Твое имя (СИ)

Мерлин… Как он дышит? Как он вообще разговаривает, а не кричит от боли?
«Поттер, ты там надолго встал?»
— Я убью… Я убью их всех… — Ненависть и ярость буквально разрывали на части. — Оставайтесь здесь! Я сейчас…
— Поттер!
Но я уже не слушал, бросился к магическому тайнику и, схватив мешок с галлеонами, вылетел из квартиры, на ходу надевая пиджак. Слетая с лестницы, я трансфигурировал его в длинный черный с глубоким капюшоном плащ.
Эту квартиру я купил еще на первом курсе академии из-за удобного расположения. Из окна были видны знаменитые Городские палаты, но если обойти здание и пройти по узкой улочке до черной из старого камня арки, то можно попасть в магический квартал. Я вихрем пронесся мимо закрывающихся магазинов. Едва не сбил мага в изумрудной мантии, когда заворачивал в переулок возле волшебного зоомагазина. Из квиддичной мастерской до меня донесся запах лакированного дерева и новой кожи. Из «Сладкого королевства» приторно повеяло шоколадом и карамелью. Я свернул на узкую неприметную улочку, и каменные стены тут же обступили с двух сторон, зажимая почти в тиски.
— Эй, заблудился, красавчик? — сказала, неприятно скаля гнилые зубы, потасканная жизнью ведьма в высокой остроконечной шляпе.
Но я, не сбавляя скорость, прошмыгнул мимо нее и вышел на здешний Лютный переулок, который был намного древнее и больше, чем в Лондоне. Однако здесь так же продавали темные артефакты и запрещенные ингредиенты. Один из них мне сейчас крайне необходим — я вспомнил о нем в аптеке Пристонов, когда рассматривал стеллажи с ингредиентами и травами.
Если в светлом магическом квартале все приличные магазины закрывались на ночь, то здесь, с наступлением темноты, торговля только начиналась. Я прошел мимо «Пояска Смерти — волшебное бальзамирование», и удушающий запах формальдегида едва не сбил меня с ног. Из знаменитого на всю магическую Шотландию паба «Веселый висельник» доносилась заводная музыка, громкий смех и пьяные выкрики. Красивые ведьмы в тугих корсетах выглядывали из высоких окон, рассматривая потенциальных клиентов. Одна, завидев меня, обольстительно улыбнулась кровавыми губами, показывая два острых клыка. Несколько попрошаек сидело прямо на земле, протягивая немытые руки в подаянии. На углу здания в затасканном темно-зеленном костюме стоял маг с потрескавшейся скрипкой. Бешено водя смычком по тугим струнам, он играл веселую ирландскую музыку, и все, кто проходил мимо него, спотыкались на ровном месте, грязно ругаясь. Из-под высокой коричневой в заплатках шляпы я видел, как смеялись его горящие золотом глаза. Тут навсегда застыло время, остановив свои стрелки на темном средневековье. Грязь, вонь и магия пропитали здешние каменные стены и черную брусчатку.
Я тенью скользнул в низкую арку и, поднявшись по каменным, поросшим мхом ступеням, остановился возле неприметной дверцы. Единственное окно-витрина давно заросло пылью и паутиной, кажется, его не мыли с века пятнадцатого. На вывеске, которая висела на железных проржавевших гвоздях, стертыми буквами было написано: «Кнут и Дыба». Спасибо путеводителю по магическому Глазго, который я случайно купил в книжной лавке «О`Конноры и сожженные страницы». Это было во второй год моего прибытия в этом городе, тогда я, пересилив себя, решил разведать здешний магический мир. Пришлось постараться, чтобы скрыть свою личность — я все еще опасался встретить кого-нибудь из старых знакомых и друзей.
Внутри магазин представлял собой темное помещение со множеством странных штук: от черных иссохших мумий до серебряных старинных часов, что тикали размерено и как-то ужасающе обреченно. Думаю, подари кому-нибудь такие часы, то человек бы долго не протянул на этом свете. Пахло старыми книгами, сырой тканью и почему-то лимоном. Я прошел до стойки, на которой стояла большая банка с человеческим глазом. Он как рыбка плавал то вверх, то вниз, делая спирали в бурой жидкости. Увидев меня, глазик подплыл прямо к стенке и застыл, пристально смотря серо-зеленым зрачком.
