Полет ворона (ЛП)

После трех неприятных дней стало видно холмы Серина за деревьями. Капитан Стэнтон потянул за поводья коня и указал стражам тоже так сделать.
— Тут нам приказано вас оставить, леди Амара.
Амара подняла капюшон плаща и смотрела на землю. Ее первая миссия, и она впервые прибыла на земли дома Люцерас. Через миг она спешилась и стала отцеплять кожаную сумку от седла. Как пилигрим, она пойдет дальше сама, присоединиться к остальным на пути к храму. От мысли, что она будет в обществе верных простолюдинов, во рту появлялась горечь, но так она попадет в Люкс Каста, станет ближе к выполнению миссии. И карта замка, которую ее мать нарисовала по памяти, поможет ей пройти внутрь.
Закрепив сумку на теле, она проверила меч на боку, надела плащ поверх ножен, скрывая клинок. Она притворялась пилигримом, но не собиралась идти туда без оружия.
Оставалось последнее для ее облика — обрезать волосы. Она вытащила кинжал из сумки, подняла его и стала резать свои темно-рыжие волосы.
Красноватые кудри падали на землю с каждым взмахом. Она горевала в сердце, где никто не видел. Она гордилась своими волосами. А теперь они усеивали землю.
Почему пилигримы обрезали волосы? В знак унижения? Подчинения? Она не понимала и этого в религии.
Как только ее волосы задели кончиками ее плечи, она вернула нож в сумку. Ее голова ощущалась легкой, а шея — голой. Она отказывалась смотреть вниз. Она пошла к тропе, что вела к Люкс Каста.
— Мне передать послание леди Рагне? — сказал капитан Стэнтон за ней.
Амара остановилась и оглянулась. Мужчина ухмылялся. Она представила, как сжимает запястье капитана и входит в его сны. Она стерла бы его ухмылку одним сном или двумя. Она развивала мысль, позволяла ей сжигать боль от потери волос, а потом ответила:
— Нет. Я доставлю свое послание, когда прибуду в Вороний замок.
— Хорошо. Да поможет вам Темная леди в пути, леди Амара.
Амара закатила глаза и отвернулась, не повторив прощание. Она не верила в Темную леди. Если она существовала, то не помогала Амаре. Она не верила и в Свет. И в других существ высшей силы. Если боги и были, они не трогали смертных. Они занимались своими делами, а она — своими. Религия была глупостью.
Не оглядываясь, Амара вышла из-за деревьев и пошла по Королевской дороге, ведущей мимо холмов к Люкс Каста.
33
Селена стояла на носу «Рос Маринуса». Ветер трепал ее волосы и тяжелый плащ. Бледно-голубое небо было над водой, а море… очаровывало сильнее, чем она представляла. От звука волн, бьющих по кораблю, до брызг и соленого воздуха — она ощущала это всем телом. Она почти забыла о кошмарах прошлых нескольких недель.
 
Она отодвинулась на шаг и укуталась в плащ плотнее, словно уходила в себя. Она долго привыкала к тому, что была теперь главой дома Рейвенвуд. Прошли недели, а ее мутило от мысли. Другие лорды и леди могли желать такое положение и прилагающуюся власть, но не она. Она не могла отрицать, что теперь статус мог пригодиться. Другие дома скоро узнают правду о доме Рейвенвуд, к чему бы это ни привело.
Она вдыхала холодный соленый воздух, закрыла глаза. Темная леди не посещала ее сны после того, как Селена втянула Дамиена в свой пейзаж сна. Ей вообще ничего не снилось. Может, Темная леди все-таки ушла. Но Селена сомневалась. Ей казалось, что ее подсознание боролось с естественным желанием тела видеть сны, чтобы защитить ее разум. Но, чем дольше не было снов, тем сильнее она уставала. Это было немногим лучше повторяющихся кошмаров.
И служанка, которая была в ее сне с последним столкновением с Темной леди, все еще не проснулась.
Селена прижала ладонь к груди.
Дамиен не сдавался, когда она спрашивала его, только заявлял, что продолжить помогать ей изучать ее дар. Но она видела в его глаза тревогу из-за ее силы и Темной леди.
Она была невидимой опасностью для всех вокруг нее?
«Тогда мне нужно быть вдали от снов. Если мне не снятся сны, я не могу навредить».
Рука обвила ее талию, и Селена вздрогнула. Но сердце успокоилось, когда она поняла, что за ней был Дамиен.
Он склонился и поцеловал основание ее шеи, его губы двигались к мочке ее уха и челюсти. Селена повернулась, и он притянул ее, поцеловал в губы. Все было забыто, кроме ощущения его рук вокруг нее и тепла его лица. Когда они были вместе вот так, она могла забыть обо всем и просто быть собой.
— Что ты делаешь? — спросил он, отодвигаясь.
Она не сразу смогла привести разум в порядок.
— Я думала.
— Это я сразу понял по твоему далекому взгляду, — его большой палец гладил ее челюсть. — Я тоже люблю так начинать размышления. Широкое пространство моря будто помогает раскрыть сердце и разум.
Она прижалась головой к его шее. Он понимал.
— Мы скоро доберемся до водного барьера, — его голос гудел в ее теле. — Я подумал, что ты захочешь посмотреть, как я его опускаю.
Она вспомнила день, когда Дамиен поднял стену в реке. Если то ее впечатлило, то как будет со стеной в море? Она многое узнавала о своем даре, но не могла сравнить его со способностью Дамиена поднимать воду. Ей было даже немного не по себе от дара мужа, но при этом она гордилась.
— Да, я бы хотела посмотреть.
Он потер ее спину ладонью.
— Может, пока что согреемся? Тут холодно.
— Да, — пальцы ее рук и ног онемели, хоть она была в теплых сапогах и перчатках. Они уплыли до того, как сошел весь лед, надеясь подготовиться к моменту, когда империя вторгнется в их земли. Снег и лед напоминали, что время еще было, но мало, и война настигнет их.
— Идем. Чашка чая поможет от холодных рук и замерзшего лица, — он отошел и протянул руку в перчатке. Селена обхватила его ладонь и пошла за ним к лестнице, что вела к главной каюте на палубе.
* * *
Наступила ночь, когда «Рос Маринус» добрался до водного барьера на западе Северных берегов. Селена охнула, глядя на стену, что тянулась вдоль берега, сколько было видно. Закат сиял оттенками оранжевого и желтого сквозь воду. Первая звезда мерцала высоко над стеной. Постоянный шум воды напоминал ей водопад дома, но намного больше.
— Ты это сделал? — прошептала она рядом с Дамиеном. Она знала ответ, но все еще ощущала трепет.
 
— Да, — серьезно ответил он. Его губы были сжаты, он смотрел вперед. Он точно помнил тот день.
— Я знаю, что случилось, — тихо сказала она.
Он повернулся и посмотрел на нее, приподняв брови.
— Видела в твоих снах. Ты уничтожил корабли. Я видела обломки… и матросов.
Он молчал мгновение.
— Я не наслаждался этим. Я хотел бы, чтобы был другой путь.