Точка удара (ЛП)

Мэддокс с отвращением отвел взгляд. Одна из многих причин, по которым он презирал города. Соблазны и вонь автомобильных выхлопов, постоянный шум гудков и рев моторов, хаотичные толпы, яркие огни и сталь повсюду, куда бы он ни посмотрел.
Он все же предпочитал покой природы.
Казалось, светофор на перекрестке горит вечно.
— Сколько еще? — спросил он, едва сдерживая волнение.
  
— Пять миль, — ответил таксист, гаитянин с густой щетинистой бородой, на смартфоне которого тихо играла мелодия конпа. — С учетом всей этой суеты дорога займет минут двадцать пять.
Мэддокс Кейдж подобрался достаточно близко, чтобы почувствовать запах победы. Она буквально бурлила под его кожей.
Они обе здесь, в Майами.
Он охотился за девушками почти три года, и с каждым месяцем его отец становился все более раздражительным и нетерпеливым.
Два года назад Мэддокс почти поймал сестер в Эверглейдс-Сити, но им все же удалось от него ускользнуть.
Должно быть, Дакота изменила имена. Каким-то образом они просто исчезли.
Но вчера его отец, Соломон Кейдж, почтенный брат Пророка, лидер «Пастухов милосердия», вручил Мэддоксу сложенный листок бумаги с одним единственным адресом.
Они с отцом никогда не общались по электронной почте или по телефону, если только это не был одноразовый оплаченный телефон. Как правило, они не выходили в интернет. Так надежнее.
Бумагу можно легко уничтожить. Она не оставляла электронного следа.
Однако Мэддокс использовал интернет для поиска своей жертвы. Постоянно просматривал записи, как государственные, так и частные, проверял газеты, больницы, базы данных транспортных средств и ордера на арест.
За два года ни единого следа. Мэддоксу не удавалось их обнаружить… до позавчерашнего дня. Быстро просматривая «Майами Геральд», как он делал с десятками региональных газет, он наткнулся на фотографию знакомого сияющего лица.
Он сумел их найти в многомиллионном городе. Он отыскал сестер, когда они могли бежать в Неаполь, Форт-Майерс, Марко-Айленд, на юг, на Ки-Уэст, или на север, в любой из сотен городов и поселков центральной и северной Флориды.
Мэддокс не сомневался, что они обе у него в руках. Где бы ни была Иден, Дакота точно поблизости.
Он назвал отцу имя девочки — Иден Слоан — и имена приемных родителей. Через день он уже знал адрес.
У Мэддокса спустя долгое время появилась зацепка. Он не собирался проигрывать. Только не в этот раз.
Иден вернется на свое законное место. А Дакота… Дакота предстанет перед судом за свои преступления.
Мэддокс Кейдж верил в справедливость. В наказание.
Теперь справедливость наконец восторжествует. И он будет тем, кто ее восстановит.
Но сначала ему нужно выполнить небольшое поручение. Его брат Абель попросил забрать посылку с контейнерного терминала Южной Флориды в порту Майами.
Мэддокс не знал, что это за посылка. Ему и не нужно было знать. Его отец и брат служили Пророку, и он тоже.
У него перехватило дыхание, когда такси въехало в туннель Порта Майами.
Он сжал руки на коленях так сильно, что ногти впились в мозолистые ладони. Он ненавидел высоту, но еще больше презирал ощущение подводной ловушки.
Они находились на глубине ста двадцати футов. Мэддокс чувствовал каждый фут, словно на его грудь положили тонну кирпичей, огромное давление мешало дышать, а биение сердца порождало жуткую какофонию в ушах.
Его телефон пискнул. Он достал его из кармана. Сообщение с неизвестного номера, но Мэддокс знал, кто его отправил: двоюродный брат Рубен.
«Планы изменились. Забудь о посылке. Уезжай сейчас же. Все вот-вот начнется».
Он озадаченно посмотрел на телефон. Неужели Рубен имел в виду то, о чем подумал Мэддокс? Может ли это быть правдой? Волоски на его шее зашевелились. «Что?» Он написал ответное сообщение.
Мэддокс так и не успел нажать кнопку «Отправить».
Ослепительный свет хлынул в туннель позади него. Свет озарил салон машины, ослепляя все вокруг своим палящим сиянием.