— Нравится? — прохрипел чей-то голос, и из-под стойки выпрямился высокий, худой, заросший длинными белыми волосами и бородой маг. Серые, почти прозрачные глаза внимательно резанули меня, оценивая, кто перед ними и зачем пожаловал.
 
— Мило, — сказал я, старясь не смотреть на банку. — Но мне нужно кое-что другое.
— Я в этом не сомневаюсь, — сказал старик. — Что-то редкое?
— Очень нелегальное.
— У меня много вещей, за которые добропорядочные Авроры могут упрятать меня в Азкабан на долгие-долгие годы…
 — С Аврорами у меня свои счеты. — Что-то мне подсказывало, что этот маг был не так-то прост. Как и наш разговор. — И мне тоже грозит Азкабан, узнай кто, что я хочу у вас купить.
— Я дорожу каждым клиентом и уверяю, что все останется в стенах этого магазина, — важно ответил старик, а я почувствовал магическое давление на свой мозг и резко выставил щит. — Хм, прошу прощения, но редко встретишь такого уровня мага в моем заведении. Так что вам нужно?
— Кровь единорога.
Насколько я знал, это сильнейшая магическая субстанция, способная исцелить мага, даже если он находился на пороге смерти. Конечно, нужна свежая, только умершего животного, но за неимением этого, сойдет и обычная.
— Я надеюсь, вы знаете, что, испив кровь священного существа, вы обрекаете себя на страшное проклятье, — очень тихо и проникновенно сказал продавец.
 — Да ладно… — рассмеялся я, — проклятье… Лорд испил эту самую кровь, чтобы возродиться, и я что-то не видел, как жуткое проклятье мешало ему создавать армии инфери, вербовать на свою сторону дементоров и великанов. Что такое проклятье, как не сказка, без которой эти прекрасные существа давно были бы уже мертвы.
И без того прямая спина старика выпрямилась еще сильнее, а водянистые глаза уставились с шоком.
— Гар…
— Не произносите это имя! — резко перебил я. — Мне действительно нужно то, что я у вас прошу, от этого зависит жизнь дорогого мне человека.
Он коротко кивнул и скрылся за неприметной дверцей позади себя. Это было очень опасно — открывать свою личность, — но я решил довериться этому странному человеку, который, кажется, был не таким уж и плохим. Глазик все так же продолжал таращиться на меня, если бы он моргал, это, наваренное, выглядело бы не так жутко.
— Вот, — старик бесшумно появился и поставил передо мной небольшую баночку с бело-серебристой жидкостью. — С вас тысяча галлеонов.
— Ого, — не произвольно вырвалось у меня.
— Это бесценная субстанция с невероятными магическими возможностями. Вы думаете, я запросил слишком много?
— Нет, — сказал я и бросил на стол мешок с золотом. Это были все имеющиеся у меня деньги, на которые я мог спокойно жить два года, ни в чем себе на отказывая. Однако, чтобы достать еще галлеоны, нужно было либо менять магловские деньги (что экономически невыгодно), либо ехать в Лондон в Гринготтс, чего мне совсем не хотелось делать.
Маг взмахнул палочкой над мешочком, развязывая его.
— Все верно, — кивнул он, видимо, с помощью магии пересчитывая деньги. И я, не теряя ни секунды, схватил кровь и выбежал из магазина. — Я всегда буду вам рад, мистер… — услышал я в спину.
Мерлин, только бы Снейп остался дома и никуда не ушел. Он ведь точно может это сделать и плевать ему на мою пламенную речь. Он, черт возьми, даже выслушать меня не хочет. В его глазах я все такой же мальчишка, а мне между прочим уже двадцать семь лет!
Я бежал, едва не снося всех на своем пути. Солнце уже село, и в Лютном переулке стало совсем неуютно.Тут не любили посторонних, а случайно забредших туристов и зевак ждали разбойники и шлюхи, готовые обчистить бедняг до нитки. Но сейчас меня никто и ничто не страшило, я был готов применить магию и сохранить драгоценную кровь даже ценой своей известности.
Но самое трудное ждало впереди. Я знал, куда и как отправит меня Снейп, принеси ему кровь. Однако я волью ему ее в глотку, даже если он будет сопротивляться, даже если он потом проклянет меня, я седлаю это. Потому что видеть его в таком состоянии — невыносимо. Не хочу, чтобы этот человек так страдал.