Рыцарь из моих снов

— То, что он хотел делать? Я знаю! Но добавь: он оставил после себя жену и детей!
— Венди знала, на что шла, когда выходила за Бена замуж. До того как у них появились дети, они вместе ходили в горы.
— А потом она перестала, а он — нет?
Бэллантайн развел руками.
— В этом была его жизнь.
— А твоя?..
Он, помолчав, сказал:
— Я не женат.
Ему около тридцати, подумала Кэтрин, он на несколько лет старше ее.
— А был?
Он посмотрел на нее потемневшими глазами.
— Почти — пару раз. Но они хотели, чтобы я бросил альпинизм.
Кэтрин поднялась.
— До встречи, мистер Бэллантайн!
Она хотела было пройти мимо Зака к лестнице, но он схватил ее за руку.
— Завтра? — спросил он. — На верхней трассе? Не хотелось бы думать, что ты не поднимешься туда, опасаясь встретиться со мной.
Но у нее не было причины не подниматься туда. Они оба все прекрасно поняли: вряд ли могло произойти что-то еще. И что вообще может произойти на горном склоне, заполненном лыжниками? Соблазн боролся со здравым смыслом.
И Кэтрин произнесла слабым голосом:
— Может быть.
  
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
 
Когда на следующий день Кэтрин приехала на гору, Зак Бэллантайн как раз выходил из кафе. Она сказала себе, что это просто совпадение, не может быть, чтобы он сидел и смотрел в окно, ожидая, когда ее доставит сюда подъемник.
Лениво улыбнувшись и не сказав ни слова, он поднялся с ней к началу спуска, подождал, когда она поедет вниз, и потом сам начал спуск, оставляя параболические следы на снегу.
Кэтрин тоже ринулась вниз, копируя его движения и с восторгом ощущая, как прекрасно слушается ее тело. На этот раз она закончила спуск удачно и, гордая собой, посмотрела на Зака.
— Никогда не думала, что у меня может так хорошо получиться! — не смогла она удержать своего восторга.
— Никто не знает, на что способен, пока не попробует, — улыбнулся Зак в ответ и предложил: — Пойдем выпьем чего-нибудь, а потом повторим еще разок.
Она согласилась.
Они стали кататься вместе каждый день, пили кофе, а вечером и более крепкие напитки. Однажды Зак спросил, всегда ли она хотела быть моделью. Кэтрин засмеялась и ответила, что нет и ее мечтой было стать библиотекарем, на что рассмеялся он.
— Я заканчивала школу, когда подруга попросила продемонстрировать платье, которое она сшила на конкурс портних. Мы заняли третье место, а после показа одна из судей спросила, не хочу ли я заняться демонстрацией моделей профессионально. Подруга пришла в восторг и уговорила меня поехать в агентство. И… ну, с этого все и началось. А ты? Как ты стал альпинистом?
— Я занимаюсь лыжами с десяти лет, но вначале мне больше нравились кроссы, чем альпинизм. Альпинистом я стал позже. В университете я познакомился с Беном, и на каникулах мы отправлялись в горы.
— А что ты делал в университете?
— Получал ученую степень.
— Поэтому ты и оказался в Антарктиде?
— Ну-у… я занимался подвижкой льдов и много лазил по горам. А потом мы с Беном поднялись на Эверест и так стали профессионалами.
— То есть ты зарабатываешь на жизнь альпинизмом?
— Ну да: горный гид, тренер новичков… А между делом я совершаю восхождения на горы, которые еще никто не покорял.
— Но ведь наверняка снаряжение высокогорной экспедиции — дело дорогое.
— Я получаю деньги от различных научных институтов на проведение исследований в условиях высокогорья: состояние снега и льда, геологическая информация, изучение процессов в окружающей среде, ну и так далее. Некоторые фирмы поставляют нам экипировку и оборудование. Бен легко находил спонсоров, к тому же он был очень фотогеничный. — Зак грустно усмехнулся. — Он тоже иногда демонстрировал модели одежды, а я его дразнил за это. Вы никогда с ним не встречались?
Кэтрин покачала головой.
— Но твоя семья наверняка беспокоится о тебе.
— Моя мать погибла в автокатастрофе, когда мне было четырнадцать, а отец умер от опухоли мозга несколько лет назад. Брат женился и живет с семьей в Англии. Мы поддерживаем с ним связь, но он слишком занят, чтобы еще беспокоиться и обо мне.
 
