КОМ 4 (СИ)
САМЫЙ СТРАШНЫЙ ПРОФЕССОР
— Теперь в лабораторию.
— Фрайгерр Коршунофф! Может, не будем мешать профессору? Вы не знаете, какие у него покровители…
— А мне абсолютно всё равно. Ты же не знаешь, какие у меня покровители.
Заменгоф задумчиво обозрел тушу медведя и пробормотал:
— Пожалуй, и не хочу знать.
— И правильно! Держись этой линии, доктор, и проживёшь дольше. Вперёд.
В конце концов, мы подошли к огромной и, по-видимому, бронированной двери шлюза. Да ещё и выкрашенной в ярко-оранжевый цвет, чтоб даже для особо одарённых было понятно: опасно!
— И как мы будем до этого профессора добираться? Постучимся? Вероятно, ногами? Поскольку руками если — они нас не услышат.
— Ваше чувство юмора, фрайгерр, соответствует вашей форме…
— О-о, ты настолько поверил в себя, что принялся хамить?
— Нет, нет… простите меня… просто… я очень боюсь профессора Вебера. Это что-то из разряда иррацинального… Он всегда вежлив и предупредителен, но…
Тут меня осенило, что я забыл спросить самое главное.
— Он маг?
— Да, конечно. Магозоолог.
Пень горелый! Зверь! Этого мага обязательно нужно грохнуть первым. Иначе он нас с тобой…
Я понял!
Пожалуй, самый неприятный вид мага именно для оборотня. Поскольку сила оборотня в духе зверя, а этот гад способен именно на него и воздействовать.
Поставь шкуру… щит! Самый толстый! Я сам его достану!
А сможешь?
Сможем! Вместе мы — СИЛА!
Меж тем доктор нажал на неприметную кнопку, и внутри раздался резкий, неприятный звонок. Видимо, большинство дверей были так оборудованы?
Из черного блина громкоговорителя донеслось:
— Я искренне надеюсь, что причина достаточно веская…
И дверь, заскрежетав, начала отодвигаться в сторону.
Готов?
Да!!!
Я почувствовал, как напряглось тело. Оно словно наливалось пружинистой силой. И это было так здорово, что я даже немного испугался — слишком заманчиво было остаться в виде медведя.
Нет! Человеком тоже здорово! Я видел!
Рад, что ты понимаешь.
Пока шёл наш безмолвный разговор, двери открылись достаточно для молниеносного прыжка. Вот каждый раз удивляюсь — уж насколько здоровая махина белый медведь, а как легко и даже изящно может двигаться. Как только дверь открылась достаточно, Зверь бросился вперёд. Вот только весь его стремительный натиск закончился на полу у ног невысокого толстенького мужичка в синем халате и пенсне. Тело огромного белого медведя лежало просто грудой и ни одной мышцей пошевелить не могло. Ещё и перед глазами всё расплывалось…
— Людвиг, голубчик, ну, сколько можно вас ждать? С начала тревоги прошло уже столько времени…
— Господин профессор, этот… — сука-доктор пнул меня, — совершенно не поддавался на намеки. Вначале мы в ангар зашли, потом к пилотам… Он даже выбрал себе жертву на ужин! Представляете?
— Какой затейник! Но мне импонирует его чувство юмора. Жертва на ужин! Превосходно. И кто этот несчастный?
— Эмме.
— Бедняжка. Нам всем будет так её не хватать.
— Так он же ещё не…
— А вот об этом никому знать не нужно. Правильно?
— П-правильно, господин профессор.
Толстячок присел, с некоторым усилием развернул мою голову в свою сторону и продолжил:
— Фрайгерр, как вы думаете, почему мы продолжаем общаться с Людвигом на русском? Языке, который, как я понял, мы все тут знаем? Да-да, чтоб вам всё было понятно. Я с самого начала слышал всё происходящее на моей базе. Жаль, что посмотреть не мог, ну да сейчас здесь закончим и посмотрим. Нет, ну поглядите, какой экземпляр! Впервые вижу вблизи высшего оборотня в полной боевой трансформации! Давай-ка мы вернём тебе возможность говорить…
Ах ты, тварь самонадеянная!..
Я сплюнул накопившуюся слюну.
— А я вовсе и не оборотень!
— Что? Что ты сказал?
