Арктическая академия. Объект «Вихрь»

Когда Уваров открыл люк и заглянул внутрь, он потерял дар речи. Артефактор нырнул внутрь цистерны, а мы кинулись доставать его, пока парень не захлебнулся, но так и замерли возле люка. Внутри не оказалось жидкости. Наоборот, там было идеально сухо и чисто, а в ворохе соломы стояли стеллажи с ювелирными украшениями. В ящиках, стоявших у основания, вообще обнаружились серебряные слитки. Правда, большую часть содержимого составлял более дешёвый нефрит.
– Очевидно, что везли в Китай, – высказал свою версию Зимин. – В Поднебесной белый нефрит ценится на вес золота. Китайские мастера испокон веков считают, что белый нефрит – это камень бессмертия.
– Откуда ты знаешь? – удивилась Настя.
– Кочубей на парах по истории рассказывал. Разве вы не помните?
– Допустим, мы выяснили куда везли это всё, но кто додумался оборудовать такую конструкцию внутри цистерны? – Любавин обошёл вокруг, простучал по стенкам и отметил, что по звуку кажется, будто она полная.
– Ничего не понимаю, – бормотал Кеша, выбравшись наружу и сверяя номер с журналом. – Если верить сопроводительным документам, здесь перевозится растительное масло, а на деле его там нет ни капли.
Мы не понимали как такое было возможно, но Якубов раскрыл нам секрет.
– Контрабанда, – произнёс Семён Амирович. – От лица службы безопасности империи выношу вам благодарность. Мы разберёмся как ценности попали сюда, кто позволил им выйти из порта и кто отвечал за груз, а пока рекомендую оставаться в порту. Оценщики прибудут в Диксон вместе с конвоем через два дня.
Работы вынужденно прекратились, но мы не особо переживали по этому поводу. За время экспедиции мы здорово вымотались, поэтому ожидание специалистов из Архангельска стало хорошей возможностью отдохнуть. Памятуя предупреждение Платонова насчёт старухи Уйгуны, я не торопился спускаться на сушу и предупредил остальных парней, чтобы были осторожны. В Диксон мы выходили только группой и следили, чтобы никто не отбился. Мало ли какие неприятности может хранить это место?
Через обещанные два дня в посёлок прибыл корабль с оценщиками и конвоем из шести бойцов, которые оцепили цистерну и не подпускали к ней никого, даже нас. Весь день мы валяли дурака, играли в настольные игры и радовались солнечным лучам, а вечером к нам наведался Якубов.
– Поздравляю вас, молодые люди! По самым скромным оценкам стоимость обнаруженного вами добра составила семьдесят один миллион и четыреста девятнадцать тысяч.
– А если не скромничать? – ухмыльнулся Валик.
– Скромнее нужно быть, господин студент! – осадил его Семён Амирович. – В любом случае, объявляю вам благодарность. Свою долю награды вы получите.
Мы не сразу поняли какие богатства обрушились на нас и только теперь дали волю эмоциям. На радостях даже несколько раз подкинули Якубова в воздух, но по требованию старика отпустили его. Парни хотели было подбросить меня, но я вовремя их успокоил.
– На этой радужной ноте предлагаю завершать экспедицию! – произнёс я, давая команду возвращаться домой. Думаю, Аверин обрадуется, когда мы озвучим сумму заработанных денег.
Дорога домой заняла у нас три дня. Мы праздновали успех и отмечали последние дни летних каникул, но даже не подозревали, что впереди нас ждёт событие, которое станет ложкой дёгтя и смажет радость от успешной экспедиции. Утром двадцать восьмого июля, когда мы подходили к Териберке, корабль сотрясло от мощного взрыва. Мы попадали с коек, а в следующее мгновение поняли, что идём ко дну.
 
Глава 2. Тайна «Октопуса»
 
– Всем немедленно занять места в спасательных шлюпках! – послышался голос капитана корабля.
Нас не пришлось просить дважды. Перед отплытием мы прошли инструктаж и отработали его на практике до автоматизма, поэтому проблем с эвакуацией не возникло. Почти.
– Кеша, куда тебя понесло? – гаркнул я на артефактора, который бежал в противоположную сторону от спасательных шлюпок.
– Батискаф! – выпалил парень. – Тридцать семь миллионов!
– Брось ты этот батискаф, ничего ему не будет! Потом со дна поднимем. Благо, тут не глубоко.
 
