Арктическая академия. Объект «Вихрь»

– Дай я! – вмешался Зимин и нажал первую попавшуюся кнопку. На приборной панели загорелась какая-то иконка, и Валик побелел от страха. – Извини, сейчас отожму обратно…
– Не лезь! – крикнул Кеша, но слишком поздно. Нас ощутимо трухнуло, а рядом что-то противно зашипело.
– Это что было? – удивился Валик.
– Я же сказал ничего не трогать! – закричал Уваров. – Ты только что запустил торпеду в иностранное судно. Сначала активировал запуск, а затем подтвердил!
– Я думал, что повторное нажатие – это отмена! – пытался оправдываться целитель. – Кто так конструирует? И вообще, что это корыто делает в наших водах? Либо ведёт разведку, либо ловит рыбу без разрешения.
В этот момент послышался оглушительный взрыв. Кеша посмотрел в перископ и выругался.
– Что там? – скривился Зимин, ожидая чего угодно.
– Есть подозрение, что это самое корыто, как вы выразились, сейчас пойдёт ко дну. Уходим отсюда, пока нас не изрешетили!
Рядом действительно стали разрываться снаряды. С корабля по нам открыли стрельбу. Пока не очень удачно, но ведь у них есть время пристреляться!
– Кеша, топи его! – запаниковал Валик.
Уваров выпустил ещё три торпеды, но только последняя из них попала точно в цель. Судно остановилось – видимо, отказали двигатели, а затем начало крениться на бок. Некоторые матросы уже прыгали за борт, другие спешно пытались спускать на воду спасательные шлюпки, но всё шло к тому, что времени на это у них не хватит.
– Готов! – обрадовался Валик и похлопал артефактора по плечу.
– Может, им помочь? – заволновалась Настя.
– Чтобы они нас наверняка прикончили? – встал в позу Зимин.
– Ничего, тут земля недалеко, дотянут как-нибудь! – отмахнулся Кеша.
Морякам всё-таки удалось спустить шлюпки на воду, а что было потом, мы уже не знали, потому как через пару минут судно исчезло вдалеке. Путь до Нортбрука занял у нас пять часов. Кеша весь вспотел от напряжения, но от штурвала не отходил. Несколько раз со стороны спального отсека доносился стук и глухие удары. Похоже, моряки проснулись и поняли, что оказались заперты, но попытки сломать шлюз к успеху не привели.
– Парни, а вам не кажется, что идти вот так к мысу Флоры – не самая удачная затея? – заволновался Валик. – Матвей, вывешивай знамя империи, а то нас сочтут за культистов и уничтожат!
– Где я тебе его возьму? Мы вообще-то на иностранной субмарине находимся!
– Точно… – завис Зимин.
– Предлагаю вывесить белый флаг. Наши решат, что мы сдаёмся, а там уже разберёмся что к чему.
Когда мы приблизились к мысу Флоры, нам навстречу уже вышел эсминец. Пришлось остановиться на отдалении и выйти на палубу подводной лодки, чтобы нас не расстреляли издалека. Похоже, на «Гордом» заметили белый флаг и нас, потому как через несколько минут от корабля отделилась моторная лодка и направилась к нам.
– Капитан третьего ранга Ардашев! Что здесь происходит?
Когда мы рассказали офицеру нашу историю, нам не поверили. С эсминца прибыла делегация вместе с Платоновым, лодку осмотрели и приняли командование над ней. Когда мы рассказали историю Георгию Максимовичу, он был вне себя от гнева, но немного позже взял себя в руки и похвалил.
Прежде чем нас отпустили, пришлось дать подписку о неразглашении. Всё-таки мы натворили таких дел, что может аукнуться на государственном уровне. Даже несмотря на то, что к шведской стороне тоже есть вопросы. Зато теперь мы смогли отдохнуть после тяжёлых испытаний, обрушившихся на нас за эти дни.
– А что будет с пленниками? – поинтересовался Валик, зависнув в дверном проёме.
– Разберёмся на большой земле, – отмахнулся Георгий Максимович. – Церемониться с культистами никто не будет. Вон, сколько они кораблей пустили ко дну! Ещё неизвестно какие грехи числятся за ними.
Естественно, избежать расспросов нам не удалось. Уже весь поток знал о том, что мы захватили подводную лодку. Пришлось отмахиваться и ссылаться на Платонова, который строго запретить рассказывать хоть какие-то детали.
