Спецоперация, или Где вы были 4000 лет? (СИ)

— Ага, отцы.
Водитель посмотрел на него с недоверием, но ничего не сказал.
Обоих отцов Петр нашел быстро. Виктор и Георгий лежали в соседних палатах, оба под аппаратами искусственного жизнеобеспечения. Он зашел к одному, потом ко второму. Обоих он поблагодарил за жизнь. Линия жизни обоих зигзагообразно тянулась слева направо.
Один. Петр выдернул трубку изо рта Виктора.
Два. Петр выдернул трубку изо рта Георгия.
Линии жизни превратились в прямые линии.
Петр шел домой собирать вещи, чтобы уехать навсегда. Дух города пожелал ему счастливого пути.
 ЭПИЛОГ 
Человек в красном балахоне с капюшоном шел по длинному коридору, застывшему в неподвижном ожидании. Казалась, это пространство только и ждало какого-то хаоса, чтобы хоть на немного исказить реальность. Но тщетно. Красный капюшон умел не создавать лишних движений. Открыв одну из дверей, ровной линией располагающихся по обе стороны коридорной группы, он оказался в библиотеке, уставленной многочисленными шкафами, на которых виднелись разные символы. За столом сидел человек в коричневом балахоне с капюшоном и увлеченно уплетал рыбу, от которой немного пованивало.
— Вобла, — произнес Коричневый Капюшон вместо приветствия. — Надо сказать, весьма специфический вкус у нее. Вы слышали про Воблу, дорогой друг?
— Ты опять смотришь это кино о Стране?
— Надо признать, это довольно увлекательно, особенно когда у них Воблá с Соседней Страной.
— Я к вам по делу.
Вытерев засаленные пальцы, Коричневый капюшон с интересом уставился на посетителя:
— Что, опять Петр?
— Нет, его теперь курируют другие специалисты. А у Вас новое задание.
Красный капюшон полез в карман, долго шарил там, и, наконец, достал картридж.
— Вот. Давайте я введу вас в курс дела.
Человек в коричневом капюшоне надел шлем дополненной реальности, лежащий до этого без дела в ящике стола, и погрузился в активное созерцание.
* * *
— Чтоб тебя черт побрал! Куда ты лезешь, нехороший ты человек! — эмоционально орал таксист, открыв окно своей машины. — Эй, слышь, ты куда прешь! Поаккуратней. Это Южная Страна, тут правила соблюдать надо. Это тебе не там.
Он резко нажал на тормоза — противный скрежет разрезал пространство не случившейся бедой.
— Тебе жить надоело?! Идиот! Глаза разуй, зеленый свет для машин! — испугавшись, разразился ругательствами таксист Южной Страны, на секунду представив, как бы его затаскали по судам, если бы он сбил этого невнимательного пешехода.
— Извините, я задумался, — ответил человек высокого роста с глубокими зелеными глазами.
Таксист, продолжая выкрикивать ругательства, поехал дальше. А к молодому человеку, который уже перешел дорогу, подошла беременная женщина.
— Петя, надо было уехать за тысячу километров, чтобы умереть здесь под колесами местного такси! Ты в порядке?
— Я что-то совсем невнимательным стал. Торопился, хотел цветы купить тебе, не успел — он улыбнулся и обнял ее. — Кто у нас будет: мальчик или девочка? Что УЗИ показало?
— Ребенок повернулся попой, пока не знаю. Но главное, что все в порядке, и с малышом, и с тобой.
Она нежно поцеловала Петра в щеку и обняла его.
— Да, Маша, главное, что все в порядке. И мы наконец можем просто жить.
«Ну дай бог, дай бог» — подумал Человек в коричневом капюшоне. Отвлекся на секунду. А когда вернулся к просмотру, увидел на экране надпись: «Конец ознакомительного просмотра».
С удивлением посмотрел на Человека в красном балахоне.
— Ой, кажется картридж перепутал. Вы же теперь не занимаетесь Петром. Это я для специалиста из соседнего отдела прихватил. У вас теперь вот, ознакомьтесь.
И он протянул другой картридж, выглядевший совершенно похожим образом.
— Позвольте, но я бы хотел пояснений.
— Это решение самого Издателя. Из соображений безопасности. Это все, что я знаю. Думаю, ваше новое назначение вам понравится.
Красный капюшон вставил картридж в компьютер, жестом пригласил Коричневого к просмотру и добавил:
 
— Шлем надеть не забудьте. Чтобы поярче. Ага, вот так.
Его лицо осветилось самодовольной улыбкой.
* * *
А Человек в коричневом капюшоне почувствовал, что ему довольно некомфортно ночью стоять на ветру. Он оказался в теле охранника, который стоял на входе в барак, где содержали пленных Соседней Страны, захваченных в последнем бою.
Человек в коричневом капюшоне снял шлем.
— Я что, за охранником теперь слежу? Это все, чего я заслужил после стольких сложных дел?
— Да ну что вы, это я вас в его голову отправил для максимальных ощущений. У вас другой персонаж будет. Смотрите внимательно, не прерывайтесь.
Человек в коричневом капюшоне снова надел шлем.
— Эй, Санек, слышь, — обратился охранник к своему напарнику, — у тебя сигареты есть, а то я свои в казарме забыл.
— Санек пошел пописать. Но у меня есть, — раздался женский голос.
— Элка, ты че не спишь?
— А то ж ты не знаешь. Обход у меня перед сном.
— А, этих, нациков? А че ты одна поперлась туда, это ж опасно.
— Что они мне сделают? У них даже оружия нет. А у меня табельное. Да и не одна я. Со мной капитан наш ходил.
— Я вот не пойму тебя, Элка. Зачем ты сюда приперлась? Ты же не идейная. Да и деньги тебе не нужны. Вот скажи, что заставляет тебя на кровь и мясо на войне смотреть? Особенно у этих? Ты ж и их лечишь тоже. Как тебе только не противно?
— А ты думаешь их мясо отличается от твоего?
— Ты опять их защищаешь! Слышал бы это капитан, — охранник начал заводиться.
— Слушай, не кипятись, — Элеонора протянула охраннику сигарету и закурила сама.
Они курили молча, и когда красный огонек на сигарете истлел, Эллочка подошла к охраннику, посмотрела и полушепотом сказала.
— Трахаться хочется. Может, перепихнемся?
— Элеонора, я очень даже за! Но я не могу же так. По тебе наш капитан сохнет!
— Да ну его на хуй, вашего капитана, мудак он.
Она подошла, взяла в ладони голову охранника и впилась своими губами в его. Он ответил ей. А она, улучив момент, шырнула ему шприц в шею, и через пару мгновений он упал.
Элеонора сняла с его пояса ключи, нашла тот, что открывает казарму с пленными. Проходя по коридору, увидела валяющегося и храпящего Санька, которого она уложила таким же способом при помощи укола снотворного. Почти бесшумно открыла дверь. Заключенные спали. Она тихо подошла к одной из кроватей, на которой лежал молодой человек.
— Андрей, все получилось, — прошептала она, — путь свободен.