Химеры пустошей (СИ)
— Конечно, Академия, — тихо сказала она. — Но…
— Тогда завтра, на рассвете. Сейчас я переговорю со старостой и открою портал для беженцев, чтобы они могли вернуться в циркус. Это не займет много времени, но тебе бы лучше укрыться. В пещере. Я провожу…
Маг говорил коротко и отрывисто, видимо параллельно составляя в уме план действий. Что же, спрятаться в пещере и подождать рассвета — не сложная задача, особенно если где-то рядом будет караулить Кусь…
А потом плешан так же тихо и незаметно проберется следом за ними к циркусу Скальда. Но вот сможет ли попасть внутрь? Да и надо ли, чтобы попал?
В некоторых старых книгах пишут, что химер раньше приручали и они даже могли выполнять несложные поручения. Но с тех давних времен прошли десятилетия, а то и столетия. Никто не знает, как это делается.
Вдруг кто-то справа и выше по склону холма заорал тонким пронзительным голосом:
— Фа-айе! Файе! Плешаны! Там!!! Аааа!
Одним выверенным движением маг отправил ее себе за спину, но не рассчитал, Янка неловко качнувшись, села на камни.
— Где? — во всю силу легких крикнул он, очевидно осматривая местность в поисках врагов. Только Янка была уверена в одном: врагов там не было! Скорей всего это любопытный Куська подобрался слишком близко к людям, дав себя рассмотреть кому-то из здешних детей.
Кто-то пробежал мимо. Где-то грохнули чем-то тяжелым по чему-то звонкому и металлическому — и еще раз, и еще.
«Кусь, прячься! — закричала она мысленно, — убьют же дурака!»…
Неловко поднявшись, она зашарила руками, пытаясь поймать за одежду или мага, или кого-нибудь еще. Но тот уже умчался спасать беженцев от возможной угрозы. Вот только куда? Вниз по склону, вверх?
— Кусь, — пробормотала она, — прячься же, глупый…
Тут что-то прошуршало около ног, и складчатая бестолковая башка так сильно пихнула ее под колена, что Янка снова чуть не упала.
— Дурак ты колючий… здесь опасно, беги в скалы! Ну что за дела, ты же хищная химера, ты должен бежать к своей стае…
Но химереныш думал совсем иначе. Он уже определился со своей стаей, и менять ее на вольную жизнь в выстуженных пустошах не собирался.
— Так вот оно что, — раздался насмешливый голос мага совсем не с той стороны, с которой она ждала. — Вот это из-за кого паника…
— Не трогайте его! — обозлилась девушка. — Вы же не знаете…
— Чего я не знаю? — голос приблизился. Маг снова стоял совсем рядом с ней. Может быть, меньше, чем в шаге. И вот удивительно, химереныш даже не пытался удрать или спрятаться — все так же жался к ее ногам.
— Про него. Про Куську…
— Как-как? Куська?…
Янка почувствовала, что краснеет. Она всегда быстро краснела, если попадала в неловкую ситуацию.
— Сначала я назвала его Квазимодо… как в старинной сказке из книги. Там был такой горбатый страшный парень. Но это длинно, и я для краткости…
Пауза затягивалась. Было совершенно не понятно, что сейчас сделает маг. Убьет плешана? Убьет саму Янку? Выругается?
Ответа все не было, и она хмуро договорила:
— Козик — совсем смешно получилось… а плешаны же с клыками. Вот я и… в общем, он теперь Кусь…
— Понятно. Кусь, значит…
Шум неподалеку оповестил, что все взрослое мужское население лагеря беженцев, а то и женское, собралось неподалеку и сейчас обменивается впечатлениями об увиденном.
— Вы же один раз его уже не убили, — напомнила Янка почти безнадежно. — А он наставника Арема спас. Отвлек медника, и я успела добежать. И вообще он…
Янка замолчала. Смысл что-либо говорить? Решения здесь принимает маг и только он.
Движение воздуха, шорох сместившегося камня.
— Так, Козья Морда, — голос прозвучал теперь неожиданно снизу. — Следи за своей хозяйкой, хорошо? Чтоб тут ни одной химерской рожи больше, понял? Смотри у меня… а ты… Эсмеральда… Провожу в пещеру сейчас. И сиди там тихо. Жди.
