Истинная поневоле (СИ)

Хотела было откинуться назад, помотать головой, прогоняя зловещее марево, но я даже кончиком пальца не смогла пошевелить. Все тело будто задеревенело и мне не подчинялось. Ощутила, как путы на руках и ногах ослабели, освобождая меня от веревки. Но черные нити магии илхэйма оказались куда прочнее физических узлов.
— Встань и иди за мной, — откуда-то издалека до меня донесся короткий приказ Эдриэля, и я против собственной воли сделала то, что он велел.
Ужасное чувство, что я не хозяйка своего тела, холодом стиснуло внутренности. Получается, илхэйм может отдать любой приказ, и я выполню его беспрекословно! Горло сжимал стальной обруч первобытного страха, мешая дышать. И не находись я в этот момент под властью Эдриэля, точно бы рухнула на пол, задыхаясь и корчась от недостатка воздуха.
Я не имела никакого представления где мы идем и самое главное куда. Все звуки доносились словно через плотный слой ваты. Кажется, где-то капала вода, эхом отражаясь от каменных стен. Никаких голосов или чужих шагов слышно не было. Судя по ощущениям тела, мы спускались куда-то вниз, воздух вокруг становился сырее и пробирал до самых костей.
Пока шли, я снова попробовала вызвать внутри чувство, будто рядом с моим сердцем бьется второе, но ничего не вышло. Мой разум словно бился о глухую твердую стену, запертый в ловушке. И зачем только тратила время на разговоры с Иллионой? Да, я узнала много тайн из прошлого, но какой в них прок теперь, если я не смогу отсюда выбраться? Что если моя попытка установить связь с Тэмиаром оказалась недостаточно сильной, чтобы он меня почувствовал?
Иллиона обещала, что я сгину в безвестности. Что она хотела этим сказать? Конечно глупо надеяться, что меня вернут императору, да и после того, что Иллиона рассказала о Крэйраре, я совсем не жаждала увидеть того вновь, но как там говорят о меньшей из зол… Безвестность могла оказаться куда хуже. И почему бы ей просто не избавиться от меня по старинке? Или все же родственные узы что-то да значат для моей сестры, и та не в состоянии лишить меня жизни? А возможно ей просто будет доставлять огромное удовольствие знание того, что я живу и мучаюсь…
— Стой, — неожиданно произнес Эдриэль, прерывая мои размышления.
Неужто дошли? Вероятно, Илья и Фарра где-то рядом. Видят ли они меня? А может их волю также парализовала илхэймская магия. Илья скорее всего дико напуган, он ведь не знает, что его хотят использовать для каких-то манипуляций с магией. И что конкретно задумал Эдриэль? Принести иномирянина в жертву? Неизвестность пугала, и вновь я ощутила горькое сожаление за то, что Илья оказался втянут во все это… А когда мысли перескочили на варана, тело содрогнулось от беззвучных рыданий.
— Скоро? — меня отвлек резкий и нетерпеливый голос Иллионы.
— Не мешай, — равнодушно отозвался Эдриэль. Складывалось впечатление, что все эмоции и чувства, присущие живым существам, давно выжжены из этого полукровки, — Ложись.
Последняя фраза была уже обращена ко мне. Я почувствовала прикосновение ладоней к холодному гранитному камню и спустя несколько мгновений моя голова легла на твердую поверхность. И в этот же миг темная пелена перед глазами ушла, возвращая зрение. Но лучше бы я и дальше ничего не видела.
Напротив меня, словно пятиконечная звезда да Винчи, раскинув руки и ноги, был подвешен Илья.
Его привязали к огромному колесу, а возле каждой конечности сияли кристаллы зеленого, синего, красного и желтого цвета. Углубление для кристалла над головой Ильи пустовало.
Несмотря на то, что я до сих пор не могла двигать своим телом, увиденное парализовало еще сильнее. Я будто подверглась шоковой заморозке и кажется вообще перестала воспринимать реальность. Все мысли исчезли, ум просто остановился. Где-то рядом говорили люди, но я едва ли могла различить их речь.
