Химеры пустошей (СИ)
Тонкие пальцы сжались, стискивая ни в чем не повинный мех:
— Только попробуй опять ускользнуть. Мне надоели эти увертки. Марик, ты же понимаешь, чем это кончится?
— Дерись! Дерись! — кричали где-то за спиной. Мальчик вытер бегущую из носа юшку, пригнулся, увертываясь от летящей в голову кривой палки, прыгнул вперед, к не на шутку разозленным противникам — мальчишкам года на три старше и намного сильнее.
Кричали азартно, стучали по перилам, топали — садок не любит аутсайдеров. Здесь ты или победитель, или уже не шевелишься. Так уж принято стало в Водопадном.
— Бей! — до хрипа чей-то голос за спиной.
Мальчик знал, что поддерживают сейчас не его, и понимал, что у него всего миг, чтобы дотянуться до врага и причинить хоть маленький вред…
Хотя бы тоже нос расквасить.
Он дотянулся до врага, и всей массой увлек его в пыль на холодных камнях малого двора. Зрители взвыли и застучали еще громче, а мальчик, оказавшись на миг сверху, от души всадил острый кулак в глаз противнику. И еще! И…
Его скинули почти сразу, и почти сразу прилетел первый удар ногой. Закрыв руками голову, он замер, ожидая, когда все так или иначе закончится…
— Хватит! — раздался презрительный девичий голос над головой. — Мой маленький братик все понял.
— Он покалечил Даника! — не согласился другой голос.
— Хватит, я сказала. В конце концов, это всего лишь наш маленький недокормыш Вальдемар. Он у нас ответственный юноша и сам ответит перед родом, да, малыш? Или мне поговорить с твоим братом?..
Клара разжала пальцы и резко отвернулась:
— Жду тебя через два часа. Кондор! Иди сюда, ты мне нужен!
Мар проводил равнодушным взглядом ее спину и вернулся к своим сумкам. Прошло больше пятнадцати кругов. Те дети выросли. Многих уже и в живых нет… многих — нет.
Клара сейчас — единственная наследница Водопадного, вторая после магистра Тедора, верховного мага чертога. Ее слово для младших членов семьи — закон, закрепленный магией. Но как же иногда хочется ее убить…
Полог над дверным проемом едва заметно качнулся, впуская дежурного из свиты Азара Кондора.
— Грифон пришел, — резко не то доложил, не то сделал одолжение он. — Зовет магистра Шторма.
— Иду. — Мар, ругнувшись в уме, бросил сумки. На штаб грифонов опаздывать не принято.
Янка-Безымянка
Она проснулась затемно. Во сне, в поисках тепла подобралась к самым ртутным камням, еще немного, и начала бы их обнимать. А всякий знает — ртутные камни голой рукой трогать нельзя, остынут.
Стояла кромешная тьма — кроме слабенького мерцания камней не видно ничего и никого. Да и те, словно светлой пыльцой припудрены. Едва — заметный отблеск.
Она шевельнулась, отстраняясь. И тут же, где-то неподалеку проснулся, зашуршал мелкими камушками на полу, наставник Арем.
— Еще темно, что не спишь? — шепнул он. — Завтра длинный переход.
Янка покачала головой — давно ей сны не снились. Особенно такие яркие. И такие дурные…
— Выспалась уже. Давайте, хоть за водой схожу.
— Не надо. Лагерь не спит, могут тебя увидеть.
Наставник был не обязан, но почему-то за ней присматривал. Хорошо, что так темно, можно спрашивать и не бояться, что кто-то что-то прочитает по ее лицу.
— Вы за меня не бойтесь, — сказала осторожно. — Я с обозом шесть дней шла, и ничего не случилось…
Темнота вздохнула:
— Обоз — это обоз. Там до тебя никому нет дела, пока не мешаешь. Ты же родом из Гротов?
— Да.
— Там сейчас будет очень трудно. Понадобятся любые руки, любая помощь. Даже твоя.
— Да, я знаю. У меня там отец и маленькие братья. Очень за них боюсь…
— Так что же сбежала?
— Отец хотел мастерскую продать. Чтобы были деньги мне на приданое.
— Не хочешь замуж?
