Клятва мести (ЛП)

— Это сомнительно.
Она нажимает кнопку первого этажа.
Я немного вздергиваю подбородок. — Мне нравится думать, что ты создаешь свою собственную удачу, и я намеренна изменить эту ситуацию по своему вкусу, чего бы это ни стоило.
Двадцать минут спустя, пройдя через кампус, мы находимся примерно в миле от Римского дома и приближаемся к лесу. Судя по басу, вечеринка началась.
София снова берет меня за руку, цепляясь за меня, как будто из леса вот-вот выпрыгнет серийный убийца. Я понятия не имею, насколько велики эти леса, и я не хочу заблудиться посреди ночи больше, чем она, но, надеюсь, риск того стоит.
Через пять минут по лесу оказываемся на краю поляны. Впервые с момента воскрешения Марсело мое лицо преображается улыбкой. Генератор запускает звуковую систему в дальнем конце, и по периметру у них есть несколько лазерных проекторов солнечной системы, так что деревья купаются в фиолетовых, розовых и голубых изображениях галактик. Над нами летают дроны, проецируя на толпу лазеры, которые движутся в такт музыке. Люди танцуют в центре поляны, а вокруг них все остальные пьют из своих стаканов Solo.
— Боже мой, это бочковая вечеринка. Да брось!
Я тащу Софию туда, где стоит бочонок, беру из кучи два пустых стакана и наполняю их оба, прежде чем передать ей один.
Моя первая вечеринка с бочонками — это похоже на обряд посвящения. Черт, это кажется настолько нормальным , что я, вероятно, взволнован больше, чем должен быть.
Одна вещь о мафии и людях, которые посещают Академию Сикуро, они делают дерьмо. Они научились взяткам, запугиванию и хакерским навыкам с юных лет, и я не сомневаюсь, что именно так ресурсы для этой партии пробивались через ворота.
София потягивает пиво и морщит нос. — Фу. Я ненавижу пиво.
Это тоже не мой фаворит, но я отбиваю кучу, а затем прочесываю толпу. Здесь не только обитатели Roma House. Есть студенты из Дублинского дома и Дома Москвы, хотя каждая фракция держится особняком.
Глядя на своего брата недалеко от нас, я хватаю Софию за руку и тащу ее от бочонка. — Сюда. Я не хочу говорить с Антонио.
За ужином он говорил со мной о Марсело, и я его заткнула. Я не в настроении для лекции. Антонио позволил мне избежать разговора сегодня вечером, но я знаю, что это продлится не так долго. Он такой же упрямый, как и мой отец, и иногда пытается вести себя так, как будто он мой отец. Новость, он не глава семьи — пока.
— Он не так уж плох, — говорит София, когда мы снова стоим на краю поляны.
Я закатываю глаза и делаю еще один здоровый глоток. — Легко тебе говорить. Он не отдает тебе приказы весь день.
Что-то проходит по ее лицу, но я не могу понять, что именно. У меня нет возможности спросить ее, потому что перед нами появляется Лоренцо.
— Привет, Мира.
Он улыбается мне той же улыбкой, которая привлекла мой интерес в первую очередь.
— Привет.
Я улыбаюсь в ответ, а София поворачивает голову туда-сюда, как будто мне нужно насторожиться или что-то в этом роде.
Лоренцо тянется к моей руке, и я позволяю ему коснуться меня на мгновение, прежде чем отстраниться.
— Нам нужно поговорить, — умоляюще говорит он.
Я ловлю себя на том, что осматриваю окрестности. — Я знаю. И мы будем. Только не здесь.
Он наклоняется и говорит прямо мне в ухо. — Я знаю, что ты скучаешь по мне.
Мои глаза ненадолго закрываются. Не потому, что его слова трогают меня — по крайней мере, не так, как он надеется. А потому, что время, проведенное с ним, и то, что я вместе с ним собираю вещи, представляет собой свободу выбора и свободу действий в моей собственной жизни.
— Обещаю, мы поговорим. Только не сегодня. Я хочу повеселиться, хорошо?
Я дарю ему такие же ланиные глаза, что и моему отцу, когда я была маленькой девочкой и чего-то хотела. Они работали, когда я просил только дополнительную порцию десерта или последнюю и самую лучшую игрушку, но когда я стал старше и просил о таких вещах, как свобода и не подталкивать меня к браку, которого я не хотел, их очарование, очевидно, было истощенный.
