Химеры пустошей (СИ)
Перевел взгляд на Надара, ждал объяснений.
— Наина, покажи ему.
Женщина, едва заметно дернув щекой, видно, не хотела показывать, — все таки отдернула лоскут в сторону.
— Прошу меня простить, — вспомнил вдруг о вежливости ректор. — Я вас не представил. Это Наина и Павел, дом Шквал, из Дольмена циркуса Скальда. А это наш преподаватель, высший маг Мар Шторм. Мар, прости, что выдернул с лекции. Мне показалось, это важно. И не только для школы. Посмотри. Знакомо?
Знакомо ли?
Мар уже несколько мгновений не отрываясь смотрел на предметы, которые, оказывается, скрывались под линялым лоскутом. И это была не обычная добыча «вольных охотников».
— Серебро, — наконец сказал он и порадовался, что интонации получились равнодушно-нейтральными. Клара бы оценила. Или не оценила бы, как посмотреть. — Знакомая мастерская. Из Водопадного. Откуда это у вас?
На самом деле не просто украшения из знакомой мастерской. Все куда серьезней. Это знаки отличия одного, совершенно конкретного драконьего рода, рода, к которому сам Мар имеет прямое отношение. Серебро успело потемнеть, но многие надписи еще вполне различимы.
— Ребята нашли в пустошах человеческие останки. Кости. Понятное дело, никаких тканей, никакой органики не было в помине, но металл и частично — синтетические материалы уцелели, я счел, что тебе стоит взглянуть, — пояснил ректор за «ребят».
— Позволите? — спросил Мар у трапперов. Женщина кивнула, мужчина, Павел, сказал:
— Мне сразу показалось, что покойник не из простых. Там было еще кольцо, но детектор показал магическую обработку. Я не стал трогать, мало ли.
— Правильно.
Металлические накладки от арбалета с характерным узором. Но это ладно, такие могли быть и у богатого горожанина… а вот нагрудный жетон с коротким словом «Шторм» — это серьезно. Судя по сапфировой вставке, не слуга и не горожанин, кто-то из семьи. Кто-то из драконов Водопадного.
— Обстоятельства? — так же отстраненно спросил он.
— Да какие обстоятельства… — Наина провела ладонью по седеющим волосам. — Мы возвращались из… не знаю, знакомы вы с обозначениями… из четвертого сектора Аркады. Обходили большую стаю, нас предупредили местные, что химеры потянулись поближе к циркусам и надо бы осторожней сейчас ходить.
Земли, по которым обычно путешествуют трапперы, не имеют дорог. Там нет живых поселений, но есть приметные точки, которые считаются границами «секторов». А «сектора» уже привязаны к тому или иному равнинному дому. Никто уже не помнит, почему так, но причина наверняка была. Четвертый Аркады — это гористый участок к северо-востоку от Скальда. Граница примерно кэмах в тридцати.
Мар представил карту и счел, что стая, которую обходили трапперы, могла быть частью той, которую они с грифонами уничтожили у рубежной гряды. Но могла и не быть.
Павел, подождав, не добавит ли чего его жена, подхватил рассказ:
— Уже думали, что миновали стаю, как заметили — блестит что-то. Я подошел взглянуть, оказалось, кусок материи. Вот этот, синий как раз. А уж оттуда, от куска этого, смотрю вниз, пещерка. В таких химеры часто гнезда вьют… а на дне кости.
— Закричал мне: иди говорит, жена, посмотри. Вроде, химеры человека убили! — невесело улыбнулась Наина. — подхожу, точно. Кости. Бычьи, еще какой-то крупной твари. А поверх-то вот этот кусок. Вроде, от арбалета или чего-то похожего. Наконечники стрел там еще сохранились…
— Спустились мы в яму. Хотели поднять да в циркус унести. Захоронить по человечески… а жена мне и показывает. «Взгляни на его руки!». Я смотрю, а руки-то связаны. Проволокой. Связали б веревкой, и никто не понял бы… в общем, человека этого, я считаю, нарочно отдали химерам. Связали и выбросили на территории стаи. После химер-то ничего не остается.
Наина вздохнула:
— Не к князю же с этим идти. Я подумала, Надар лучше разберется. Никогда не слышала, чтобы таким образом от трупов избавлялись. А если связанный был, то может… может и вовсе его живым туда…
Перед глазами встали вдруг сумерки где-то на пустошах, возле Рубежной гряды, холодный колючий ветер. И человек, живьем сброшенный в живородную клоаку, заполненную кислотной паутиной.
