Академия Попаданцев 2

Я не стала напоминать о том, что я-то вовсе не избранная и границы, вероятно, не почувствую. Пожелает ли со мной остаться даже частичка той магии, которая мне не предназначалась в принципе и досталась случайно?
На ступенях замка уже толпились преподаватели. Дожидались, видимо, только нас.
– А, Николетта, вот и ты, – тепло, как родной дедушка, улыбнулся ректор Августис. – И ты, Анжелика, – мне, как ни странно, досталась не менее ласковая улыбка. – Ну что ж, раз все собрались, можем выдвигаться.
И мы двинулись – в сторону леса. Тут, конечно, в какую сторону ни пойди, в любом случае упрешься в стену леса. Причем не сразу, но я сообразила, что идем мы в направлении озера, где мне когда-то Унь-Тьвань магию свою передавал. Его теперь, правда, иначе зовут. Красивей. Наверное, в этой реальности дракончик остался доволен полученным именем. А в тот раз я еще не понимала, но ведь озеро и есть Источник магии.
– Откуда они знают, где Источник? – шепотом спросила я у Николетты. Помнится, ни маги академии, ни даже продвинутые ребята из братства Арханов – лидера межмировой преступности, – не догадывались о том, что именно озеро в лесу является Источником магии.
– Я им сказала, – Николетта пожала плечами. – Аллавеорн отвел меня к озеру для передачи магии. Тогда-то я и узнала, что Источник там.
За стены академии мы вышли, когда небо застилала предрассветная дымка. Но чем дальше мы углублялись в лес, тем темнее вокруг становилось. И дело было даже не в исполинских деревьях, скрещивавших над нашими головами сучковатые ветви – здесь как будто сам воздух темнел. Надо же, а я и не знала, что в этом лесу, на границе кусочка мира рядом с Ничто, такие странные аномалии есть. Раньше при свете дня мне здесь бывать не доводилось, и, как выяснилось теперь, света дня здесь может не быть вовсе.
В какой-то момент тихо переговаривающиеся между собой преподаватели зажгли световые огоньки. Странно, наверное, смотрелась наша тонущая в темноте процессия – ректор и шестеро преподавателей друг за другом впереди, за ними – мы с Николлеттой. В компании преподавателей мне не было страшно, уж нас вместе с избранной в обиду лесным чудовищам они не дадут. Но, вспоминая, как мы шли по этой тропе вместе с Савельхеем, я чувствовала, будто чего-то не хватает. Даже думать не хочу, как бы плохо мне сейчас было, если б не зелье Друнгильды!
А потом внезапно нас накрыло абсолютно непроглядной темнотой, и весь свет исчез. Вообще весь. Магические огоньки разом погасли, как будто их кто-то задул. Переговоры преподавателей смолкли, мы с Николеттой чуть не врезались в чью-то спину – похоже, все остановились. Послышался шорох одежды, впереди завозились, зашептали заклинания, но магические огни больше не появлялись.
– Не бойтесь, девушки, все хорошо, – попытался нас успокоить один из преподавателей. Судя по голосу, весьма молодой. Только голос его прозвучал подозрительно нервно. И шорохи раздавались тоже нервные. Но мне отчего-то страшно не было совсем.
Николетта насмешливо хмыкнула и зажгла перед нами зеленоватый огонек.
– Избранная, – глубокомысленно заметил ректор.
Магический огонек внезапно сорвался с места, встрепенулся, как будто отряхиваясь, и полетел вперед над тропинкой, указывая дорогу. В глазах Николетты промелькнуло удивление, но растерялась она ненадолго – почти сразу опомнилась, расправила плечи и, обойдя преподавателей, уверенно последовала за огоньком.
Вскоре мы вышли к озеру, знакомому и незнакомому одновременно. То есть, это было точно оно – озеро, где Унь-Тьвань, маленькая частичка души Хранителя, обрела свою целостность, только выглядело это место несколько иначе. Я даже моргнула несколько раз, подумав, что у меня, наверное, глюки. Но нет! Озеро действительно светилось. Маленькие зеленоватые искорки пробегали по водной глади подобно электрическим разрядам, вспыхивая то в одном месте, то в другом. Над темной зеркальной поверхностью поднималось мерцающее марево, разлетаясь по воздуху мелкой крошкой искристой пыльцы. Красивое зрелище, удивительное, сказочное, настолько, что перехватывает дыхание.