— Как рано ты потерял мать! — Сама Кэтрин до сих пор тяжело переживала смерть отца в прошлом году и представила, каково было Заку в четырнадцать лет.
— Смерть неизбежна. — Он замолчал. — Просто я узнал это раньше, чем другие.
Слишком рано, подумала она.
— И поэтому ты занялся альпинизмом? — Потеряв мать, Зак наверняка решил победить судьбу, снова и снова бросая ей вызов и рискуя собственной жизнью.
— Ну, безусловно, это отвлекло меня от всяких мыслей… Когда поднимаешься в гору, все время надо думать о следующем шаге. Если этого не сделать, он может оказаться последним.
— Это я и имела в виду, — удовлетворенно произнесла Кэтрин.
Он взглянул удивленно.
— Что ты имела в виду?
Не надо было произносить эти слова; но теперь он ждал объяснения.
— Просто я подумала… наверное, ты хотел показать, что можешь победить смерть, и это из-за смерти твоей матери…
Она обидела его? Зак выглядел растерянным.
— Возможно, — наконец медленно произнес он. — Я никогда раньше не задумывался об этом.
Кэтрин виновато улыбнулась.
— Я не хотела заставлять тебя заниматься психоанализом.
— Ничего страшного. — Он смотрел на нее так, словно видел впервые. Кэтрин не поднимала глаз от своей чашки. Потом он встал: — Ну что, прокатимся еще разок?
* * *
На пятый день его не оказалось в кафе. Кэтрин выпила нехотя две чашки кофе и только тут увидела, как Зак поднимается в подъемнике.
Когда Кэтрин подошла к двери, он, улыбаясь, сказал:
— Спасибо, что дождалась меня.
Она и не отрицала. Конечно же, она ждала его! У нее возникла мысль, что на самом деле она ждала его уже очень давно. Много лет…
Ерунда! Он просто случайный знакомый, которого она, может быть, больше никогда и не увидит. Очень привлекательный мужчина, но не первый, кто привлек ее внимание. Ей на роду написано встречаться с привлекательными мужчинами, даже после свадьбы с Кэллумом, так что к этому надо привыкать.
Загадочный мужчина, который прижимал ее к сердцу и шептал на ухо ласковые слова, больше не являлся ей во сне. Она слишком уставала, чтобы видеть сны. Но это была здоровая усталость, заставлявшая ее с нетерпением ожидать начала следующего дня. И с каждым днем Кэтрин каталась на лыжах все лучше и лучше, изо всех сил пытаясь достичь уровня Закери Бэллантайна.
Трасса была пустой, лишь фигурки нескольких лыжников виднелись у подножия горы. Они начали спуск одновременно, потом Зак неожиданно взял влево. Кэтрин поехала направо, стараясь не выпускать его из виду, и потом, когда он снова изменил направление, заскользила ему навстречу. Она заметила, что он рассмеялся, очевидно прочитав ее мысли. Где-то в середине трассы они съехались, а затем опять разъехались.
Если бы на месте Зака был другой, это было бы настоящим сумасшествием, поскольку Кэтрин была еще начинающей горнолыжницей, но она знала, что на Бэллантайна можно полностью положиться.
Когда они оказались у подножия, группа людей, ожидавших подъемник, бурно зааплодировала им. Кэтрин рассмеялась, глядя на Зака, и они вместе подняли руки в триумфальном приветствии.
Посмотрев на склон и увидев целую серию почти идеальных «восьмерок», она прошептала:
— Просто не верится, что это сделали мы.
Возможно, больше так не получится никогда? И, как бы отвечая ей, Зак произнес:
— В первый раз всегда получается лучше всего.
Именно поэтому он все время старается найти новые горные вершины, которые еще никто не покорял!
— Завтра мой последний день… — сказала Кэтрин.
Взгляд его был устремлен к самому пику горы, где лежал нетронутый снег. Потом он внимательно посмотрел на нее и сказал, почти приказывая:
— Пойдем вместе на эту вершину.
— На вершину?
— Ты ведь никогда раньше этого не делала, правда?