— Я не оборотень! — проревел я, наконец-то смог сфокусировать глаза и долбанул в «профессора» льдом. Мощная сосулька пришпилила толстенькую тушку к какому-то шкафу, а вторая пробила голову, разбросав ошмётки гениального мозга по сторонам.
— Бейте его! — заорал Людвиг-мать-его.
Но ко мне уже вернулась власть над телом. И не только. Несколько заклинаний отрикошетило в стороны, и я заорал:
— Взять!
Да-а!
Первым под удар попал добрый доктор, причём Зверь достал его задней лапой. Просто ударив назад и пробив насквозь. Потом на меня бросилась четвёрка молодых человек в синих халатах, прям как у профессора. Наверное, помощники? Ну и кто им после этого доктор?
Тем более доктор того… этого…
Юмор?
Ага! Вкусно!
Пока мы обменивались мыслями со Зверем, он раскидал синехалатников и доламывал двери в какое-то помещение, за которым пахло страхом. Нет — ужасом.
Вкусно!
За дверью оказались трое в синих халатах, причем одна из них — женщина. Вернее, девушка.
Самку тоже?
Подожди.
Хорошо! Давай дальше ты.
Давай!
21. КОГО НАЛЕВО, КОГО НАПРАВО…
ЛАБОРАНТЫ
— Сидеть не двигаться!
Вытаращенные глаза, голубые, трясущиеся от ужаса губы.
Самое интересное, что первой отмерла как раз девушка.
— Пожалуйста, не убивайте! Мы будем сотрудничать!
К ним ломает дверь окровавленный медведь, а они: «мы будем сотрудничать»???
— Да куда вы, на хрен, денетесь…
Я оглядел комнатку, куда они забились. Шкафы, пара мелкоскопов, какие-то ящики и клетки.
— Ну, как прошёл эксперимент?
— Откуда вы знаете? — похоже, дамочка тут за главную осталась. Или у мужичков совсем голос отнялся.
— Слухами земля полнится. Давай, рассказывай, а то я могу посчитать тебя бесполезной.
Она поморщилась.
— Основная фаза не завершена, но положительные результаты уже есть.
— И какие же?
— Агрессивность у образцов на нужном уровне и уровень инвазивности повысился в три с половиной раза.
— А давай по-простому, как для особо одарённых медведей? Не надо умничать. Все умники там, внизу остались. В чём заключался этот ваш эксперимент?
— Выведение особой устойчивой популяции леммингов вида Dicrostonyx torquatus. Копытного лемминга. М-м-м… с повышенным уровнем агрессии.
— Погоди. Копытного? Лемминги — это же мыши такие, большие, но мыши? — Эти яйцеголовые явно не в себе… Агрессивные мыши, ага.
— Вернее говорить хомяковые. Но да, это мелкие такие грызуны. Профессор Вебер был крайне близок к выведению породы, особо агрессивной к человеку. Конечной целью было формирование очага грызунов-переносчиков заболеваний, опасных для человека. К примеру, туляремии…
Чего-то мне поплохело.
Учитывая, с какой скоростью лемминги плодятся… Тут только начни — через год этих мышей будут тысячи! Да где там — миллионы!
И так на северах народу негусто, а после «экспериментов» он и вовсе обезлюдеет! Биологическое оружие делали для матушки России! Я вас, с-сука, всех сам съем!!!
Правильно!
Я с огромным трудом взял себя в руки.
— Система ликвидации подопытных?
Девушка усмехнулась.
— При отсутствии питания они сами умирают за неделю.
— Я спросил о ликвидации уже выведенных особей. И, милочка, вы живы — пока полезны мне. Ясно?
Она кивнула.
Я продолжил:
— Документация?
— Простите? — Она поперхнулась. — Простите ещё раз. Просто слышать такое от медведя…
— Ну так я не всегда медведь. И даже сейчас я — не только медведь! Так что уясните себе сразу, в ваших интересах оказывать мне всецелое содействие. Или закончите как ваш бывший шеф. Кстати, а что он тут вещал, что может слышать всё на базе?
— Система микрофонов и динамики по всей базе.
— Понятно. — Я улыбнулся, чем, по-моему, нагнал ещё ужаса. — Так где документы?
— Вот в этих шкафах. Она обернулась и поочерёдно ткнула в три шкафа позади неё. Здесь собрана вся документация по проекту, которая сможет вас заинтересовать.