Огненные оковы дракона (СИ)
— О-о, а что говорят доктора?
— Мы все испробовали, но пока безрезультатно.
— А как его болезнь называется? — проснулся уже чисто профессиональный интерес.
— Это магия Гнилых земель. И поэтому она не поддается обычным методам лечения, — мрачно посмотрел на меня Грэг.
— Как он ей заразился?
— Многие драконы летают в Приграничье, и даже в Гнилые земли. Там стоит наш кордон и иногда требуется магия сильнейших. Мой отец уже был в Совете трех, и как-то давно, когда мы с Арчибальдом были еще маленькие, он оказался в числе руководителей группы, кто подавлял восстание крэпов. Это сильная раса, обладающая черной магией. Они имеют три личины, в том числе одну человеческую. Крэпы могут превращаться в черный туман, обволакивая и убивая им большое количество людей. Только золотые, черные и огненные драконы самых могущественных семейств Санары, обладающие сильнейшим магическим даром, могут прикрывать такие группы зачистки. Поэтому там и был мой отец. Так вот, во время такой вылазки он и подцепил эту болезнь. С тех пор он увядает, медленно, но верно. Организм стариться быстрее, чем обычно, силы утекают, как вода сквозь пальцы. — Договорив, муж отвернулся к окну, смотря в него невидящим взором.
— О, Грэг, мне так жаль. Я действительно тебя понимаю. Когда мы смотрели на медленно и тяжело умирающего отца, это было страшно. Хотелось выть и кричать от безысходности, — голос задрожал, и я приложила ладонь к губам.
Грэг протянул ко мне руку, я вложила в нее свою ладонь, а он потянул меня и усадил к себе на колени, обнял за талию и прижал к себе. Мне стало лучше, его тепло успокаивало, обвила шею мужа руками и спрятала лицо на его груди. Он погладил меня по спине. Было так приятно, душа отогревалась в его объятиях. Муж не сильно потянул за мои волосы, отчего мое лицо запрокинулось. Глаза Грэга еще больше почернели. А мои губы накрыл сладкий поцелуй. Зажигающий страсть, дарящий надежду и обещающий счастье.
Муж подхватил меня на руки и унес в спальню, где я пылала в огне страсти, плавилась в лучах близости и подчинялась напору, что открывал во мне все новые и новые чувственные грани. Счастье казалось таким близким, и предвкушение любви в воздухе смешивалось со страстью, желанием обладать и отдавать, парить вместе в высоте и лететь к солнцу, что освещало наш брак, который, казалось, благословила сама судьба.
Глава 14
Глаза Клары покраснели, нос опух, а щеки покрылись пятнами. Прическу мне она делала долго, руки ее не слушались, и, в конце концов, она уронила расческу на пол.
— Клара, давай я сама, — мягко сказала горничной.
— Простите, госпожа, — и я увидела, как из ее глаз потекли слезы.
— Что с тобой?
— Ничего, госпожа, — Клара попыталась украдкой утереть слезы рукавом платья. Я дотронулась до ее плеча, собираясь и дальше расспрашивать о том, что случилось. А она резко загнулась и выдохнула, застонала, схватившись за живот.
Я подскочила и помогла ей присесть в кресло.
— Да что случилось-то? — воскликнула я. Она побледнела и глубоко задышала, держась за живот.
— Что у тебя болит? Скажи, я дам тебе настойку или сделаю отвар, — тут же обострились инстинкты травницы.
— Все в порядке, госпожа, простите, сейчас все пройдет, — и горничная попыталась встать. Она держалась за живот и еле передвигалась. — Разрешите я немного пойду отдохну, и приду позже к вам. — Ее губы побелели.
— Я тебя провожу, — придерживая ее за локоть, повела в крыло прислуги. Она шла с трудом. В коридоре к нам подбежала служанка и забрала Клару. Я смотрела вслед еле идущей горничной. «Бедная… позже спрошу, что у нее», — решила я.
***
Терпкий аромат трав разлился по комнате. В углу висел чан, в котором я варила отвары. Ранее я спросила у экономки, какое помещение могу занять под свои знахарские нужды. Мне предоставили небольшую комнату с очагом. Это было то, что нужно. Большой деревянный стол, полки и буфет. В помещении будет удобно готовить и хранить разные мази, капли и настойки.
