Брак с чудовищем, или Хозяйка хлебной лавки

Я тяжело вздохнула. Переубедить его не получится.
– Матушка прибудет к нам завтра, организуй достойную встречу. И прошу, не опозорь меня.
Эдуард быстрыми шагами вышел из комнаты, а меня ноги не держали, и я осела на пол там, где стояла.
Глава 7
Мало мне Эдуарда, так ещё и мать его приедет. Видимо, её приезд был решён давно, а меня поставили в известность только что. Чтобы ей появиться завтра в нашем доме, ей нужно было выехать три дня назад.
  
Хотелось расплакаться, слёзы стояли в глазах, но никак не могли выплеснуться, наружу очищая душу. В груди стоял ком, который не удавалось проглотить.
Родителей Эдуарда я не видела ни разу. Он объяснял их равнодушие к невестке тем, что они стары для долгих переездов, а у него служба и выбраться для знакомства мы не можем.
Может, это и к лучшему, думала я, смирившись. В теперь, старушка мать на пороге. Чего мне ждать от этого внезапного приезда?
Я попыталась подняться, но не смогла. Бонни кинулась ко мне, чтобы помочь подняться.
Сила воли, которая держала меня при Эдуарде, испарилась, и я тряпичной куклой валяюсь на полу.
Завтра, как бы больно ни было, придётся встать и встречать женщину, которая родила чудовище, по ошибке именуемом человеком.
― Вставайте, хозяйка, ― Бонни поднимает меня с пола и помогает дойти до кровати. ― Я помогу вам раздеться.
Я помочь себе не в силах, но всё же задаю ей вопрос, который не даёт мне покоя.
– Что ещё ты ему рассказала? ― шепчу я ей на ухо.
– Ничего, клянусь, ― она осеняет себя родовым знаком.
Клятва родом самая сильная. Если солгала, то не будет тебе помощи от предков.
Эдуарду бы я не поверила. Он считает себя непогрешимым, почти что святым. Как же борется с нечистью и скверной, очищает государство.
А Бонни не будет рисковать своим благополучием. Значит, план побега не раскрыт. Вот только его мать, досадная помеха. Почему именно сейчас она приезжает?
– Бонни, ты не знаешь, почему свекровь именно завтра приезжает?
– Не знаю, ― покачала она головой. ― Но как появится постараюсь разузнать у слуг.
Я благодарно кивнула.
– Ваша сестрица передала ещё мазь от ушибов, ― с ловкостью уличного циркача она достала из внутреннего кармана юбки маленький флакончик.
– С письмом передала? ― настороженно спросила я.
Бонни опять кивнула.
Как же так получается, что письмо муж нашёл, а мазь нет? И если это передача от Аманды, то почему это дурацкое письмо с рецептами написала тётка? Это Ядвиги, его ни с чем не спутаешь. Красивый, каллиграфический, хоть на выставку отправляй.
– А письмо откуда?
– Ваша сестрица передала, ― подтверждает мои догадки служанка.
Она ловко расшнуровала ненавистное обеденное платье. Его купил мне в подарок муж. Красивое, но цвет совсем не подходил, придавая коже землистый цвет. Когда Бонни освободила меня от корсажа, я вздохнула свободнее. Затем турнюр, а после пришла очередь и удушающего корсета с нижней юбкой и лифом-чехлом. Запустив руки под сорочку, Бонни сняла мне панталоны.
– Давай оставим как есть, ― попросила я её, когда увидела, что служанка достаёт ночную рубашку, доходящую до пола со стоячим воротником и длинными рукавами, украшенную кружевами. ― Переодеться даже с твоей помощью я не смогу.
Она понимающе кивнула. Подняв нижнюю сорочку, Бонни ловко смазала тело мазью.
– Выпейте сонный отвар, вам необходимо поспать, ― она протянула мне кружку с тёплым отваром из трав.
Я покачала головой.
– Не сейчас, Эдуард обещал вернуться, ― сказала я, а Бонни поморщилась.
