Лабиринт Ванзарова

– Николай Петрович, вам нездоровится. Позвольте отвезти вас в больницу, – Ванзаров старательно продвигался вглубь квартиры, тесня доктора.
– Премного благодарен… Ничего не нужно… Я сам врач, знаю, как лечиться…
Ванзаров был уже в гостиной. В ней мало что изменилось. Почти ничего. Аппарат возвышался на столе.
– Вы не ели несколько дней. Так нельзя. Нельзя жертвовать собой ради науки…
Доктор отмахнулся скорченной ладошкой.
– Ничего, я привык…
– Ваша жена не появилась?
– Вера… Да… Ее пока нет… Она скоро появится… Вам нужно еще раз проверить мой аппарат? Извольте…
– Немного позже, – Ванзаров сел к столу без приглашения. Никакого запаха еды. В квартире по-прежнему не топили. Доктор жил в спартанских условиях. – Позвольте обсудить прежние результаты.
Держась за край столешницы, Котт с трудом приземлился на стуле.
– Буду рад помочь…
– Эманации, которые вы зафиксировали, довольно точно описывали преступника: шинель, шарф, скрывающий лицо, черная фуражка, очки от солнца, большие сапоги. Еще он хромал. Эти сведения полностью подтвердились. Злодей найден.
– Что ж, очень рад.
– Убил отца и сына Морозовых, они держат магазин антикварных вещей на Апраксином рынке, недавно завели мастерскую по изготовлению зеркал. Делали фальшивые венецианские зеркала. Их задушили шелковым шнурком, каким обшивают гардины. Убийца хотел проникнуть в четвертое измерение. Для этого у него была инструкция, которая указывала методы, как перейти в иное измерение… Не утомил вас? – спросил Ванзаров и, ожидая ответа, продолжил: – Приемы не работали. Убийца злился, выходил из себя, душил жертв. После чего разбивал зеркала. День назад он пробовал перейти при помощи множества зеркал в зеркальной лавке. Там, к счастью, обошлось без жертв. Но и результата не было. Убийца всякий раз имел при себе нехитрый прибор, который должен показать, что четвертое измерение достигнуто…
Помахав дощечкой со шнурком, Ванзаров сунул ее в карман пальто.
– Для чего же убийца пошел на такое? – продолжил он. – Его цель была в чем-то благородна. Он хотел найти в четвертом измерении, или ином мире, как он себе представлял, молодую девушку, которая очень давно была его женой. Она погибла вскоре после свадьбы, катаясь на катере в Финском заливе. Дело в том, что убийца был психически нездоров: много лет назад, после трагедии, он вообразил себя капитаном того катера, что перевернулся и утопил девушку. Такое заболевание, как раздвоение личности, известно психиатрии? Я ничего не путаю?
Николай Петрович сидел молча, чуть наклонившись к столу.
– Случаи описаны в медицинской литературе, – проговорил он.
– Благодарю вас, – Ванзаров легонько поклонился. – Я не доктор, дальнейшее только предположение. Раздваиваясь, убийца настолько входил в образ капитана, что ему для поисков девушки в ином мире требовались ее фотографии. Ведь заходил моряк Шварц, который мог не узнать ту, которую погубил. А теперь хотел спасти. В четвертом измерении все возможно, как утверждают. Найти старинную вещь, например, книгу Гермеса, золото, горку брильянтов. Человека, который там живет и даже не изменился с годами. Все возможно в четвертом измерении, нет ничего невозможного… Все, что невозможно здесь, возможно там. Вернуть невозвратное. Исправить неисправимое. Границы возможного исчезают.
Ванзаров положил на стол два обрывки фотографий.
– Убийца бросал эти снимки среди осколков. По причине гнева или по иным причинам, скрытым в его психике. Не столь важно…
Доктор смотрел на крохотные головки.
– Для чего мне это рассказали? – хрипло спросил он.
– Дело в том, что убийца совершил ошибку, – сказал Ванзаров, опуская руку в карман пальто. – Он невнимательно изучил метод перехода в иное измерение. Друг дал ему свои записки, а он ошибочно их истолковал. На самом деле, не нужно ни зеркал, ни принесения жертвы, ничего. Нужна лишь концентрация воли. Смотрите…
Над столом была протянута ладонь. На ней лежала дощечка со шнурком, прижатым бронзовыми стяжками. Зажмурившись, Ванзаров стал бубнить монотонным голосом, пальцы сжались в кулак.