— Л-ладно.
Маг крикнул теперь уже собравшимся неподалеку людям:
— Опасности нет! Расходитесь! Представление окончено!
Кто-то, кажется, возражал, кто-то возмущался. Но не то, чтобы в полную силу: увидели, что зверюга не атакует, а может и вовсе испугалась.
Дорого бы Янка дала, чтобы сейчас хотя бы взглянуть на лица собравшихся. И на мага тоже. Что он решил? Почему вдруг ей помогает? И почему, если уж помогает, то так, словно сам злится на свое же решение…
А может, ей это только почудилось.
Совсем другая пещера, не та, в которой ее спрятал капитан грифонов. Обжитая — еще недавно здесь что-то готовили, сохранился след запахов горячей еды.
Конечно, все ценное крестьяне забрали с собой обратно в циркус. Им там сейчас пригодится даже то, что раньше они выкинули бы не задумываясь. Если уж грифоны изгоняли химер целых три дня, там, должно быть, все разрушено, и от прошлогодних запасов съестного мало что осталось. Хорошо, что сейчас весна, и не о какой порче урожая не может быть речи. Осенние прорывы химер приносят куда больше бед.
Янка сидела в своей темноте, изредка начесывая лицевые складки плешана, и думала о будущем. И еще, фоном, боялась, что маг про нее забудет и не вернется. А то и нарочно оставит ждать в пещере, пока Лис не догонит Зайца…
У нее было одно из одеял, оставленных грифонами и кружка остывшей воды.
И четкая уверенность, что если сейчас заснет, то обязательно проспит появление мага, и останется в этой пещере, как в склепе, навсегда. Нет, умом понимала, что этого не будет, но все равно боялась.
И конечно, она задремала, завернувшись с головой в одеяло, а когда проснулась, рядом плешана уже не было. Было тихо — не похоже, что грифоны вернулись. Значит, еще не утро? Или утро, но сбылись худшие опасения? Или что-то случилось в циркусе и…
— Проснулась? Держи. Это завтрак.
В руку ткнулся ломоть хлеба. Свежий, одуряюще пахнущий кусок недавно из печки…
От хлеба пахло домом. И вот именно в этот момент, отщипнув немного теплого душистого хлеба, Янка наконец-то осознала, что домой не вернется. Не сейчас. Отец не должен узнать, что она в беде. Никто не должен узнать. Она справится сама. Или пропадет, но это решение уже принято, обратно не переиграешь.
Янка сморгнула слезу. Спросила:
— Когда мы выходим? Сейчас? А как грифоны?..
— Грифоны задержатся в циркусе, приказ князя Константина. А мы с тобой отправимся в путь сразу, как ты справишься с завтраком.
— А Куська? Он…
Маг молчал некоторое время, потом довольно холодно спросил:
— А ты выяснила, чем они кормятся?
— Но… нет, но…
— Хочешь заморить зверька голодом?
Янка нахмурилась, соображая:
— Химеры рвутся в циркусы, потому что им там хорошо и уютно, и много еды… и на караваны нападают. И клыки у них загнутые, то есть они плотоядные хищники. Но охотятся большими группами. Так? а маленький одиночный зверь…
— Химеры социальны, — менторским тоном перебил ее маг. — Даже слишком. Из живородной клоаки за раз может появиться два-три десятка новых особей, которым нужно как-то набирать, накапливать опыт, чтобы самим вступить в стаю или сформировать боевой костяк новой стаи как можно быстрее.
— Ну да, — нахмурилась Янка, — считается, что именно поэтому в стаях сосуществуют несколько видов… но все равно, никто не знает, как они связаны…
— Во-первых, вид все-таки один, химеры. А во вторых — химеры телепаты. Причем, в первые часы после «вылупления» они формируют очень прочную эмоциональную сетку со всей стаей. Они учатся понимать «голод» и выполнять слаженные действия по его утолению. Потом уровень связи только усиливается, появляются «специализации». К моменту, когда тварь себя начинает осознавать, как отдельную от стаи особь, у нее формируются еще ряд способностей и навыков — в том числе способность к оборотничеству. Как правило, оборачиваются химеры в представителей своей же стаи — только более крупных и агрессивных. В решительный момент, например, вся стая может вспорхнуть горгулами или, если дело происходит южнее, вивернами.