Она моя зависимость (СИ)

– Нужно поговорить. Ты злишься и не хочешь ничего слушать, я тебя понимаю, Еся, но… дай мне хотя бы объяснить.
– Что объяснить? То, что твоя мать предлагает мне деньги, и то, что ты был там со своей бывшей в расстегнутых штанах?
– Моя мать предлагала тебе деньги? – он меняется в лице.
– Представь себе. Только не говори, что не ожидал от нее такого. И от этой своей тоже. Поэтому я не хочу тебя слушать. Мне больно и обидно. Слышишь?
– Извини, но ты меня выслушаешь, – теперь он говорит с напором. Снова давит, просто пригвождая взглядом к дивану. Он тоже зол. Тоже на грани.
– Черта с два. Я и так знаю, что ты мне скажешь. Что тебя облили вином, ты пошел застирывать рубашку, а тут Ира. Так внезапно начала к тебе приставать. Голая, наверное, приперлась, правда?
Панкратов смеется в самый неподходящий момент, но я так зла, что бездумно заряжаю ему пощечину. Андрей прикладывает ладонь к слегка покрасневшей щеке, но ничего не говорит.
В другой ситуации мне бы было стыдно. В любой другой момент, но не сейчас.
– Я видела, как ты на нее смотрел! – срываюсь на крик, а предательские слезы обнажают перед ним душу. – Ты даже не оттолкнул… Мог, но…
– Поехали.
Он так резко тянет меня на себя, что я просто теряю равновесие. Валюсь ему на грудь, как тряпичная кукла.
Панкратов снова пользуется заминкой. Просовывает руку под мои колени и поднимает на руки.
– Поставь. Куда ты меня тащишь? Поставь!
– Если не хочешь слушать, посмотришь кино.
От вида Панкратовского особняка меня начинает тошнить еще сильнее. Это даже печально, что за столь короткий срок я успела испытать здесь весь спектр эмоций. От банальной радости до адской боли…
– Пошли.
Андрей открывает дверь машины с моей стороны и подает руку. Как галантно, только вот думать нужно было раньше. До того, как обжимался с бывшей. Игнорирую его жест и демонстративно отворачиваюсь.
– Е-ся, – он выталкивает из себя мое имя по слогам. Злится. Каждой клеточкой это чувствую.
– Не выйду, – качаю головой, сильнее вжимаясь в сиденье.
– Что за детский сад? Я тебя все равно вытащу. Так что выбирай, сама или…
– Ладно, – шиплю на него и соизволяю выйти на улицу. Дверью хлопаю сильно и очень громко. Намеренно демонстрирую свое раздражение.
Андрей молча берет мою ладонь и тянет за собой. Спустя пару минут заталкивает в одну из комнат дома охраны. Это такое небольшое строение вдали от основного дома. Внутри помещение довольно просторное и доверху забитое компьютерной техникой. Чуть позже я понимаю, что сюда стекаются все записи с камер, что понатыканы по особняку.
– Антон, найди запись с моей днюхи. Около десяти вечера, в бассейне.
Парень в черном костюме кивает и тянется к мышке. Пока на мониторе проматываются отрывки прошлого вечера, я поджимаю пальчики на ногах, все еще недоумевая, что мы тут делаем. Андрей тем временем подталкивает меня к столу, за которым сидит этот самый Антон.
– Отсюда?
Охранник смотрит на Панкратова, и тот заглядывает в экран.
– Еще минут на пять вперед перещелкни. Да, здесь.
Видео начинает идти в обычном, неускоренном режиме. Складываю руки на груди, просто умиляясь этой глупой выходке. Неясно, чего он мне хочет доказа…
Обрываю мысль, внимательнее всматриваясь в происходящее на записи.
Сначала в бассейн заходят Панкратов и Бережной. Значит, тут мне Витася не соврал, они действительно виделись незадолго до увиденной мной сцены в спальне.
– Это в тот момент, когда тебе позвонили, – поясняет Андрей, стоя за моей спиной. – Я отошел с Бережным, тогда еще не имея понятия, зачем он тащит меня в бассейн.
На видео Виталик что-то говорит, но я не особо прислушиваюсь. Андрей хмурится, хочет уйти, но в этот момент к ним присоединяется Ира. Она грациозным шагом преодолевает расстояние от входа до парней. Смеется, а потом взъерошивает волосы на голове Бережного. На ее лице красуется улыбка, которую она адресует Андрею.
Панкратов говорит, что ему нужно идти, делая акцент на том, что оставил меня одну. Ира надувает губы, делает шаг в его сторону, поскальзывается, сейчас мне кажется, что нарочно, и упирается ладонями в мужскую грудь. Бережной подталкивает ее в спину, чем только помогает ей сдвинуть Андрея и упасть вместе с ним в бассейн.
 