И пламя, пламя выше человеческого роста, пожирающее все внутри той пещерки. Кого он тогда сжег?
Мар был уверен, что кого-то из неудачливых трапперов или купцов.
Но могло быть и иначе.
Он отложил жетон и накладки. Взял в руку черные невзрачные пряжки от портупеи. Потер одну. Но чернота не была копотью. Просто серебро успело потемнеть. Может, из-за той же кислоты.
— Сможете описать кольцо? — спросил он сразу у обоих трапперов.
— Простое, серебряное, — сразу сказала Наина. — С какой-то надписью, но мы не дотрагивались.
Черт. Скорей всего, именное драконье кольцо. Да что происходит в Водопадном?
— Правильно. А когда вы его нашли? Хотя бы приблизительно?
— С неделю, — подумав, ответил Павел. — Как раз на следующий день большую бурю нанесло, пережидали почти сутки в укрытии.
А Наина развела руками:
— Мы, чтоб пораньше в циркус вернуться, пошли к версте, что за Старой Заимкой. А она пустая оказалась, непроходимая. Да еще и погода не предвещала ничего хорошего: то снег, то град. Потоптались мы там с полдня, да и пошли своим ходом. Получилось дольше, зато разведали еще один заброшенный хутор. Стекло — оттуда. Там еще есть. Вообще, стоит туда наведаться, пока шимсы не прознали.
С неделю — это как раз, когда они с грифонами пережидали ту же бурю под Рубежными холмами. Возможно ли, что «его» покойник, и этот, — образовались одновременно? И по сходным причинам?
С другой стороны, кости могли пролежать в яме долго. Трапперов мало. Может, на тех землях никто не ходил лет десять…
Мар побарабанил пальцами по столу.
«Шторм». Кто-то из своих. Может, когда-то… там, в Водопадном… Мар встречал этого человека. Может, они были знакомы.
По пальцам он мог бы пересчитать людей из Водопадного, по которым даже не скучал, какое там, о которых мог вспоминать без холодных и ярких вспышек захороненной в сердце ненависти. Но это не отменяло, что покойник мог оказаться его родственником.
— О чем задумался? — спросил ректор.
— Да. Спасибо! — ответ прозвучал невпопад, но Вольдемара Шторма это не смутило. — Это очень важно, то, что вы рассказали.
— Можете забрать это все, если вам надо, — быстро, чтобы муж не возразил, сказала Наина, — не к добру такие находки.
Мар поймал взгляд женщины и кивнул, подтверждая: это для него важно. Драконье серебро все поместилось в его ладони. Надо же. А ведь это чья-то жизнь. История взлетов, успехов, неудач. Где-то здесь, среди одинаковых поясных бляшек — отметки о наградах, о статусе. На самом деле, если это все отчистить, о бывшем хозяине серебра можно будет узнать довольно много. Но чистить не хотелось: не хотелось, чтобы просто невзрачные куски металла вдруг превратились в имя. В знакомое имя.
— Благодарю. А сколько вы попросите…
Он показал трапперам облюбованный прут.
— Три княжеские расписки или десять монет, — деловито определил Павел.
Что ж немного. Он быстро расплатился.
Надар со всем почтением и уважением распрощался с трапперами, изрядно проредив в пользу Академии запас их товаров, и только закрыв за ними дверь, наставил на Мара палец:
— Рассказывай! Что ты понял, рассказывай!
— Это был маг из Водопадного.
— Об этом и сам догадался, не дурак! Что еще?!
Мар пожал плечами:
— Я кое-что не счел важным и не упомянул в докладе. Но сейчас ситуация поменялась. В конце рейда, перед самой бурей, мы обследовали холмы в поисках заряженных клоак той стаи, которую гоняли в последние дни…
Он рассказывал, наблюдая, как в глазах ректора разгорается интерес, жаль, история оказалась короткой.
— …я бы там яму прожег до центра планеты, если бы Куница не напомнил, что можно этого не делать, — закончил он рассказ. — Теперь вот думаю, что эти случаи связаны.
— Я тоже думаю, что связаны. Что-то происходит… или затевается. И не вижу причин считать, что это что-то хорошее.