Дама Треф (СИ)
— Вполне разумный довод, — пришлось согласиться с ней, — но откуда тогда расползались слухи о том, что он гуляет направо и налево? Об этом не только я слышала. О таком судачит весь высший свет и многим казалось вполне естественным, что это брало свое начало из этого места, где дети вообще предоставлены сами себе. Сколько тут учителей? Десять на всю тысячу студентов?
— Вообще их тут шесть, включая директрису и завхоза, — Эдит кивнула головой в сторону небольшого флигеля, — это профессорский домик. Его обычно обходят стороной. Но за соблюдение дисциплины и правил отвечает магия, так что просто так ничем подобным ученики не смогут нагрешить.
— Если они не сильные ведьмы или колдуны, — фыркнула я, — моей матери ничего не мешало гулять по ночам, и это при том, что она сама себя называет паршивенькой среднестатистической колдуньей без особого таланта. А что может сделать полноценная магичка с активным даром? Да ей плевать на магию и заклятия, она их даже не заметит, развеет или вовсе пройдет мимо не потревожив чары.
— Сейчас тут таких нет, — отрицательно помотала головой девушка, — так что подобным никто не может похвастаться. Оттого чар вполне хватает, и мы можем спокойно осознавать, каким же образом происходит распределение сил на день. Не тратясь на лишнее, просто следуем указанием профессоров и ни в чем себе не отказываем. Поверь, ты быстро привыкнешь и станешь частью этого места. Никаких дополнительных нагрузок и переутомления. Красота!
— Пока все это звучит, как бред сумасшедшего, — мотнула я головой, — честное слово, я не в Академию попала, а в какой-то сюрреалистический театр абсурда. И как вообще можно говорить, что это лучшая шарашкина контора в мире, когда тут даже нет обоснования, считать профессоров профессионально пригодными, а студентов надеждами будущего. Наверное, веков пять назад так и было, пока сюда не начали принимать всех подряд, лишь бы угодить действующим главам двадцатки. Знаешь, мне кажется, с экскурсией можно заканчивать, ничего толкового ты мне не покажешь, а ходить из угла в угол, у меня нет желания.
— Если будешь недооценивать Светилар очень сильно пожалеешь, — объявила мне девица. — Он хранит слишком много тайн и знает практически все о своих студентах. Он намного темнее и хуже, чем ты можешь себе представить.
— Да-да, — покивала я головой, — а самая ужасная тайна из всех, где директриса держит запасы вина. Перестань верить во всю эту чушь. Здание и уж тем более целый комплекс сооружений, не может быть живым. Даже если когда-то в далекий девятнадцатый век оно принадлежало некроманту-человеку, это не делает его худшим предметом античного архитектурного изыскания. Это просто чушь и сплетни, которые вы сами передаете из уст в уста в надежде скрасить бессмысленные и скучные будни.
— Ты очень сильно пожалеешь, если недооценишь то, как Светилар хранит свои тайны, — она даже ножкой топнула для полноты драматизма, — мы все тут собраны не просто так. Дороги, по которым студенты попадают в Академию неизвестны. И лишь сами стены могут призвать ученика или навечно заточить его тут!
— Вы все еще верите в эту глупую чушь? — вздернула я бровь. — Мне вас даже немного жаль. Ну и ладно, это не мое дело. Все что от меня требуется продержаться год и не сбежать из этого дурдома. А потом, никто не посмеет указывать мне, как дальше жить. Потому можешь и дальше наслаждаться этой чушью, а я пойду.
Мне на самом деле надоело слушать этот бред. Никто в здравом уме не будет верить в сказки о древнем некроманте, который управлял душами тех, кому суждено было попасть в Светилар. Я бы больше поверила в пророчество последних энгисов, чем в эту чушь. Ну, да и ладно… Как я сказала своей навязчивой и незамолкающей соседке, все что от меня требовалось – прожить тут год в статусе невесты Лаурента. А после этого я спокойно могла гулять на все четыре стороны и не заботиться о том, что мне придется когда-нибудь выйти замуж.