 
Затихнув, он открыл глаза.
– Вот и все, – его пальцы раскрылись. На шнурке оказался узелок. – Узел Целльнера. Мы с вами в четвертом измерении, Николай Петрович. Заметили изменения?
Доктор наклонился и прыгнул. То, что случилось, трудно было предугадать. В хилом изможденном теле открылась невероятная сила. Котт опрокинул стул вместе с Ванзаровым, зарычал зверем, глаза налились кровью. Упав на спину, Ванзаров оказался в проигрышном положении. Чего не допускал на борцовском ринге. Доктор прыгнул на него, стал душить, брызжа слюной, издавая вопль. Ванзаров пытался его сбросить, ничего не получалось. Еле живое тело изливало силу, с которой не справиться. Отбиваясь и напрягая мышцы, Ванзаров подумал, что может не совладать. Не выдержит бешеного натиска. Даже его сил не хватало. Воздуха не было, а Котт душил сильнее.
– Держитесь! – раздался крик.
Заметив, что доктор переместился ему на грудь, Ванзаров изогнулся мостиком, упираясь свободными ногами.
– Сейчас помогу!
Собрав все, что осталось в мышцах, Ванзаров сделал резкое движение в сторону, рассчитывая, что доктор не знает коварства борьбы, и сильно оттолкнулся ногами.
– Вот тебе!
В этот момент произошло два события. Тело Ванзарова, подчиняясь проверенному борцовскому движению, сделало переворот, увлекая под себя Котта. А Лебедев, замахнувшись, не мог остановиться. Со всего размаха стул опустился на затылок чиновника сыска. И разлетелся на куски: осколки, щепки, ножки, спинку. Закончив свою материальную жизнь, после которой суждено пойти на растопку печи.
– Ой, – сказал Аполлон Григорьевич и бросился помогать.
Помощь требовалась Котту. Сознание Ванзаров не потерял, но пришел в такой раж, что душил беспощадно, чего не позволял себе на ринге. Доктор захрипел и обмяк. Лебедев вырвал его из удушающего захвата.
– Вы просто зверь дикий, – сказал он, хлопая доктора по щекам. – Чуть человека не убили. Еще немного, и ясновидение понесло бы невосполнимую утрату. Николай Петрович, все хорошо… Открывайте глаза…
Ресницы доктора вздрогнули, веки раскрылись.
– А? Где я? – спросил он чуть слышно.
– В лучшем из миров!
Ванзаров потрогал затылок. Там росла отменная шишка.
– Благодарю, Аполлон Григорьевич, ваша помощь бесценна. Успели вовремя.
72
Ждать не пришлось. Капитан Звержинский, пристав 2-го участка Казанской части, прибыл с полным составом городовых и помощником. Доктор Успенский примчался раньше него с санитарами и небольшим сюрпризом. Он пояснил: по правилам психиатрии передавать больного другому врачу не принято. Константин Владимирович полон сил, так ему и карты в руки. Вернее – пациент. Действительно, доктор Охчинский выглядел молодцом. Будто вернулся из отпуска в Ницце.
Больного, закутанного в смирительную рубашку, держали санитары. Охчинский произвел первичный осмотр, остался доволен и приказал отправлять в санитарную карету. Ванзаров отвел его на два слова.
– Как вы себя чувствуете? – первым делом спросил он.
Охчинский скривился.
– Как утомительно… Почему все меня об этом спрашивают? Превосходно чувствую… Да, я знаю, что сегодня 27 декабря. Оказывается, сон мой был летаргическим, провалялся в больнице чуть ли не два месяца. Спасибо, Сергей Николаевич опекал… Жену не забыл, передал ей праздничные, что мне полагались «на гуся»… Вот так бы полиция заботилась… Ну да ладно… Такие случаи редки, но описаны в литературе. На досуге буду изучать себя… Вначале – больные. Столько времени потеряно зря, надо наверстывать…
– Болезненный слабый человек в припадке ярости превращается в разъяренного быка, сметающего все на своем пути. Как такое возможно с точки зрения физиологии?
Константин Владимирович позволил себе многозначительную мину.
– Мы только начинаем изучать психику человека, находимся на самой поверхности. А что там, в глубинах – неведомо. Могу предположить, что психическая энергия возбуждает в организме скрытый источник сил… Но это всего лишь предположение… Кстати, что он натворил?