Перемирие (СИ)

Мы проехали мимо собора и свернули к центру, где на площади, возвышалось здание Совета. Из-под крыши капала вода, и этот тихий, размеренный звук словно подчеркивал торжественность момента.
Морозов заглушил двигатель и повернулся ко мне:
— Ну что, князь, прибыли, — пробормотал он и уточнил. — Готовы?
— Вполне, — с улыбкой ответил я.
Воевода коротко кивнул, и я вышел из машины. Поднялся по ступеням и остановился у массивных дверей, из-за которых доносились глухие, неразборчивые голоса. А затем глубоко вздохнул и потянул на себя дубовую створку. Шагнул в холл. Посмотрел на часы: до встречи оставалось еще десять минут. Но судя по пустому помещении, все уже были в сборе и ждали меня в зале. И едва дверь за мной захлопнулась, как мне навстречу вышел мастер-распорядитель, сухощавый мужчина в сером сюртуке.
  
— Совет в сборе, Николай Арсентьевич, — склонив голову, начал он. — Вас уже ждут.
— Тогда не будем воровать их время, — сказал я.
Мастер-распорядитель кивнул, развернулся и направился к залу заседаний. Я последовал за ним. Провожатый остановился у створок и толкнул их, приглашая меня войти. Двери распахнулись с лёгким скрипом, я кивнул сопровождающему меня старику и шагнул внутрь. Тяжёлые двери закрылись за мной с мягким гулом.
Под высоким потолком растекался свет люстр. Члены Совета сидели за длинным столом, и едва я вошел, все взоры обратились ко мне. И я заметил настороженные взгляды купцов и мастеровых. Видимо, Осипов уже посвятил всех в вопросы, которые я хотел обсудить.
Я прошёл к своему месту, не торопясь, и, садясь, тихо произнёс:
— Добрый вечер, мастера, благодарю за то, что нашли время собраться. Сегодня поговорим о будущем Северска. А именно, о пополнении бюджета княжества.
Осипов довольно прищурился:
— Рассмотрение проектов столичных мануфактурщиков, мастер-князь?
Я улыбнулся:
— Нет, это может подождать.
— Но о каких пополнениях тогда вы хотели поговорить? — удивленно поднял бровь Осипов. — Неужто о повышении налогов на промыслы, артельную деятельность и торговлю?
Эта фраза мгновенно вызвала шум. Мастеровые и купцы недовольно, тревожно зашептались, косясь на меня в ожидании ответа. Я поднял руку, призывая к тишине:
— Повышение налогов — это не выход. Я предлагаю иной путь. Открыть в княжестве несколько рыбных ферм, подконтрольных княжеской казне. Они смогут обеспечить рабочие места и пусть небольшой, но постоянный доход. Управлять ими будет назначенный Советом мастер-управляющий.
Осипов скривился:
— Постройка и обустройство рыбных ферм возложит на нас большие расходы. Где вы возьмёте средства, мастер-князь?
Он взглянул на меня, ожидая ответа.
— Это дельное предложение, — произнес за меня кто-то из купцов. — Рыба нынче в цене. А если откроется порт и получится наладить логистику.
Остальные купцы довольно зашумели, поддерживая его слова.
— А строительство обеспечит работу артелям, — добавил я, и мастеровые переглянулись. Кто-то кивнул, кто-то задумался. И я понял, что мои слова упали в плодородную почву.
Осипов окинул взглядом зал, а затем повернулся ко мне.
— Мы можем проголосовать, — начал я, заметив в его взгляде немой вопрос.
— Половина членов Совета прямо заинтересованы в этих фермах, — процедил мастер-советник. — И вы прекрасно это знаете.
Я только пожал плечами и ответил:
— Половине Совета нельзя объявить отвод. Это слишком большое количество для того, чтобы решение было законным. А в промысле, думаю, заинтересовано все княжество. Это дополнительные рабочие места и прямые доходы прямо в казну. Пусть небольшие, но доходы, которые не заставляют нас ни от кого зависеть.
Некоторое время Осипов молчал, глядя на меня и словно что-то решая. А затем тихо произнес:
— Совет возьмёт паузу, чтобы обдумать ваше предложение.
Я кивнул, чувствуя, как внутри рождается тихое удовлетворение.
— Конечно.
Я поднял взгляд на окна, где за стеклами, над Северском уже зажигались первые звёзды. И я подумал, что, пожалуй, этот день стоил того, чтобы прожить его от начала до конца. А затем обвел собравшихся за столом и устало произнес:
— А теперь давайте обсудим другие вопросы. Если они у вас, конечно, имеются.
  