 
Но больше всего меня поразили странные электрические змейки, пробегавшие по земле. Образуясь из зеленых искр, они отделялись от озера, скользили по берегу и ныряли в землю. Одни – раньше, другие успевали достигнуть кустов, прежде чем скрыться в земле. «Потоки магии! – пронзило меня неожиданное понимание. – Вот как выглядит Источник для тех, кто видит магию!» Ведь в первое свое посещение Источника я магией почти не владела и не могла увидеть, как расходятся от него потоки энергии. А под водой, судя по вспыхивающим на поверхности отблескам, творится что-то невообразимое – там, на дне озера, а может, и глубже, рождается магия, откуда расходится по всем существующим во Вселенной мирам.
Преподаватели встали у края поляны, не решаясь отходить от деревьев. Как ни странно, никто, даже ректор, ничего не сказал, когда Николетта приблизилась к озеру. Как и я когда-то, она не стала останавливаться на берегу. А спустя еще несколько шагов я поняла, что Николетта скользит по поверхности, не погружаясь в воду! Магические пылинки как будто обезумели – вдруг заплясали, закружились вокруг избранной в каком-то странном, завораживающем танце.
Николетта дошла до середины озера и остановилась. Прикрыв глаза, вытянула руки перед собой ладонями вниз и замерла. Какое-то время вокруг неё по-прежнему плясали безумные частички магии, постепенно ускоряясь, а потом руки Николетты засветились. Свет быстро нарастал, забегали змейками электрические, вернее, магические разряды, сначала по пальцам, потом по кистям и вверх по рукам, пока вместе с сиянием не окутали все тело целиком.
А потом этот поток магии устремился вглубь озера. Он лился и лился, как будто стекая по телу, пока меня вдруг не толкнула отчетливая даже не мысль – внутренняя необходимость – встать рядом с избранной и отдать магию Источнику. Повинуясь зову, я шагнула к озеру. Так странно, я почти была уверена, что войду в воду, однако сила магии удержала меня на поверхности. Преподы не останавливали – наверное, тоже чувствовали, что все правильно, так должно быть.
Приблизившись к Николетте, я ощутила, что меня охватывает такое же сияние. По рукам щекотно забегали зеленоватые змейки. В груди вновь начал разрастаться горячий комок собственной магии, все больше, больше. Когда он стал слишком большим, чтобы помещаться во мне, магия вылилась в пространство. Плясавшие над озером зеленоватые искры взвились в победном аккорде, заполоняя собой все вокруг. И в этом теплом, ласковом свете было так хорошо, так приятно. Не сдержавшись, я тоже раскинула руки и рассмеялась. Он не оставит нас, магия нас не оставит! Да, сейчас мы отдавали большую часть Источнику, но он не заберет все, он готов поделиться тем, что под силу удержать человеку. И как же неожиданно, вырывая из эйфории единения с Источником, меня пронзило насквозь что-то темное, холодное, чуждое этой живительной магии. Я вскрикнула и пошатнулась. Спустя долю мгновения свет погас – осталось лишь знакомое марево над озером, а мы вместе с Николеттой, потеряв опору под ногами, плюхнулись в озеро.
Я настолько растерялась, что ушла под воду с головой. Холод оглушил, каким только чудом успела задержать дыхание – не представляю! Не сразу, но мне удалось сориентироваться и, немного в беспорядке побарахтавшись, я все же вынырнула.
– Тише, тише, не брыкайся так, давай помогу. – Оказывается, пока мы бултыхались, к нам с Николеттой подоспели на помощь. Николетте помог ректор, мне – какой-то незнакомый преподаватель, но на вид крепкий и довольно молодой.
На берегу преподы, в первую очередь, высушили нам одежду заклинанием. С тем, чтобы согреться, было сложней – зуб на зуб по-прежнему не попадал.
– Молодцы! У вас все получилось! – с торжественной улыбкой провозгласил ректор, когда с одеждой разобрались. – Источник вновь полон магии.
Мы рефлекторно обернулись. Удивительно! Пусть теперь угомонившиеся частицы магии не кружились над озером в безумном танце, но искристое марево сияло теперь намного ярче, переливаясь драгоценными изумрудами, и сама вода приобрела насыщенный зеленоватый оттенок.