КОМ 4 (СИ)

— Витгенштейн! Ты, ядрёна кочерыжка, издеваешься? Ты посмотри на меня и посмотри на себя! Кстати! — Иван наклонился к Петру и вытащил здоровенную щепку у того из комбинезона.
— Ни хрена себе! — протянул Витгенштейн. — Так она же меня могла… Ещё чуть-чуть…
— Ага. Могла. Вот тебе и поохотились.
Пока они там препирались об очередности приёма душа, я успел быстренько смыть пот и вышел к князям уже расслабленный и благодушный. Нет, всё-таки душ — это вам не магическое экспресс-очищение. Душ — это да-а!
  
ВОТ ЭТО ВЫХОД…
Пока ждал помывки князей и Хагена, решил заняться углями. Багратион, конечно, в приготовлении мяса — спец, каких поискать, но и мы тоже не лыком шиты. Пока-а он соизволит выйти — это если его Дашка за два-три круга не умотает… У них же, по факту, еще медовый месяц не кончился… Дело молодое…
Кстати, вопрос. Почему думают, что «лыком сшить» — это, вроде как, просто? Ты, пень горелый, сначала попробуй! У нас в дальней заимке есть глиняный горшок. От старости да от небрежного использования треснул, так деда Аркаша его берестой в несколько слоёв обмотал, на огне ту бересту обжёг — она и стянула тот горшок так, что и вода течь перестала. Оно, конечно, не лыко, но тоже подходит. Даже готовить в ём можно. Ну, ежели аккуратно. Так что не все поговорки правильные.
Пока разводил огонь, подтянулись остальные парни. Судя по всему, дамочки решили выйти все вместе — так сказать, торжественным строем. Ну и ладно их. Значит, успею нормально угли приготовить, салаты-зелень нарезать.
— Это ты хорошо, что салаты уже готовые не привёз, Петя.
— Н-да? Почему хорошо-то? Я, наоборот, хотел в ресторан заехать и там… — протянул он, — А папаня тоже велел свежих овощей взять. Я вот не понял. Смысл?
— О! Понимает генерал-губернатор! — одобрил я.
— Да ты поясни: почему? Хватит тут морду умную строить! — Пётр подвинулся ближе и стянул зелёный листик салата.
— Так! Для начала: руки загребущие — прочь от стола! А для продолжения: Петя, ты посмотри, я щас сам всё нарежу, оно сок даст, запахи-ароматы поплывут, всё свежее… А если ты из ресторана привёз — так им же минимум пять часов будет! Да растрясётся в дороге. Там не салаты-зелень, а размазня будет. Так что, папаня плохого не посоветует. Слушайся его!
— Вот ты зануда, Коршун!
— Великий князь, а чего Витгенштейн обзывается?
— Иди в жопу со своим Великим князем… — Сокол пребывал в меланхолии после «удачной» охоты и изволил грустить. Развалился на раскладном стульчике и потягивал, судя по цвету, все-таки чай. Ну не коньяк же, в самом деле?
— Ну спасибо на добром слове, чё уж…
— Обращайся. Ты мне вот что скажи: это твои архаровцы додумались на Багратиона ловушки понаставить?
— В смысле — мои? — я от удивления аж нож положил.
— Ну ты же кандидатов на охоту отбирал?
— Ничего не отбирал! — тут же открестился я. — Мне Попов кандидатов предложил, я мельком дела посмотрел… И кстати! Почему не ты, Сокол? По статусу тебе положено отбирать кандидатов, а не бедному мне. Валят всё на Илюшеньку, так ещё и претензии предъявляют! Ты смотри!
— У меня с охраной отношения не сложились. И тебе бы такие претензии… Он на охоте вспотел! А я в грязевой ловушке, твоими умниками на Багратиона поставленной, минут пять барахтался, пока вылез!
— Ого! Сочувствую. Но претензии все к Попову, — решительно перевёл стрелки я.
Теперь ясно, почему Ваня был такой «чистый». Ну и, опять же, причина настроения его становилась понятна.
— Так, в негу не впадаем! Пока дам ждём — давай, Пётр, присоединяйся, мясо на шампуры насаживай. Чтоб к приходу Серго всё готово было.
— Где есть будем?
— А щас этот столик к бассейну утащим, всё красиво разложим…
— Да-а…
Девушек и Багратиона пришлось ждать ещё час. Но видели бы вы их появление! Вот как из необходимо-доступного минимума одежды и всяких этих женских сумочек, зонтиков и прочей мишуры можно создать такой эффект? Клеопатры, въезжающие в Рим!