— Что за черт! — закричал таксист.
Мэддокс инстинктивно наклонился вперед, и ремень безопасности врезался ему в живот. Он закрыл голову руками и зажмурился от жестокого, ослепляющего света.
Ощущение было такое, будто смотришь прямо на Солнце.
— Что это такое? — продолжал кричать водитель. — Что, черт возьми, происходит?
По туннелю пронесся оглушительный грохот, потрясший воздух своим чудовищным ревом. Тысячи тонн бетона содрогнулись и вздыбились над головой Мэддокса.
Такси подняло и бросило в воздух. Ремень безопасности больно впился в тело и обжег шею, когда машина врезалась в бетонную стену туннеля.
Глава 8
Дакота
Дакота смотрела на огромную тучу, клубящуюся над центром Майами, чудовищную и яростную оранжево-красную массу диаметром почти в милю с огненно-кровавым ядром. Огромное облако пробивалось сквозь атмосферу, поднимаясь и расширяясь с поразительной скоростью, воздух вокруг него ионизировался настолько, что небо засияло диким светом.
Колоссальное облако разрасталось с ужасающей, неистовой скоростью, пока, казалось, не заслонило собой весь горизонт.
И все равно оно поднималось, словно собираясь разорвать само небо.
До этого момента все казалось не реальным.
Но теперь отмахнуться от страшной правды было невозможно.
Дакота отчаянно надеялась, что Иден последовала ее указаниям и нашла способ защитить себя, пока она не доберется до сестры.
— По нам запустили ядерную ракету? — прохрипел хвостатый парень, стоя на коленях рядом со своей раненой подружкой. — Как такое возможно! Я думал, что ракеты в шахтах сбивают все, что летит в нашу сторону!
— Так и есть. — Дакота прищурилась, ее взгляд все еще был затуманен. — Но это наземный взрыв. При воздушном взрыве ножка гриба не касалась бы земли, и он был бы светлее, почти белым. Не таким.
— Что это значит? — растерянно спросил Хулио.
— Бомба взорвалась на земле. — Желудок Дакоты болезненно сжался, кислота обожгла горло. Она сделала несколько медленных, спокойных вдохов и напряглась, пытаясь вспомнить все, о чем предупреждал ее Эзра. — Это не ракетный удар.
— Что это была за вспышка света? — обеспокоенно поинтересовался Уолтер, он склонился над блондинкой Тамарой с металлическим стержнем в животе. — А этот шум, как от товарного поезда?
— При ядерном взрыве высвобождается огромное количество энергии в виде гигантского огненного шара, световой и тепловой волны, ударной волны, мгновенного излучения и отсроченного излучения, — попыталась объяснить Дакота.
Она уставилась на грибовидное облако, поднимающееся над землей, — темное, тяжелое и угрожающее.
— Мы, должно быть, находимся достаточно далеко от нулевой отметки, чтобы не попасть под огненный шар и самую сильную световую волну. Тепловая волна, вероятно, была заблокирована высокими жилыми комплексами на противоположной стороне улицы или другими зданиями на ее пути.
— Откуда ты знаешь? — Парень с хвостиком быстро заморгал, глядя на Дакоту. Он все еще плохо видел.
— Иначе у нас были бы ожоги второй и третьей степени. Или мы бы уже умерли, — просто сказала она.
— Как далеко, по-твоему, мы от места взрыва? — напряженно спросил Логан.
Ей хватило ума сосчитать секунды между световой и ударной волнами, которые действуют подобно грому и молнии. Правда, она не уверена, что начала считать достаточно быстро.
— Ударная волна движется со скоростью 300 метров в секунду, или 980 футов, а световая — почти мгновенно, — торопливо объяснила она. — Считая секунды между ними, можно получить приблизительное представление о расстоянии до места взрыва. Я насчитала семь секунд, но, возможно, пропустила секунду в самом начале. Значит, примерно полторы мили от нулевой отметки, плюс-минус.
  
— Значит, мы в безопасности, — с облегчением выдохнул Уолтер.
— Я этого не говорила. — Она взглянула на свои механические часы, которые Эзра подарил ей на семнадцатилетие больше двух лет назад. 12:40. Бомба взорвалась в 12:38. Прошло уже две минуты.