– Не удивительно, Максимыч лютует в последние дни! – заметил Кирсанов. – Пятёрки Светлицкого и Ларского бесследно пропали, а буквально вчера на военную базу было совершено вооружённое нападение. Говорят, большие потери с обеих сторон. Не знаю чего добивались атакующие, но прошёл слух, что если бы не доставленная нашими кораблями помощь и не участие в битве «Гордого», наши не удержали бы базу.
 
– Атака военной базы – серьёзная вещь. Пахнет международным конфликтом, – забеспокоился Зимин.
– А кому ты претензии предъявишь? – развёл руками Никита. – Атаковали культисты, а там и шведы, и голландцы, и британцы, и даже датчане затесались! В общем, интернациональная команда, которая к государственным структурам не имеет никакого отношения. Дипломаты просто разведут руками, от силы принесут извинения за действия своих граждан и открестятся от них.
Почти неделю продолжались поиски пропавших отрядов, мы прочесали все ближайшие острова, но студентов так и не удалось найти. Несколько раз натыкались на стоянки культистов и наших ребят, но это были старые следы, которые не дали нам совершенно никакой информации. В поисках участвовали и военные, и моряки, но даже так поиски не принесли результата. Лишь один раз Вьюга взяла след, но он потерялся на берегу. По официальной версии, которую приняли по итогам поисков, ребят или похитили и увезли с острова, или ликвидировали как опасных свидетелей, а тела сбросили в воду.
К концу августа Платонов смирился с тем, что пропавших студентов нам не найти и дал команду взять курс на Мурманск. В академию мы возвращались со смешанными чувствами. С одной стороны, захватили субмарину и кучу культистов. С другой стороны – бесследно потеряли десятерых однокурсников. Я уже не говорю о защитниках военной базы, потери которых были засекречены.
– Арс, к тебе есть дело! – остановил меня Кеша, когда я направлялся в кают-компанию.
Решительный настрой артефактора заставил меня беспокоиться. Обычно, если Уваров заходил издалека и хмурился, значит, дело было серьёзным.
– Ты ведь знаешь, что я из семьи простолюдинов и дворянского титула не имею. Я понимаю, что рано или поздно меня затащат в какой-нибудь дворянский дом, но в том и дело, что я не хочу оказаться где попало. Лучше выберу того покровителя, с которым мне будет комфортно. Я выбираю тебя и дом Чижовых.
Пошла корюшка на нерест! От Кеши я совершенно не ожидал такого предложения. Мне казалось, в дворянский дом приглашают, заманивают, затягивают, а тут парень выразил добровольное желание.
– Кеша, ты ведь понимаешь, что я не смогу защитить тебя от нападок сильных дворянских домов? Я и себя-то особо защитить не смогу. И потом, нужно отдавать себе отчёт, что принадлежность к дворянскому дому не сделает тебя дворянином.
– Не волнуйся, всё прибудет! Тебя точно никто в здравом уме трогать не станет, уж слишком ты на виду. Да и потом, верно говорят, что ты попал во внимание императора, а он уж точно три шкуры спустит, если с тобой вдруг что приключится. Так что на счёт защиты не переживай. И потом, все значимые события в моей жизни произошли благодаря тебе: ты подал мне идею с гидролокатором, поддержал, когда я хотел уйти из отряда, а ещё познакомил с Кристиной. И потом, ты мой друг. Да, отношения дворян и простолюдинов далеки от дружеских, но я верю, что социальные уровни не помешают нашей дружбе.
– Ладно, уговорил! Вот, держи. По счастливой случайности у меня в сумке завалялось несколько значков с гербом моего дома. Носи на здоровье – это знак твоей принадлежности к дворянскому дому. Пусть все знают, что ты под моей защитой. А в Мурманске подпишем договор и скрепим печатью. Тогда тебя официально можно поздравить со вступлением в дом Чижовых.
Изменения в гардеробе Уварова моментально были замечены остальными, потому как в этот вечер дворяне не сводили взгляда с Кеши, который щеголял с гербовым значком моего дворянского дома на груди.
Надежды, что жизнь подкинет мне немного времени перевести дух, рассыпались, стоило вернуться в Мурманск. Дома меня ждала очередная неприятность.