– Без отвара вы не заснёте, ― настаивала она на своём. ― Ваша сестрица предупредила, что мазь будет сильно жечь, поэтому дала ещё и этот отвар.
Бонни сунула мне в руки кружку и подоткнула одеяло.
– Не капризничайте, хозяйка. Если господин инквизитор и нанесёт вам визит ночью, то лучше бы вам спать. С такими побоями не до исполнения супружеского долга, ― беспокоилась обо мне Бонни больше, чем муж.
– Бонни, зачем ты показала письмо Эдуарду? ― в лоб спросила я её.
Не хотелось верить, что она оказалась предательницей. Такая чуткая к моему состоянию, заботливая и готовая помочь. Я не смогу справиться без неё. Без Бонни мне не сбежать.
― Я не показывала, ― опустила глаза служанка. ― Он застал меня во дворе, когда мне его передавали.
Я похолодела. С новой силой заболели синяки и ссадины.
– Кто передавал? Аманда? ― сипло спросила я.
Аманду он знал и откровенно не любил.
– Нет, ― ответила Бонни, и у меня словно от сердца отлегло. ― Письмо передала женщина средних лет, прилично одетая.
Почему же тогда он заподозрил? У Эдуарда просто звериная чуйка. Он безошибочно определял, когда ситуация стоит его внимания, а когда можно пройти мимо.
― Почему же тогда он её заподозрил? ― размышляла я вслух.
― Так, она сама сказала ему, что письмо для вас, ― огорошила меня Бонни.
Зачем она это сделала? Или это посыльный не от Аманды, а от Ядвиги? Тётка могла приказать, чтобы Эдуарда оповестили о её письме, показывая таким образом заботу.
Как бы узнать, кто прислал письмо? Мазь! Вот она ниточка к ответу. Тётка мазь бы не прислала.
– Кто передал тебе мазь? ― от нетерпения, схватила я за руку Бонни.
Но она с лёгкостью разжала мою руку и отошла.
– Не волнуйтесь, про мазь и травы для отвара господин ничего не знает, ― успокоила меня служанка.
Меня совсем не это беспокоит. Нервное напряжение нарастает, меня потряхивает.
– Кто тебе дал их? ― не отставала я от неё.
Я была настолько взволнована в ожидании ответа, что подалась на встречу к Бонни. Она снова уложила меня в постель.
– Или лежите спокойно, или я ничего не скажу, ― пригрозила она.
Я криво улыбнулась. Даже служанка распоряжается мной, как низко я пала.
Бонни отошла от кровати, на цыпочках подкралась к двери и резко распахнула её. Выглянув в коридор, она зачем-то постояла, словно чего-то ожидая. Она подозревает, что за мной следят? Или за ней следят?
Закрыв плотно дверь, она отошла и стала у окна, спрятавшись за тяжёлой шторой.
– Хозяин ещё не уехал, ― зачем-то сообщила Бонни нервничая.
– Наверно, ещё не переоделся, ― отмахнулась я от её беспочвенных опасений. ― Он не вернётся. Рассказывай же быстрее.
Она покачала головой, с силой сжав пальцы, что костяшки побелели.
– Пока хозяин дома я ничего не скажу, ― она вдруг заупрямилась. ― Пейте свой отвар и засыпайте. Завтра будет легче.
Бонни отошла от окна и чуть ли не силой влила мне в рот содержимое кружки.
– Простите, хозяйка, но я выполняю распоряжение вашей сестрицы, ― прошептала она мне на ухо. ― В этом доме ни слова о ней и вашем плане. Она опасается вашего мужа.
А я его боюсь, хотелось крикнуть мне. Но отвар быстро сделал своё дело, погрузив меня в спасительный сон.
Глава 8
Бонни меня разбудила ранним утром, едва начало светать. Она рывком раздвинула шторы.
– Хозяйка, пора вставать, ― прошептала она.
― Ещё очень рано, ― отвернулась от неё я.
  
– Ваш муж всё ещё не вернулся, ― сообщила она, ― и матушка его не приехала. Нужно выйти прогуляться.
Бонни нервничала. Это было заметно не только по голосу, но и как она передвигалась по комнате.
― В такую рань? ― потянулась я, отметив, что тело, после вчерашних побоев не болит, как обычно.