Рэй (СИ)

— А девок он каких таскать будет? — спросил кузнец. — Жель, у тебя ведь две дочери, так?
— Ну-у-у-у, — протянул кожевник и пригладил пышные усы.
— Ты не нукай, а головой подумай. Возьмет он у тебя дочку в жены, если таскать начнет. А?
Жель задумался и остановил руку, которой поглаживал усы.
— Не возьмет, — в итоге произнес он. — Не чета ремесленника дочка магу одаренному. Ему аристократку надо или другую бабу какую одаренную.
— Вот и получается, что дочку твою он опорочит, а замуж не возьмет. Оно тебе надо? — произнес кузнец и затянулся трубкой. — Вот и мне не надо. Так что хорошо, что девок этих прикупили. Хоть с голоду и холоду не подохнут, да и девок наших портить не будет.
Кожевник кивнул, а плотник усмехнулся.
— Слушай, Сан, он ко мне заходил, — произнес он. — С девками.
— М-м-м-м? Чего хотел? — спросил кузнец.
— Кровати, чтобы я ему сколотил, — принялся пояснять мастер по дереву. — Просил две кровати. Две серебрушки предлагал.
— Не скупиться, — хмыкнул кузнец. — Иные рабов на сене держат, как скот.
— Только я ему пять заломил, — заметив, что Сан на него недобро глянул, он пояснил: — Наболтал, что пазов много и сложно. Долго делать буду, а ему прям сегодня надо. Вот и продал ему ту, что себе делал.
— Спихнул, — буркнул кузнец. — Сыч ты, Целя.
— Скажешь тоже. Резная ведь, — обиженно произнес плотник. — Кровать что вдоль, что поперек. Царская! А я ее за две серебром и отдал. Смекаешь?
Кузнец по доброму и улыбнулся.
— Сыч, как есть! Ты специально, чтобы девки с ним спали ему втюхал?
— А тож! — кивнул плотник. — Видно, что он не из благородных. За девок печется. Одежду прикупил на них теплую. По человечески с ними. Вот и пусть их таскает... У меня ведь тоже дочка есть.
— Хитер чертяка... — кивнул кузнец. — Повезло им, хотя почему этих взял не понимаю. Одна худая, что кожа да кости, вторая мелкая. Но тут уж кому как... А рабская доля тяжелая, да и не долгая. Хоть в сытости поживут.
— Есть такое, — кивнул Цель.
— Надо Курту шепнуть, — задумчиво произнес кожевник. — Он по кости хорошо режет. Может прикупит у него чего парнишка-то? Расчески или гребешки.
— Тож не жена, — хмыкнул Сан. — Рабам украшения не покупают.
— Глянь, — кивнул плотник в сторону переулка из которого вышел мальчишка в сопровождении двух девушек.
Обе были одеты в приличные теплые куртки ниже колен. На ногах теплые сапоги. У каждой на груди вышивка со знаком вольного мага в черном круге, обозначающем собственность.
— Закупились, — хмыкнул кузнец, приметив корзины в руках у девушек и мешок на плечах у мальчишки.
Рэй же, приметив кузнеца направился к нему.
— Дня доброго! — поздоровался мальчишка, скинув мешок на землю. — Дядь Сан, я к вам.
— Ко мне? И зачем же? — вскинул брови кузнец и огляделся на друзей.
— Я тут своих на кухне к работе пристроить хотел, а у нас один чан. Один нож, да и тот... картошку только чистить. Мне бы ножей пару каких, не дорогих, да котелков приличных штуки три, а лучше четыре.
Сан пыхнул трубкой, поднялся и кивнул в сторону мастерской.
— Пойдем. Старший у меня еще мал, но ножи делает. Качество так себе, но я цену ломить не буду. По цене криц и угля отдам.
Мальчишка устремился за кузнецом, оставив девушек на улице, рядом с плотником и кожевником, которые их с интересом разглядывали.
— Ну, на лицо ничего так, — прокомментировал увиденное кожевник.
— Угу. Отъесться — вполне себе ничего будут, — кивнул Цель, а затем обратился к молчаливым девушкам: — Держитесь за пацана. Чем дольше продержитесь, тем дольше жизнь сытой будет.
Из кузницы вышел довольный мальчишка с котелками и ножами, что гремели в них.
— Спасибо, дядь Сан, — кивнул он кузнецу и свалив все в мешок направился домой в сопровождении девушек.
***
Рэй оглянулся на учителя и взглянул на уголек в своей руке.