Брак и семья не для меня. Я слишком асоциальна, зациклена на себе и помешена на тотальном контроле. Все должно иметь тот вид, который я сопоставляю у себя в голове. Любое отступление от правил для меня подобно смерти. И если я хотела заполучить себе свободу, то обязана терпеть, пока не исполнится восемнадцать. Только после этого с моих счетов будут сняты ограничения. Плюнув в лицо всем, кто утверждал на каждом углу, что женщина не приспособлена руководить, я выстрою еще более совершенную финансовую империю, чем мой отец.
Но перед этим, мне предстояло, как-то пережить два семестра в новой Академии и не сойти с ума. По крайней мере это звучало не так радостно и волнительно, как я себе изначально представляла. Теперь же, когда все краски жизни перемешались перед глазами, я могла лишь думать о том, как поступить для того, чтобы не сломать свое будущее. Ноги совершенно незаметно принесли меня к статуе мужчины, держащего в руках книгу и трехглазого ворона-провидца. Интересно, слишком наивно полагать, что я сама бессознательно сюда пришла? Или это жест судьбы, сообщающий о том, что не все так просто.
Два раза щелкнув пальцами, я перенесла вес на левую ногу и активировала механизм. Стена сбоку от статуи плавно открылась, являя мне проход вниз. Одна мысль и вокруг меня заплясали сотни огоньков, которые стайкой влетели в темный зев магической двери и осветили небольшую лестничную площадку. Как и говорила матушка, кованные перила спускались вниз вдоль стены, и оканчивались дубовым паркетом, потертым из-за времени и старины. Как комната не имела ни одного угла. Совершенно круглая и бескрайняя. Как бы огоньки не пытались выхватить потолок, он так и не появлялся. А за одним книжным рядом начинался другой.
Настоящий лабиринт… Если не знать, как в нем ориентироваться. Мне же не требовалось бродить меж полукруглых полок. Медленно приблизившись к высокой стойке, я положила руку на прохладную металлическую панель и призвала к себе книгу с пророчествами о своей семье. Та, ответив на мой отчаянный зов, практически мгновенно появилась под ладонью, согревая кожу своим переплетом.
Забрав темно-синюю красавицу с потертой патиной серебряной отделки, я переместилась в кресло. Забравшись в него с ногами, начала медленно перелистывать страницы, чтобы понять, какой век и какие из них уже сбылись. А каким лишь предстояло осуществиться. Медленно перелистывая страницу за страницей, я наконец-то отыскала то, что было мне нужно. Задумчиво обрисовав вензеля со своим именем, я опустила глаза на текст, готовясь принять все тайны своего собственного будущего.
«В сердце из тьмы, живет недовольный, жестокий и властный предатель. Лишь под сводами дома моего обретешь ты свободу. Но помни темнейшая фейри земли, что выбор Всевышнего нам не велит разменивать жизнь понапрасну. Живи лишь в угоду думам своим и верь в прекраснейший из миров. В момент, когда перед выбором встанешь, помни лишь о слове моем. Ведь золото дураков блестит ярче любого златого червонца. И коли не примешь дар мой девочка, сгинешь на век ты в клыках виноватого в гибели Трои. А если сомненья окутают сердце в поступки ты взглядом смотри безутешным. Матери слово дано не напрасно. В чертогах хладных бывает одна… Но поле цветами усеяно ясно и белладонны расцвет не угаснет…»
Дочитывать эту чушь я не стала. Половина слов вообще не вязалась друг с другом и на нормальное пророчество этот звукобуквенный набор не тянул никаким местом. Просто, потому что, явно был написан каким-то идиотом еще и под воздействием психотропных веществ. По-другому воспринимать подобные высказывания я не могла. Кто вообще поверит, что некромант в здравом уме и трезвой памяти, писал такой несусветный бред, который даже во фразы не складывался. К тому же, если верить историческим книгам, он был образован и имел несколько докторских степеней. Что опять же не вязалось с этим пророчеством.
Отложив книгу в сторону, я задумалась над тем, что вообще со мной происходило в последние недели. Как-то слишком сумбурно и неправильно. Лаурент хоть и был идеальным кандидатом, все равно не подходил на роль прекрасного рыцаря из сказок. Ибо тараканов у того в голове было еще больше, чем у меня самой. Вместе мы неплохо ладили и составляли идеальный тандем, чтобы довести любого до седых волос и нервного тика. Как-никак, но планы мы всегда прорабатывали до мельчайших деталей. Даже выкорчевывая росянки у дома мера. А что теперь?