Глава 8
 
Разговоры по душам
 
— Вы абсолютно правильно сделали, что подняли тему бюджета, Николай Арсентьевич, — медовым голосом начал Осипов, открывая лежащую перед ним папку.
За время нашей беседы он держал на ней ладонь, словно подпитываясь от нее силой. Вероятно, документы в ней были для него важны.
— Раз уж речь зашла о расходах из казны, давайте обсудим некоторые пункты, — продолжил глава Совета. — Например, выделение средств на ремонт старого здания жандармерии, который откладывается уже несколько лет.
Осипов поднял на меня взгляд, ожидая ответа. И я почувствовал, как все, кто собрался в зале, ждут, что я скажу.
— Вопрос действительно важный, — согласился я. — Мне довелось заезжать к мастеру Зубову, и здание действительно требует ремонта.
Осипов довольно улыбнулся.
— Но насколько я знаю, жандармерия сейчас ведет дела о расхищении императорских средств, — продолжил я. — За которые обвиняемым грозит конфискация. Так что, скорее всего, жандармерия в ближайшем времени пополнит казну.
Улыбка на лице Осипова поблекла:
— В Империи работают принципы гуманизма, Николай Арсентьевич, — сухо ответил он. — И признать виновным человека может только суд.
Я кивнул и снисходительно пояснил:
— Возможно, вы не знаете о моем образовании. Оно у меня юридическое. И потому я прекрасно понимаю, как это работает. И в курсе, что окончательное решение будет принимать суд. Но если бы жандармам не удалось найти неопровержимые доказательства, Параскева уже была выпущена из острога. К тому же она была бы восстановлена в должности, не так ли? А если мастер Зубов уже передал дело в суд, значит, жандармам удалось что-то найти?
Углы губ Осипова опустились:
— Вы правы, мастер Медведев, — согласился он и перевел взгляд на бумаги, лежащие перед ним. — Тогда давайте перейдем к другим, не менее важным вопросам. Например, ремонту здания рыбнадзора…
После обсуждения ремонта здания рыбнадзора, Осипов перешел к обновлению дорожного полотна. Каждый из таких вопросов вызывал бурные обсуждения. Я же сидел, откинувшись на спинку кресла, и внимательно наблюдал за тем, что творилось за столом. Время от времени боковым зрением я замечал, что Осипов то и дело косится на меня. Словно пытаясь понять мою реакцию на статьи многочисленных и важных расходов из казны. Но я был спокоен. И очень надеялся, что Осипова это раздражало.
Пока мы заседали, вечер незаметно перешёл в ночь. Люстры под потолком мерцали теплым светом, а тени от кресел, казалось, вытягивались, словно даже они устали слушать бесконечные речи.
— В княжестве давно не было таких расходов, — наконец заявил глава Совета и с раздражением захлопнул папку. — Так мы рискуем пойти по миру. Все траты у нас принято обсуждать…
— Именно этим мы и занимаемся, — негромко ответил я. — Обсуждаем. И я готов к диалогу.
Осипов замолчал, глядя на меня. Я же произнес:
— Если это все, благодарю всех за участие, мастера. На сегодня, думаю, достаточно. Хотел бы выразить отдельную благодарность мастеру-советнику за то, что он смог созвать Совет так экстренно.
Сидевшие за столом устало переглянулись, но никто не возразил. Я заметил, как несколько дворян облегченно выдохнули, радуясь, что все закончилось. Осипов же не двинулся с места, лишь провёл ручкой в лежавшем перед ним блокноте, и, не поднимая глаз, произнес:
  
— Благодарим, князь. Заседание было весьма… продуктивным.
Я кивнул, встал из-за стола и направился к выходу. Шаги гулко отдавались по мраморному полу. Под потолком мерцала старая люстра, сквозь витражи в окна пробивался тусклый свет фонарей с площади. На душе отчего-то было спокойно, словно решение о создании рыбных ферм уже было принято.