— А почему на улице это делать нельзя? — спросил мальчишка и перевел взгляд на пол в большой комнате, где на досках был нанесен сложный рисунок, чем-то напоминающий структуры которые он учил. Некоторые он смог опознать, а некоторые были откровенно новыми.
 
— Там сыро и мерзко, — поежился учитель, сидевший в углу на кресле. — Лучше бы на север пошли. Там хотя бы снег чистый... А не это вот все.
Сидел он вытянув ноги в толстых шерстяных носках, укутавшись в плотный шерстяной плед.
— То есть вы бы не заставили меня убирать все, если бы не дождь? — уточнил мальчишка и непонимающе взглянул на учителя. — И почему им нельзя убирать за мной?
— Потому, что я учу тебя, а не их, — проворчал Фил. — И поправь Зулью. Она у тебя стоит косо относительно оси симметрии.
— Тут еще и симметрия есть? — хмуро оглядел рисунок ученик.
— Представь себе, только она не зеркальна, как я тебе рассказывал с квадратами или треугольниками. Этот ритуал зеркален по составу и действию сил. Полностью уравновешен.
Рэй почесал голову и взглянул на учителя.
— Зачем? Полное равновесие по составу и силе стихий... Это же не будет работать, — произнес ученик.
— Молодец! — вскинул брови учитель и отхлебнул из кружки горячего чая. — Нет, действительно молодец! Запомнил!
— Ну, — помялся Рэй. — Но видимо есть исключения.
— Есть. Позови свою... как, кстати, ты их назвал?
— Шена и Роди.
— И кто из них кто?
— Шена — что постарше. Роди — младше.
— Зови Шену. Она немного отъелась и шансы на удачный исход твоего лечения намного выше, — скомандовал учитель.
Рэй насупился, но спорить не стал. Через пару минут он пришел с девушкой, одетой в простое серое платье.
— Слушай, а ничего интереснее ты им прикупить не мог? — недовольно поинтересовался Фил. — Я в таком только бедняков видел. Что за серая убогость.
— Так вы сами только десять монет выдали, — обижено буркнул ученик. — А так хоть платье не одно, а три. Чтобы и постирать и на смену было, если что. Ну и утварь на кухню я закупал. Котелки, ножи, скалки, да лопатки. Оно же тоже денег стоит. У нас даже ложки лишней не было.
— Хм, а я что-то не подумал, — поджал губы маг и кивнул в сторону рисунка. — Ставь ее в центр. В аккурат между Агисом и Луньем.
Ученик разместил девушку в указанном месте и заметил, что тут немного потряхивает.
— Спокойно. Я тебя силой лечить буду, — шепнул он ей.
— Это не совсем страх, — произнес Фил и нехотя поднялся с кресла. — Судя по всему у нее начинает подниматься температура. Лоб ей потрогай.
Рэй прикоснулся ко лбу Шены и кивнул.
— Горячая.
— Это произошло из-за того, что ты начал их кормить, — начал пояснять учитель и, заметив недовольный взгляд ученика, принялся пояснять: — В тех рабских бараках она медленно и спокойно умирала. Слабела и так бы и померла, когда не смогла встать. Недоедание, Рэй, очень пагубная штука. Тело этой девушки на фоне голода начало максимально экономить, поэтому со своей болезнью оно не боролось. А тут... тут появился ты и принялся ее кормить. Что начало тело делать? естественно бороться.
— Разве горячка не от злого духа? Я думал мы тут духа изгонять будем.
Учитель тяжело вздохнул, отхлебнул из кружки и принялся рассказывать, расхаживая вокруг девушки.
— Температура вызвана тем, что тело девушки борется. Борется заразой, которой ее наградил тот охранник. Кстати, уверен тот висельник у бараков и есть тот самый охранник. Суть не в этом. Зараза — она живет внутри тела. Ей надо, чтобы было тепло. Тепло. но не горячо. И вот тело и борется с ней тем, что разогревается. А чтобы было тепло, надо что?
— Дрова? — пожал плечами ученик.
— Можно и так сказать. Еда для тела, что дрова для костра. Вот оно и принялось бороться с заразой. То, что тело еще способно бороться — хорошо. Значит у него будут силы пережить твое лечение.
Рэй снова недовольно глянул на учителя.
— То, что ты изобразил на полу, называлось в мои времена «Весы равновесия». Этот ритуал исключительно ученический и не является лечебным. Строго говоря — это теоретическая база для чудаков, занимающихся ритуалистикой. В мои времена такие тоже были. Знают ли подобный ритуал сейчас — скорее всего нет. Слишком сложно для современных «идиотов».