Витася же специально толкнул… то есть…
Вынырнув из воды, Панкратов матерится, и охранник сразу же останавливает запись.
– Это к тому, зачем я вообще пошел в комнату и почему эта дура была там раздетой. На камеры рядом с моей спальней переключай.
Охранник снова молчаливо кивает и тычет по кнопкам.
Андрей прижимает палец к экрану в верхнем правом углу, там написано время.
– А теперь засекай.
Я закусываю нижнюю губу, продолжая смотреть «кино».
На часах десять ноль семь. Андрей быстрым шагом заходит к себе, и буквально через минуту за ним заскакивает Ирка. Еще через две минуты появляюсь я.
Видеть себя со стороны оказывается противно. По крайней мере в том состоянии, в котором я была тем вечером.
Вместо того чтобы зайти в комнату, я трусливо сбегаю. И вуаля – проходит ровно двадцать шесть секунд, как оттуда вылетает эта стервозная блондинка. Причем выбегает она, придерживаясь ладонями за шею. На ней все та же белая рубашка из гардероба Панкратова. На часах десять часов двенадцать минут.
– Это похоже на измену?
Андрей взмахивает рукой, и охранник сразу же выходит из помещения.
– Давай, ты же так хотела меня в чем-то уличить, Еся… Она пробыла со мной почти пять минут. У нас был вагон времени, чтобы развлечься.
Андрей наступает. Я прилипаю спиной к стене, чувствуя легкое головокружение. Это никак не связано с моим ночным обмороком, вовсе нет. Это от переизбытка чувств. От обрушившегося на плечи понимания. Эта удушающая мое самолюбие правда бьет по нервам отбойным молотком.
Сглатываю и прижимаю ладоши к прохладной стенке.
Андрей нависает надо мной. Его кулак где-то над моей головой.
Он снова загоняет меня в ловушку, лишая права выбора. Все так абсурдно и предельно ясно… Но могу ли я ему верить?
Прочищаю горло и разлепляю губы.
– Возможно, я была не права. Только одно в моей голове до сих пор не укладывается.
– Что именно?
– Почему ты позволил ей себя поцеловать?
Моя бровь ползет вверх. Я наконец-то беру себя в руки. Ни за что, ни за что на свете я больше не буду глупой девчонкой-размазней. Моя претензия вполне логична, а самое главное – по делу. Я не забыла тебе тот танец, Андрюша, и вряд ли когда-то забуду.
– Это не было поцелуем. Поверь, если бы я к ней что-то чувствовал, то закончил бы все, что между нами происходит, еще до этой гребаной ночи. Понимаешь? Я не собираюсь тебя обманывать. Если случится что-то подобное, то я не буду жалеть твою тонкую душевную организацию и скажу прямо.
– Разве я говорила что-то о чувствах? Нет. Спать с кем-то можно и без них.
– Хочется спросить, не из личного ли опыта, – он проводит пальцем по моей щеке, шее, обхватывая горло ладонью. – Но у меня нет такой возможности.
– Жалеешь, что не можешь окунуть меня лицом в помои? – уголки моих губ ползут вверх. Все снова закручивается волчком. Я чувствую, что стою на пороге чего-то нового. Наша игра снова началась. И теперь она явно будет жестче.
– Нет.
– Вот и отлично. Домой отвезешь?
– Ты торопишься?
– Попридержи руки, Андрей. Мне явно нужно все обдумать.
– Ты мне не веришь?
– Еще не знаю. Посмотрим, – пожимаю плечами и убираю его ладонь от своей шеи. – А вообще, ответь мне на один вопрос. Если бы вся эта ситуация произошла со мной, как бы ты отреагировал? Что бы сделал, видя вот такой «не поцелуй», м?
  
3
 
Андрей.
Ирка притащилась в мою спальню почти сразу, как только я ушел из бассейна. Не успела закрыть дверь, а уже стоит передо мной в одних трусах, переступая через свое мокрое платье. Волосы склеились, макияж слегка потек. Это не сделало из нее уродину. Если не опираться на наше прошлое и то, как мы расстались, то Веселова красивая. Определенно.