Сын маминой подруги (СИ)

Уля поняла, что стоит и молчит. А это невежливо.
— Приятно познакомиться, — пробормотала она.
Ответного «взаимно» Ульяна не дождалась.
— А давайте пить чай, — Наталья Николаевна сделала приглашающий жест в сторону стола. Захар преувеличенно громко вздохнул.
— Не вздыхай так, — проговорила Наталья Николаевна, выставляя на стол чашки.
Ульяна забилась в угол, бросила панический взгляд на Захара, и он сел рядом.
— Ты мог бы сам мне похвастаться.
— Было бы чем, — проворчал Захар, беря две чашки. Одну он протянул Ульяне, из другой отхлебнул сам. — Можно подумать, это первая медаль.
— Не первая. Но самая значимая. И если бы мне не позвонила Миланочка…
Захар еще раз вздохнул, но промолчал. А Наталья Николаевна перенесла свое внимание не Улю.
— А вы знаете, Ульяна, что вчера Захар получил золотую медаль на выставке «АгроЭкспо»?
В Ульяне совершенно некстати проснулся зануда и буквоед.
Если говорить совсем точно, то медаль все-таки получил агрокомплекс «Балашовский». Но заслуга в этом была, конечно, в первую очередь, Захара.
— Знаю. Я вчера присутствовала, когда Милана… Антоновна привезла эту медаль.
В Ульяну впился взгляд глубоко посаженных — и карих, как заметила вдруг Ульяна — глаз.
— Вы… вы были там? А, собственно… — Наталья Николаевна замолчала, явно подбирая слова.
Уля почувствовала, как под столом на ее колено легла рука Захара. И ощутила, как ее внезапно отпускает напряжение. Ну что она, в самом деле? Ничего плохого они с Захаром не делают!
— Мы с Захаром коллеги.
— Вот как? И по какой же вы… части? Вы работает под началом Захара?
Ульяна поняла, что сейчас она может совершенно не к месту улыбнуться от этого требовательного и подозрительного тона.
Кажется, Улю собираются уличить в том, что она строит карьеру не совсем традиционными способами. А именно — через постель. Так, главное, не засмеяться. Ульяна спряталась за чашкой с чаем, а за нее ответил Захар.
— Ульяна работает в юридической службе. Она — заместитель Самсонова.
— Заместитель Юрия?! — ахнула Наталья Николаевна.
— Точно. Его заместитель и правая рука.
Ульяна предполагала и надеялась, что работа с Самсоновым принесет ей определенные бонусы. Но чтобы такие… Во взгляде Натальи Николаевны подозрительность сменилась жгучим интересом. Кажется, в нем даже мелькнуло уважение.
— А что же вы заканчивали, Ульяна?
— Мама!
— Милый мой, нет ли у тебя какого печенья к чаю, — и бровью не повела Наталья Николаевна на окрик сына. — А то такой разговор интересный намечается.
Интересный разговор больше походил на допрос, но Улю это почему-то стало забавлять. Она пила чай, который ей регулярно подливал Захар, похрустывала печеньем и подробно докладывала Наталье Николаевне. Обо всем понемногу. О красном дипломе. О родителях и об истории семьи. Даже о Севере! О том, где живет и какие хобби, включая вышивание. Под конец ей хотелось уже смеяться. А вот Захар рядом сидел мрачнее тучи.
— Мама, у нас еще есть сегодня дела…
Уле показалось, что это прозвучало достаточно бестактно, но
Наталья Николаевна снова и бровью не повела.
— Ты прав, дорогой мой. Да и у меня тоже сегодня еще есть дела, — она встала и кивнула Уле. — Рада была познакомиться, Ульяна.
Ну вот, спустя полчаса допроса ее тоже удостоили этой фразы.
— Взаимно, — пробормотала Ульяна.
— Сынок, проводи меня.
Ульяна и не думала специально подслушивать их прощальный разговор. Но громко сказанную Захаром фразу: «Если ты еще раз явишься без предупреждения, я не открою тебе дверь» она все же расслышала. А вот ответ Натальи Николаевны — нет.
Эти слова Захара ее покоробили. Нельзя так. Это же мама. Да, Наталья Николаевна обломала им очень сладкое субботнее утро.
Да, сама Уля первые несколько минут знакомства с матерью Захара испытывала отчетливое желание поежиться. Но это не повод так разговаривать с мамой.
Снова хлопнула входная дверь, и через несколько секунд на кухне показался Захар. Плюхнулся на стул и подтянул к себе чайник.
— У меня неожиданное желание бахнуть с утра не чаю, а чего-нибудь покрепче.
 