Растолкла корень имбиря, добавила листья мяты и фенхеля, пару капель масла розы и бергамота, залила отваром только что приготовленным и разлила по стеклянным баночкам. «Так, теперь надо все остудить». И поставила на клетчатое полотенце на подоконник. Приготовила еще несколько снадобий про запас, разлив по бутылькам и спрятала в комод. Один приготовленный отвар был для меня. С темпераментом моего мужа, и наших долгих сладостных ночей мне точно нужны запасы настойки от нежелательный беременности.
***
В дальнем коридоре первого этажа замка я нашла комнаты для слуг и постучала в искомую дверь. Мне никто не ответил. Там должна была быть Клара. Когда я спрашивала, где ее комната, служанки утверждали, что ей плохо, и она прилегла. Ей хотели вызвать лекаря из деревни, но она отказалась. Осторожно отворила дверь, и увидела лежащую на кровати Клару. Она свернулась калачиком, и по нос укуталась в шерстяное одеяло. По макушке, торчавшей из-под одеяла, поняла, что это именно она. Комната была небольшая: две кровати, тумбочки возле них, один шкаф и стол со стульями. Узкое окно под потолком напоминало камеру для содержания преступников. Сквозь него слабо пробирался свет. На полу вязаные пестрые коврики, и покрывала из ситца в мелкий розовый цветочек.
— Клара, — тихо позвала горничную. В ответ она глухо застонала и пошевелилась. И я с ужасом заметила пятна крови на одеяле! Тут же подлетела к ней и положила руку ей на плечо, еще раз произнеся ее имя: — Клара!
Она посмотрела на меня мутным взглядом. На лице заметила испарину и красноту на щеках.
— У тебя кровотечение, что с тобой случилось?
Она всхлипнула и зарыдала.
— Ты мне должна сказать, что с тобой, иначе я не знаю какое именно лекарство тебе дать, — строго сказала я. В таких делах нужно настоять, иначе некоторые не понимают, что могут сами себе навредить из-за своих стеснений, или преуменьшения важности проблемы.
— Госпожа… — выдохнула она, стиснув зубы. Было видно, что ей очень больно. — Я сделала аборт.
— Так, сейчас принесу кровоостанавливающий отвар, — и протянула ей полотенце, чтобы она подложила под себя. Быстро вышла из комнаты, и кинулась в свою комнату, где были все заготовки. Действовать нужно было без промедления, иначе от кровотечения можно умереть, особенно после аборта.
Вернулась из кухни со стаканом горячего отвара, и подняла голову Клары, для того чтобы ее напоить. Та поморщилась.
— Будешь пить каждые три часа, пока не пройдет кровотечение. Я сейчас приготовлю еще запас.
— Спасибо, госпожа, — откинулась она на подушку, не открывая глаза. — Я пришлю кого-нибудь к тебе, чтобы за тобой посмотрели.
Быстро выбежала и сказала служанке, чтобы чуть что, мне доложили насчет Клары. А сама приготовляла разные отвары: восполняющие силы, кровоостанавливающие и успокоительные. Через пару часов еще раз напоила Клару. К вечеру горничная выглядела бодрее, и кровотечение прекратилось. Я приказала принести ей куриный бульон. Она схватила меня за руку и забормотала:
— Госпожа, спасибо большое! Я навсегда буду у вас в долгу, — я похлопала ее по руке и ответила:
— Главное, что ты теперь вне опасности. Клара, а отец ребенка не захотел его?
Горничная отвела взгляд и начала откусывать заусеницы.
— Нет, он приказал мне избавиться от него. Я думала, что он обрадуется.
— Он из замка?
— Да, — кивнула она, пряча глаза.
— Выздоравливай, Клара. Я к тебе утром еще зайду, — ободряюще улыбнулась ей и вышла. Я так хотела спать, что еле переставляла ноги.
***
Уже почти поднявшись на третий этаж в предвкушении принятия расслабляющей ванны, я услышала голоса в конце коридора. Остановилась и прислушалась.
— Почему ты тянешь время? — жестко спросил Арчибальд.
— Успеем, не торопи события, — ледяным тоном ответил ему Грэг.
— Ты знаешь, чем это грозит. Ты ведь помнишь, да, брат?
— Я никогда и не забывал.