– А я плавать не умею! – запаниковала Фирсова.
– Где твой жилет? – накинулся на девушку Зимин.
– Забыла в каюте! Приказали немедленно покинуть судно, вот я и запаниковала.
– Возьми мой, – Валик протянул девушке свой жилет.
– А ты? Я не хочу, чтобы ты погиб!
– Брось! Я буду в спасательной шлюпке, в крайнем случае, доплыву до берега, тут ведь недалеко, а вода не особо холодная.
Второй взрыв сбил нас с ног, а судно стало погружаться под воду ещё быстрее. Корабль понемногу начало кренить на правый борт, и в любой момент могло оказаться так, что спустить шлюпки мы уже не успеем.
– Живее! – скомандовал капитан, подгоняя тех, кто задерживал остальных. Мы едва успели сесть в шлюпки и отплыть от корабля, когда оно пошло под воду.
Экипаж корабля сел на вёсла, а Вьюга устроилась на носу лодки. Поначалу собака перепугалась, но как только мы оказались в шлюпке, отошла от потрясения и быстро освоилась.
– Что произошло? – наконец, поинтересовался Уваров, когда мы оказались в безопасности.
– Думаю, сейчас ты сам увидишь, – ответил капитан, кивнув в сторону моря, где бурлила вода.
Поднимая пенные буруны, из воды сначала появились чёрные щупальца, а затем показалась и сама подводная лодка.
– Не может этого быть! – воскликнул Кеша. – Мы ведь потопили её месяц назад!
Тем не менее, лодка была вполне настоящей, как и торпеды, которые потопили наш корабль. С подводной лодки выпустили по нам очередь из пулемёта, которая лишь слегка зацепила лодку и ранила двух членов экипажа. И только теперь я пришёл в себя.
– Время назад!
Из-за сильных эмоций мне удалось переместиться на семнадцать минут назад. Да, потратил почти всю энергию, но оно того стоило. Я всё ещё тяжело дышал от гнева, когда переместился во времени назад.
– Арс, ты в порядке?
– «Октопус»! Он здесь!
– Успокойся, «Октопус» давно лежит на дне Карского моря, а тебе просто приснился жуткий сон, – попытался успокоить меня Валик.
– Если бы! Собирайте вещи и отправляйтесь к спасательным шлюпкам. Настя, не забудь надеть спасательный жилет!
– А ты куда?
– На капитанский мостик. Нужно предупредить капитана об опасности.
Уйти от встречи с подводной лодкой нам не удалось. Видимо, она давно наблюдала за нами и искала удобный случай для атаки. Как только судно изменило курс и направилось к берегу, враг дал о себе знать.
– Михаил Сергеевич, дотянем до берега? – поинтересовался я у капитана, который сейчас лично стоял у штурвала.
– Дотянем! – уверенно произнёс он. – Другого выбора у нас попросту нет!
Капитан сдержал слово. В этой версии реальности корабль не затонул, а успел сесть на мель у самого берега. Мы отделались парой синяков и ушибов, но смогли добраться до спасательных шлюпок, преодолеть мелководье и самостоятельно сойти на сушу.
– Что происходит? – опешил Кеша, когда мы оказались в безопасности.
– Не сейчас, друг! – отмахнулся я от Уварова и направился к капитану. – Михаил Сергеевич, ещё одна просьба к вам. Нужно передать в Мурманск сообщение о нападении подводной лодки.
– Уже передано, – отозвался капитан, который был потрясен случившимся не меньше нашего, но самообладания не терял.
Видимо, на «Октопусе» решили оставить нас в покое, потому как лодка больше не давала о себе знать. Возможно, затаилась, выжидая подкрепление, чтобы пустить ко дну ещё один корабль. Вот только если это действительно было так, на «Октопусе» круто просчитались. На этот раз за нами прибыли два эсминца, береговой патрульный катер, миноносец и подводная лодка. Целая эскадра!
К этому времени мы успели оценить масштабы поражения судна. Торпеда прошила борт корабля и оставила огромную дыру в обшивке. Большая удача, что взрывом не зацепило машинное отделение, но даже так корабль оставался в плачевном состоянии. Без капитального ремонта он уже никуда не поплывёт.