Из состояния транса меня вывели звуки рычащего зверя. Рык приближался, но я не могла повернуть голову, чтобы посмотреть на варана. Правда мне и не пришлось прикладывать какие-либо усилия — Эдриэль привязал Фарру прямо под Ильей, и у меня стиснуло сердце при виде бедного животного, на голову которого был накинут черный мешок. Осознание того, что вот-вот должно произойти нечто ужасное, а я беспомощна как младенец, вызывало мерзкую, до зубного скрежета противную дрожь по всему телу.
 
— Как известно, появляясь на свет, вараны имитируют чужую магию, — отрешенно произнес Эдриэль, словно преподаватель на скучнейшей лекции. Вот только его голос, лишенный всяческих эмоций, скуку совершенно не навевал, — Обладатель яиц этих уникальных животных может стать властителем всех стихий.
Илхэйм замолк, а через некоторое время к Фарре присоединились другие вараны. У одного вместо шерсти была чешуя, отливающая сталью, а волочащийся по земле хвост до боли походил на рыбий. У другого кожа испещрена темными бороздами, похожими на древесную кору, а у третьего не было ни шерсти, ни чешуи. Абсолютно гладкая кожа и два сложенных вдоль спины крыла.
Вид варанов-носителей магии всех четырех стихий завораживал и пугал одновременно. Понемногу в голове складывалась общая картина того, что затеял Эдриэль. Но какая роль отведена Илье?
Илхэйм не заставил долго мучиться с ответом на этот вопрос:
— Если иномирное существо привязать к Хаарну, то его внутренние потоки будут аналогичны потокам варана в момент рождения. Но если у животного может быть лишь один вариант магии, то у иномирянина куда больше.
Возможно мне просто показалось, но в интонации мага впервые проскользнуло что-то, похожее на эмоции.
Получается, Эдриэль задумал собрать в Илье все стихии? Но как это сделает всесильным самого илхэйма? Или же Илья лишь своеобразный инкубатор? Ясно одно — ни для варана, ни для бывшего возлюбленного такой поворот дел не закончится ничем хорошим.
Бледное лицо Эдриэля возникло прямо над моим, правда сейчас с трудом можно было назвать это лицом. Черты словно застыли и приобрели мертвое выражение, напоминая восковую маску. Лишь черные бездонные глаза казались живыми.
Маг медленно протянул руку к моему лицу и осторожно коснулся виска, будто поглаживая.
— Не могу дождаться, когда твоя вторая ипостась будет принадлежать мне, — илхэйм провел пальцами ниже, дотрагиваясь до скулы, подбородка и шеи, на которой бешено пульсировала жилка.
— Подожди-ка, — послышался голос Иллионы, — Что ты сказал?
Удивительно, что та при всем отсутствии у себя какой-либо магии, позволяла себе уверенный и даже пренебрежительный тон в отношении Эдриэля. Судя по тому, что я успела увидеть, полуэльф был достаточно силен. Не знаю, являлся ли тот главным среди илхэймов, потому что кроме него других магов я не наблюдала. Но Эдриэль точно не был последней фигурой в их обществе.
— Не мешай, — произнес он так, словно отмахнулся от надоедливой мухи, а не разговаривал со своим партнером.
— Нет уж, повтори, что ты собрался делать? По нашему уговору ее драконница должна быть моей, — не унималась Иллиона, и судя по звукам ее голоса, та шагнула ближе к нам.
Но Эдриэль молчал, занятый изучением моего лица и фигуры, словно только сейчас решил рассмотреть, как я выгляжу.
— Я к тебе обращаюсь! — разъярилась Иллиона, еще не осознавшая, что ее фигуру только что выбросили с шахматной доски.
Илхэйм повернул голову в сторону сестры и из его глаз потянулись уже знакомые темные нити.
— Что ты делаешь?! Не смей! — истерично взвилась та, но скоро ее крик оборвался, а через мгновение над нашими головами раздался дикий грохот, словно в стены ударили чем-то большим.
Все мое естество встрепенулось. Вряд ли творящееся где-то снаружи этого зала входило в планы илхэйма, а значит есть все шансы, что нас спасут!
Голова Эдриэля исчезла, а затем все вокруг снова заволокла непроглядная тьма и я подумала, что маг опять лишил меня зрения. Но вскоре я сумела разглядеть очертания фигуры Ильи и рычащих варанов. Похоже маг поместил нас в своеобразный кокон, охраняя или пряча от кого-то.