Край Земли (СИ)

Однако сейчас уже поделать ничего было нельзя, менять расположение базового и стартового лагеря уже поздно. Кроме того, был ряд обстоятельств, по которым этот остров нам не подходил. Во-первых, он был Канадской территорией, а во-вторых нельзя забывать, что одной из основных целей нашей экспедиции, помимо достижения полюса, было закрепление результата прошлого моего похода к самой северной точке Гренландии, и окончательное опровержение утверждения Соверса старшего, о наличии проливов и архипелага островов, на которые могла бы претендовать Америка.
  
Место для стоянки мы выбрали хорошее, приметное. Скала вылезла из ледника как уродливый прыщ, давая нам укрытие от ветра. Добравшись до неё, мы занялись привычным уже делом, обустройством долговременного лагеря. За эти дни в пути, мы на столько привыкли делать это каждый день, что ни у кого не возникало вопросов, с чего начать и что делать конкретному члену команды.
Тупун и Ричард, сняв лыжи и вооружившись пилой для снега и ножами, приступили к строительству иглу, а я, отцепив от пояса поводок Маньяка, расставлял нарты, распрягал собак, и готовил снаряжение, необходимое для обустройства ночевки в снежном доме. Натянув между двумя вбитыми в ледник ледорубами длинный трос, я перецепляю к нему собак, исключение составляет только Маньяк, который ночует обычно возле нарт, охраняя наши запасы и вход в иглу от хищников.
Потом, когда мои спутники закончат с иглу, Ричард займется ужином, Тупун начнет кормить собак, а я займусь определением географических координат нашей стоянки, и заполнением путевых дневников. Когда ужин будет готов и собаки накормлены, мы сядем в иглу на шкуре оленя, которая потом будет служить нам подстилкой для сна, и будем снова рассказывать друг другу правдивые или выдуманные истории из нашей жизни. Так незаметно подойдет время для сна. С этими двумя людьми я чувствую себя комфортно и уверено. На каждого из них не только можно положится в пути и доверить им свою жизнь, с ними легко переносить трудности полевого быта долгого похода, а это дорогого стоит.
— Да хорош заливать Тупун! — Я слушаю рассказ охотника, и не верю ни одному слову, уж очень он не правдоподобный. — Такого быть не может! — Может начальник! — Горячится инуит, в поисках поддержки переводя взгляд на Ричарда. Ричард же просто улыбается, не вмешиваясь в спор — Так и было! — Ты хочешь сказать, что твой дед…- Прадед! — Поправляет меня инуит.- Хорошо, прадед, — Покорно соглашаюсь я — Так вот, ты хочешь сказать, что твой прадед одним костяным копьем четырех медведей подряд завалил⁈ Тех, что на его иглу напали? — Да! Он был великий охотник! — Тупун от гордости выпячивает грудь, как будто он сам сражался с группировкой неадекватных косолапых, решившим поделить на обед одного человека на четверых.
— Не в жизнь не поверю! — Горячусь я — Я по-твоему, на медведей никогда не охотился? Пока одного, даже из винтовки завалишь, от страха обделаешься, а тут костяное копьё… Да и потом, они что, за каким-то хреном решили в стаю собраться, как какие-то волки позорные⁈ Медведи по одному ходят, это все знают! А потом они, эти четверо, ещё и ждали в очереди, пока их по одному убивать будут⁈
— Да подожди Сидор, не горячись — Останавливает меня Ричард — Кажется я понял. Такое и правда могло быть. Я думаю Тупун не врет.
— Ты чего, спирта из примуса хватанул? — Я не ожидал, что Ричард вдруг поддержит инуита — Или тебя Тупун укусил, и ты от него заразился умственной отсталостью?
— Сам ты умственно отсталый — Хохотнул Ричард — Я думаю, что медведей действительно было четверо, только это была медведица с медвежатами! Я прав Тупун?
— Четверо медведей было, да. А то что трое из них маленькие размером, не важно! Они же всё равно медведи! — Тупун рассмеялся, хитро на меня посмотрев — Прадед никогда не врал!
— Тфу на вас! — Я от досады действительно чуть не плюнул на пол иглу, но вовремя опомнился — Сказочники!