Кажется, Янка наставника слегка озадачила. Ну да, не хочет, но…
— Дело не в этом. Если бы он продал мастерскую, то им с мальчишками было бы совсем… а так, хоть небольшие деньги. Правильно вы сказали — я лишний рот. И должна учиться сама о себе заботиться. Только все равно страшно. Я как будто их оставила в беде…
— Маленькая еще… кругов-то тебе сколько?
— Семнадцать. Почти.
— Что будет, то будет, девочка. Нам не дано угадывать. А пока — спи…
Снаружи раздался какой-то шум, но тихо, далеко. Быстро стих. Тем не менее, наставник вдруг засветил зеленый огонек и выглянул наружу. Увидел и окликнул дежурного:
— Что там?
— Да вроде, некромант у площади химеру засек. Постреляли чуток, но скорей всего показалось.
— Посмотрю. — Кивнул наставник. — А ты…
Янка криво улыбнулась — даром, что никто не видит:
— Сидеть тихо и не высовываться!
— Именно!
Арем вышел, Янка устроилась у выхода, там, где он только что сидел. Да, тут ощутимо холоднее, зато можно сдвинуть в сторону одеяло, служившее дверью, и подсматривать, что происходит снаружи.
Она увидела и дежурного, с которым Арем только что разговаривал, и самого наставника, спешащего куда-то в сторону версты.
Шум так и не повторился, и она снова задремала.
А проснулась из-за того, что кто-то грубо вздернул ее на ноги за ворот школьной куртки.
Янка ахнула, схватившись рукой за шнуровку у горла — показалось, что ее хотят задушить.
Было светло — резким белым светом высокой магии. Она даже зажмурилась, а когда открыла глаза, сразу узнала разбудившего ее человека. «Золотой» маг! Обладатель красивых усов, черных кудрей и десятка узорных бляшек на перевязи…
— Что вы… — просипела она, спросонья забыв испугаться.
— Надо же, а Клара-то права… маленькую шимсу везут с нами. Отлично! Идем!
— Куда?
Маг не ответил, просто грубо подтолкнул ее к выходу и повел, придерживая, как ребенка, за ворот, куда-то в центр древнего поселения…
Дежурного на противоположной стороне улицы уже не было, и вообще, предутренний лагерь грифонов как будто вымер.
Янка почти сразу догадалась, куда ее тащат — впереди замаячила круглая башня. Когда она была здесь в прошлый раз с обозом, то в башне ночевали самые знатные и богатые купцы.
Теперь, значит, в ней гнездовище драконов.
У входа дежурил еще один маг. Сидел и равнодушно подтачивал небольшой нож. На Янку с «золотым» даже не взглянул, но она почему-то была этому даже рада.
Всю дорогу она чувствовала себя странно. Вроде бы и в ясном уме, но даже мысли не возникло закричать, или позвать кого-нибудь на помощь, хотя она прекрасно понимала, что ничего хорошего в круглой башне ее не ждет.
Даже страх был какой-то отстраненный, словно все плохое, что могло сейчас случиться, случится не с ней, а с кем-то другим. А она будет просто смотреть со стороны…
В башне было тепло и светло.
— Привел? — хмуро приветствовала их красавица в красном платье. — Отлично. Давай ее сюда. Как прошло?
— Да спокойно. Никто не видел.
— А мы и не скрываемся, Азарчик. Мы в своем праве. Ты сам говорил — девочка у нас, мало того что шимса, так еще и без жетона. И прав на нее никто не заявлял. Так ведь, пеструшечка?
Янка облизнула губы. Понять, что здесь происходит, и на кой она сдалась высоким магам, сонная ее голова была не в состоянии.
Драконица подошла к ней, и сдернула на плечи капюшон.
— Смотри-ка. Я думала — она у нас рыжик. А она у нас — соломка.
По губам ее скользила странная, едва уловимая улыбка, от которой Янку бросило в дрожь.
— Жаль, что ты не мальчик… — но сожаления в голосе драконицы не было.
— Ну почему же, — хохотнул где-то за спиной «золотой» маг. — Как девочка она мне нравится больше.
— …впрочем, мне нужна только магия, — договорила она, не обращая внимания на слова «золотого».
«Сказать ей, — подумала Янка все так же отстраненно, — что в магическом смысле я бездарь? И Маг-у-Ратуши во мне даже зачтков способностей к некромантии не обнаружил?»…
— Азар, распорядись, чтобы принесли теплой воды. И пришли кого-нибудь мне в помощь. Ты ее не оглушил часом? Что-то наша девочка подозрительно тихая…