Ульяна смотрела на то, как Захар пьет прямо из носика чайника.
— Мне кажется, зря ты так с мамой.
Захар поперхнулся, закашлялся, отставил чайник и вытер лицо о плечо. Взгляд, которым он посмотрел на Ульяну, ей не понравился. Колючий какой-то. Такого Захара Уля никогда не видела.
— А вот давай без этого.
— Без чего? — Уля услышала, как в голос без ее участия просочились металлические нотки.
Захар какое-то время молча смотрел на нее. Колючки из глаз исчезли. Теперь он был просто хмурым.
— Это моя мать. И с ней я разберусь сам, — Захар встал. — Пойдем.
— Куда?
— Мы с тобой еще сегодня душ не принимали.
Он взял ее за руку и потянул. Ясно было, что душ — это только предлог. Для того, чтобы продолжить то, что прервала своим приходом Наталья Николаевна. И не то, чтобы Ульяна была против.
Но незавершенность разговора ее все же… все же тревожила. Не дала расслабиться окончательно. И под яростные толчки Захара, чувствуя, как его руки жадно шарят по ее телу, как он жарко дышит ей на ухо и прикусывает то мочку, то шею, — она впервые не растворилась до конца во всем этом. Зато она отчетливо, будто даже кожей, ощущала, что Захар так вымещает какую-то свою агрессию. Напряжение. А то и вовсе… внутреннюю боль. Что-то там, между матерью и сыном Мелеховыми, совсем не благополучно. И хочет Уля или нет — ей в этом придется разобраться. Если ей нужен Захар.
А он ей не нужен. Он ей необходим. Она без него уже не может.
  
Глава 9
 
Захар терся о ее плечо слегка колючей щекой.
— Ты не успела, да? Прости. Я просто ошалел сегодня. Ты такая… Я сейчас исправлюсь, — его рука скользнула по ее животу к лобку. Уля перехватила его руку.
— Не надо, Захар.
— Почему? — он зарылся носом в волосы на ее затылке, начал целовать шею. — Не сердись. Тебе будет хорошо…
После этих слов Ульяна поняла окончательно, что никакого интима ей больше сегодня не надо. Голова была занята совершенно другим. И выключить ее никак не получалось. Уля резко вывернулась, обняла Захара и уткнулась носом ему в грудь.
— Просто обними меня.
Он вздохнул — так, что грудь перед носом Ули поднялась и опала. А потом обнял ее во всю длину своих рук, прижал к себе плотно.
— Эх, Улька, Улька…
Она так и не поняла, что прозвучало в этих словах. Ей показалось, что какое-то сожаление пополам… пополам с чем-то еще. С восхищением? Она повернула голову и прижалась щекой к груди Захара. Давай так просто полежим и помолчим, а?
Захар услышал ее мысленную просьбу. Больше не сказал ни слова, просто обнимал крепко. Так они и лежали, молча и обнявшись, пока внутренняя Улина буря не улеглась.
***
— Я уезжаю в понедельник.
— Куда?
— Работать. Сначала в Краснодар, потом в Ростов, потом на Алтай. Начинаем посевную.
Ульяна смотрела в спину Захара. Они решили все же позавтракать — чай с печеньками — это не совсем то. И сейчас Захар готовил омлет. А Ульяна сидела и на это смотрела. И обдумывала услышанное. За то время, которое она работала в «Балашовском», Ульяна так и не разобралась толком, как именно работает Захар. Ну неужели же он сам… Тут ей вспомнились те его слова, сказанные в деревне — про трактор. Теперь Ульяна понимала, что это правда. И что на тракторе он точно умеет. Но ведь его работа — в другом.
— А расскажи мне, что ты там будешь делать? — выпалила Ульяна. Ей это и в самом деле было ужасно интересно.
— Расскажу, — Захар принялся раскладывать омлет по тарелкам. — А ты пока подумай над тем, как мы проведем выходные.
— Что?
— Ну, чего ты хочешь? — Захар протянул ей вилку. — Кино, театр, посидеть где-нибудь и вкусно поесть? Еще какие-то пожелания?