 
Но Лоренцо соглашается, как я и думал. — Отлично. Но не заставляй меня ждать слишком долго, иначе я приду искать тебя. Он подмигивает и исчезает в толпе.
— Иногда он может быть напряженным, — говорит София.
— Я могу справиться с ним. — Я допиваю остатки пива и поворачиваюсь к ней. — Допей свой и давай наполним. Нам нужно начать эту вечеринку.
Некоторое время спустя я чувствую эффект пива, когда из динамиков гремит «Призрак» группы The Acid. Мы с Софией поворачиваемся друг к другу и кричим. Мы единственные, кого я знаю, кто любит Кислоту. Мы берем друг друга за руки и идем в центр поляны, где все танцуют.
Я поднимаю свою чашку Solo в воздух и двигаюсь в такт музыке, чувствуя себя как в трансе, глядя в кроны деревьев с кружащимися изображениями разноцветных галактик, движущихся над ними. В этот момент мое тело кажется таким живым, таким свободным, и я собираюсь преследовать и пытаться удержать это чувство так долго, как только смогу.
Когда ритм действительно падает, руки ложатся мне на бедра, и тепло тела прижимается к моей спине. Глядя через мое плечо, Лоренцо улыбается. С улыбкой я отталкиваюсь от него, и его твердая длина ударяет меня, когда мы вращаемся друг против друга.
Мои глаза закрываются, и я становлюсь единым целым с музыкой, погружаясь все глубже и глубже в себя, пока рука Лоренцо не скользит по моему животу. Трепет между моих бедер пробуждает мою сексуальность. Его пальцы дразнят верх моих брюк, скользя внутрь и наружу вдоль талии моих джинсов. Я откидываюсь назад в его хватку, одна рука поднята ему за голову. Его горячее дыхание обжигает мою шею, я закрываю глаза, и единственный мужчина в моей голове — Марсело. Мои глаза резко открываются.
Какого черта?
Лоренцо наклоняет рот к моему уху и шепчет: — Пойдем со мной прогуляемся в лес»
Я ухмыляюсь, наклоняясь к Софии, которая тоже в своем собственном мире и поет во все горло. — Я вернусь через несколько минут. Тебе хорошо здесь одной?
Она кивает.
Я беру Лоренцо за руку и тащу его сквозь толпу, пока мы не достигаем края поляны. Оттуда он ведет нас через деревья, пока мы не оказываемся в двадцати футах от вечеринки. Он прислоняет меня к большому стволу дерева, руки на моих бедрах, и я обнимаю его за шею, глядя на него снизу вверх.
Он привлекательный парень с копной темных волос на макушке и шоколадными глазами. У него нет той мощной энергии, которая есть у Марсело, и, о боже…
Перестань думать о Марсело!
Глаза Лоренцо блестят так, что я понимаю, что он изрядно пьян. Может быть, поэтому мы вдвоем навлекаем на себя гнев Марсело. Потому что нет сомнений, что если он когда-нибудь услышит об этом, а тем более увидит нас, один или оба из нас могут быть мертвы.
Я не хочу, чтобы Лоренцо рисковал собой, но школьная политика не требует насилия, и если Марсело ее нарушит, его исключат. По какой-то причине, я не думаю, что он хочет этого, иначе он не пошел бы с канцлером так охотно сегодня вечером.
Черт возьми. Марсело должен понять, насколько я против этого союза между нами и что я никогда не отступлю. Я сделаю все возможное, чтобы выбраться из этой ситуации, даже если это означает опозорить себя и свою семью, чтобы он больше не хотел меня. А Марсело не может действовать против Лоренцо, не рискуя рассердить моего отца, поскольку отец Лоренцо — один из главарей мафии Ла Роса.
Лоренцо берет мою левую руку, перебирая бриллиант на моем безымянном пальце. — Ты носишь его кольцо?
— У меня нет выбора.
Я ненавижу слова, исходящие из моих уст, и еще больше ненавижу то, что они правдивы. Я не сомневаюсь, что Марсело был серьезен, когда сказал, что приклеит его к моему пальцу. Пока я не смогу поговорить с отцом в воскресенье, я должен подыгрывать.
— Тем не менее, я ненавижу это видеть. Мне хочется свернуть ему шею.
Его челюсть сгибается.
— Мы вместе этого хотим.