти в комнату и подобраться очень близко. Обругав себя за беспечность, я вздёрнула подбородок.
— Человек! Разве не видно?!
— Ты красивая. Человек…
Изучающий взгляд необычных сиреневых глаз был прямым и открытым. Я нахмурилась и передвинулась на постели подальше от гостя, обернулась, убеждаясь, что дверь в спальню осталась распахнутой после ухода Урсы. Так что пришелец не врывался в комнату силой, чтобы разбрасываться комплиментами.
— Это ты к чему? — опасливо спросила я.
— Говорю, что вижу, — ответил незнакомец, немного растягивая слова.
Очень светлые, почти белые ресницы на миг опустились, прикрыв сиреневые прозрачные глаза юноши.
«Мне сегодня везёт на странные знакомства», — с досадой подумала я.
— Кто ты? — Он повторил свой вопрос.
— А ты? — Я окинула его быстрым взглядом.
Узкое лицо, такие же узкие и высокие скулы, все линии какие-то угловатые, но привлекающие, способные удержать внимание, заставить любоваться чёткостью и гармонией. Он не был слишком высок, но ладно сложен и держался с достоинством. Дар ярко горел в груди юноши, говоря о потенциальной силе его магии.
Чужак! Опасный или не стоит беспокоиться?
Я перебирала в памяти, что мне известно о других расах, которых осталось не так уж много в Союзных землях.
— Думай, прекрасная незнакомка. — Юноша приятно улыбнулся кончиками тонких, но красиво очерченных губ.
Я потёрла лоб ладонью.
— Белые волосы, белые ресницы, очень светлая кожа, сиреневые глаза, — пробормотала я.
Юноша изящно наклонился. Манящая улыбка сделалась шире. У меня на миг закружилась голова: почудилось, что в воздухе и вокруг головы таинственного гостя кружат серебристые искорки, слетая с кончиков коротко остриженных волос.
— Все фейри врут! — выпалила я. — Не проведёшь!
Звонкий смех юноши разнёсся по комнате:
— Мы мастера хитрости, но не в Академии. Тебе нечего опасаться.
Двигаясь легко, будто не касаясь подошвами пола, он встал напротив и протянул узкую ладонь.
— Нас некому представить, поэтому сделаю это сам — Эриенфеллиль Дайси Эспен Роуз.
Я чуть коснулась подушечками пальцев прохладной ладони нового знакомого. Опасения так меня и не покинули. Хаос знает, чего ожидать от факультета запретных заклятий!
— Можно я не буду повторять этот ужас? Боюсь призвать какого-нибудь слизняка из вечной материи. Ой… — Я одумалась. — Не хотела тебя обидеть.
— Все называют меня просто Лиль, — легко ответил он. — Лиль Роуз.
— А я — Дикий шип, Розочка, — насмешливо фыркнула я.
— У твоих родителей была хорошая фантазия, Дикий шип, — Лиль ничем не выдал удивления или обиды, продолжая улыбаться.
 
— Твоих никто не переплюнет, — весело парировала я. — Это прозвище. На самом деле меня зовут Кирстен Шип.
— Шипы и розы… Я сразу понял — ты особенная и что-то принесла с собой.
Лиль забавно склонил голову набок, прищурил сиреневые глаза, словно видел нечто недоступное обычному взгляду. Мне стало неловко за свой потрёпанный вид. Я пригладила платье, поправила порванный рукав. В форменной фиолетовой куртке и таких же брюках из грубой ткани, Лиль всё равно выглядел как аристократ на торжественном приёме.
«Ты что-то принесла с собой», — точно эхом пронеслось у меня в сознании.
Слова юноши показались странными, встревожили. Не сдержав порыва, я быстро положила ладонь на грудь, убеждаясь, что ключ всё ещё на месте.
— О чём ты? — Я, кажется, покраснела, понимая, что выдала себя: лицо обдало жаром. 
В библиотеке опекуна-учителя было множество книг по истории мира. Я хорошо помнила, что фейри не стоит доверять — очаруют речами и обманут, выведав тайны. В этом была их суть.
В начале противостояния между Союзом земель и магами хаоса коварные фейри подтвердили свою репутацию. С их предательства началась война, которую приверженцы Хаоса проиграли и потеряли свободу.
Я недовольно, исподлобья смотрела на молодого фейри, так и ждала подвоха. Не ответив, Лиль осторожно взял меня за руку и взглянул на покрасневшую кисть.
— Не пытайся уничтожить печать. Ничего не выйдет. Навредишь себе.
Я резко выдернула руку из его тонких пальцев, натянула рукав.
— Я упорная. Доложишь противному Эссару?! — с вызовом бросила я.
— Может, и паука делала? — серьёзно спросил Лиль, пропустив оскорбление.
— Отличный был паук. Загляденье! — отвернувшись, проворчала я и принялась разворачивать матрас, только бы не видеть светлого и открытого лица молодого фейри.
Я никогда прежде не встречала эту расу и не знала, бывают ли старые фейри. Вполне могло оказаться, что Лилю не двадцать лет, а все сто. Любопытство взяло верх, и я спросила:
— Откуда знаешь про паука?
— Заклинание иллюзии «Атакующий паук» исполняют почти все новички. Господин Эссар привык и, думаю, находит это забавным. Он оценивает поступающих: по поведению, реакциям, магии.
— Так он, гад, был готов! — Я развернулась и сжала кулаки: в груди вспыхнула прежняя ярость.
— Он выполняет свои обязанности, — пожал плечами Лиль.
— И ты сплетал паука?
— Я нет. Это не имело практического смысла. Нам некуда бежать, а я сам хотел попасть в Академию.
— Сам?!
Я с недоумением уставилась на студента.
«Фейри безумен. Это всё объясняет. Повредился рассудком после ареста», — рассудила я.
— И давно ты в Академии? — вкрадчиво поинтересовалась я.
С сумасшедшими следовало вести себя осторожно.
— Два года, — всё так же спокойно ответил Лиль. — На факультете отверженных нет деления на курсы. Мы все учимся вместе, пока созревает дар, осваиваем навыки работы с Хаосом.
Распахнув глаза, я внимала словам фейри, пыталась осмыслить.
В моей голове, точно в огромном котле, варилось ядовитое зелье из мыслей и предположений: зачем в Академии обучают запретной магии, куда маги попадают после созревания дара и многие-многие другие.
Впору и самой свихнуться!
— Погоди! — Я поняла, что терзало с первой минуты знакомства с необычным студентом. — Ты фейри! Последний маг хаоса вашей расы погиб во время опустошающей битвы на северной границе.
— Я первый, кто родился с этим даром спустя столетие. Дар и проклятие, — Лиль замолчал.
По светлому лицу фейри трудно было понять отношение к судьбе отверженного. Жалел ли он, что его жизнь сложилась не так гладко, как у других благородных сородичей.
— Не считаю себя проклятой, — возразила я. — Горжусь, что родилась ведьмой, а не какой-нибудь стихийницей со слабеньким пламенем.