Очевидно, не на меня одного сие победное появление произвело оглушающее впечатление. Судя по отвисшим челюстям Сокола и Витгенштейна, девочки добились своего. И что было особенно приятно, Серафима на фоне княжон вовсе не смотрелась гадким утёнком. Поднабралась светского лоска, девчонки её по всяческим этим, сало-онам поводили. И вот — смотри: казачка, а выглядит совсем не хуже… а по мне так и красивше. Хотя, ежели в таком купальнике да в Иркутске где-нить покупаться… Боюсь, минут через пять пришлось б комментаторам рожи бить. Как у нас иногда казачки́ржут — «дикари-с, не поймут». Оно, конечно, потихоньку новые моды и у нас проникают. Но пока ещё слабо.
— Та-ак! — Сонечка деловито обозрела стол. — А почему мясо не готово? — я ж говорю, королевишны, блин!
— Вас ждали, чтоб горячее, с пылу с жару… Вот сейчас нам Серго и приготовит! — отмазался Витгенштейн.
— Ну, тогда кто как, а я — купаться! — заявила Маша и павой проплыла мимо нас к бассейну. Округленькая уже такая…
— Нас подожди! — Дашка и Соня тоже, плавно покачивая бедрами, прошествовали мимо. Одна Сима бросила на меня вопросительный взгляд, на что я улыбнулся и мотнул головой: иди, мол. А моя-то, сзади глянуть — считай, лучшее всех будет, а!
Девчонки явно не желали оставаться у стола, наивно подозревая, что их могут припрячь к готовке. Ну, а что? Княжна ты или нет, а бутерброды-то в полевых условиях намазать уметь должна. Хотя какие это полевые условия? Дом, баня, бассейн… Охота, тоже мне!
— Я сейчас окунусь — и за мясо, ладно? — Серго, завершавший кавалькаду, сгрузил с себя звякнувшие складные зонтики и вприпрыжку побежал за девушками к бассейну.
— Ну вот, всегда так. Чуть что — мы крайние. Мне, что ли, всё это готовить? — пробурчал Витгенштейн, патетически обводя руками разложенные на столе продукты.
— Петя, не ной! Чего тут готовить-то? Мясом Багратион займется, а тут нареза…
Я не успел договорить как от бассейна вначале донёсся вопль Симы:
— Стой! Нельзя! Маша, наза-а-ад! Там яд!
А потом раздался дикий рык и женские вопли.
Я осознал себя уже у бассейна, причём в обеих руках по ножу, рядом, тяжело дышал Иван с топором в одной руке и малым огнем в другой…
На бортике водоёма лежала Маша, поддерживаемая полуобратившимся Серго. Вокруг них сгрудились девчонки. Я нашёл взглядом Симу:
— Что, любимая?
— В бассейне яд! Сильный! Серго поймал Машу, она ногой задела…
— ТРЕВОГА! АХТУНГ!!!
Вот кто сомнениями вообще не страдал, так это Хаген. Он ТАК орал, что через мгновение появившийся Попов аж отшатнулся в сторону.
— Прекрати уже! — я дернул его за руку.
Через несколько секунд вокруг княжон сомкнулось кольцо телохранов. И откуда они все взялись? Только что никого не видел, не слышал.
— Антонов, пробу!
— Есть!
— Марию в дом, осмотр, доклад! — распоряжался полковник.
— Она отравлена, положение кри…
Дожидаться окончания фразы Попов не стал и рванул с шеи какой-то, видимо, артефакт. Стеклянная снежинка треснула в его руке, и рядом возникла знакомая линза. Я непроизвольно постарался закрыть собой Симу.
— Доклад! — коротко рявкнул Император.
— Отравление контактным ядом. Яд неизвестен.
— Сейчас…
Император повёл рукой, и из ещё одной линзы портала буквально выпала Императрица. Обвела взглядом всю картину и метнулась к Маше, которая полулежала на коленях у Сокола.
— Мне нужно…
— Сейчас всё будет, — перебил супругу владыка.
А потом начался просто лютый крындец. Император за несколько мгновений показал, что не зря он считался одним из самых сильных магов мира. В считанные секунды баня и часть построек перестали существовать. Совсем. На ровной, как стол, площадке появился огромный шатёр, в которую тут же унесли Марию и Серго. Багратион, оказалось, тоже зацепил отравленную воду ногой. Потом из порталов стали выпадать разные люди. И, видимо, такой способ «транспортировки» был для них привычен, поскольку никто не задал ни одного вопроса. А все как один сразу бежали в шатёр. Я так понял, это был экспресс госпиталь…