— А твоя история, как ты десть дней на необитаемом острове в Индонезии жил, что, не сказка что ли? — Уже во весь голос ржет Ричард — Как акул ловил, как пресную воду добывал? Чем сказка Тупуна хуже?
— И ещё раз тфу на вас! — Я тоже рассмеялся. Ну да, история моя хоть и правдивая, только было это в другой моей жизни, в этом времени такого действительно быть не могло. Где Сидор Волков, до двадцати лет проживший на севере России, и где та Индонезия? — Сколько там времени? Ого! Всё парни, отбой! Ричард, гаси керосинку.
Мы спим в иглу без спальных мешков, по инуитски. Подстелив под себя всю ту же оленью шкуру, что служит нам и столом для приема пищи, и вообще, всем чем угодно, мы ложимся спать прямо в одежде. В иглу хоть и тепло сейчас, от примуса, но нет конденсата, снежные стены впитывать лишнюю влагу, а промокшая за день одежда высохнет от тепла человеческого тела. На ночь мы меняем только обувь, надевая меховые чулки. Ту обувку, что мы используем во время перехода, все выворачивают на изнанку, предварительно как следует отряхнув от снега, и она тоже успевает высохнуть за время нашего сна. И мы высыпаемся, у утру чувствуя себя отдохнувшими! Мы сейчас полностью ведем инуитский образ жизни, а у этого северного народа всё просчитано до мелочей. Сравнивать это путешествие с тем, что я когда-то проделал с американцами, это всё равно, что сравнивать труп тухлой крысы, с отборной мраморной говядиной!
До северной точки мыса Волкова мы добрались на семнадцатый день пути. Построенная мною и Льюисом каменная пирамида, засыпанная снегом и покрытая льдом, стояла на том же самом месте, где мы её и оставили. За те несколько месяцев, что прошли с момента её строительства, ни один камень не выпал из этого сооружения. Выцветший от солнца и потрепанный ветром Российский флаг, сшитый мною из цветных лоскутов разной ткани, до сих пор стоял на вершине гурия.
— Добрались! — Наши нарты остановились прямо возле гурия, как раз на том самом месте, где раньше стоял наш с Льюисом лагерь. Запечатанное снегом иглу, где мы прожили два дня, до сих пор виднелось из накрывшего её сугроба.
Я отстегнул Маньяка, и подойдя к груде камней, с помощью ножа очистил ото льда тот самый камень, под которым был замурован бидон из-под керосина, в который я спрятал копию своего отчета. Завернутый в вощенную бумагу пакет был на месте. После нас тут никого больше не было.
— А я и не сомневался в твоих словах дружище — Воткнув остол нарт в снег, тем самым зафиксировав их на месте, Ричард подошел ко мне — Я знал, что ты говоришь правду.
— Ты знал, а почти весь мир, благодаря Соверсу думает, что мы мошенники — Я стиснул зубы — И ладно гадости говорят про меня, но они позволяют себе и про Льюиса такое говорить! Он жизнь отдал, чтобы дойти сюда, а Соверс… Ненавижу эту падлу! Иногда я жалею, что спас ему жизнь!
— Разве это жизнь? — Ричард успокаивающе хлопнул меня по плечу — Он навсегда остался инвалидом, и не может тебе этого простить. Погибни он в экспедиции, и его имя осталось бы в истории, как имя руководителя экспедиции, что дошла до самой северной точки Гренландии, а сейчас вся слава досталась тебе. Но ничего дружище! Мы вернёмся, и весь мир уже его будет считать лжецом, а ты снова станешь героем.
— Нам туда еще надо дойти, и вернутся обратно — Я кивнул головой в сторону закованного льдом океана. Белоснежной пустыне, что простиралась перед нами, не было видно конца и края. — Если первым до полюса доберется экспедиция Соверса младшего, про дядю попросту забудут, никому не будет дела до старой истории. Они оба останутся героями. Один как организатор экспедиции, а второй как человек, первым покорившим Северный полюс.
  
— Возможно… — Ричард тоже смотрел в даль — Но знаешь Сидор, я почему-то уверен, что у нас шансов больше, чем у моих соотечественников. По крайней мере мы с тобой готовы к такому путешествию.
— Тюленя бить пойдем? — Прервал наш пафосный разговор Тупун, который тоже, как мне казалось был заворожен открывшимся видом. Он так же, как и мы с Ричардом пялился на ледяной простор Северного Ледовитого океана.