Дама Треф (СИ)

— Не печалься, все будет хорошо, я не умер и уже на том спасибо, что не бросила там, – блондин аккуратно взял мою руку и медленно поднес к губам, оставляя легкие и трепетные поцелуи на коже запястья, – мне хочется верить в тебя. Даже, если ты сама не думаешь об этом. Но это страшно, почувствовать и в тоже время упустить. Во мне словно два желания борются. Защитить тебя от всего мира и отпустить, подарив свободу. Прости меня, я полный кретин. Забудь все, что было в холле, я был не в себе. Больше такого не повторится. Я обещал тебе, что и пальцем не трону, а сам… Идиот, можешь винить меня во всех смертных грехах, я перед тобой виноват и отрицать этого не собираюсь.
— Я не понимаю, почему ты считаешь, что я не вижу разницы, — я осторожно вытянула ладонь и прижала ее к его щеке, — наше общение, оно единственное, что позволяет мне быть счастливой. Ты тот, кому от меня не нужно ничего. Мы просто мы… Со своим прошлым и с будущим. Наверное, я дура, раз сказала тебе те слова. Возможно, так на самом деле будет лучше всего. Каждый, кто встречался на нашем пути, всегда считал, что нам живется лучше всех на свете. Но никто не понимает, что значит быть наследником богатой семьи. Какой это груз ответственности и какой каторжный труд.
— Не стоит говорить так, словно ты сомневаешься в принятых решениях, — он вытер мою щеку от мокрой дорожки слез, — ты всегда знала, что нам не быть вместе. Мы слишком разные, чтобы найти точки соприкосновения в повседневности. Подходя друг другу, как лучшие друзья, вряд ли мы совместимы в романтическом плане. Я не буду устраивать тебе сюрпризы, как это делает твой дракон, не буду переживать поела ты или нет… Не смогу звонить каждый час и приезжать по первому зову. Потому что я сам буду пахать за десятерых. И какая тут семья? Когда муж с женой ищут окошки в расписание, чтобы поужинать вместе. Сама понимаешь, что нам нужны те, кто будут сидеть дома и нянчиться с детьми, пока мы из кожи вон лезем, чтобы не дать семейному бизнесу пойти ко дну, и чтобы потом его можно было передать в руки наследников. По этой причине, я считаю, что ты все сказала правильно. Наша помолвка фарс и ее вообще не должно существовать. Ибо ни к чему хорошему она не приведет.
— Перестань! — покачала я головой, усаживаясь к нему поближе, — я понимаю, что в нашем случае все это звучит наигранно и глупо, и все же, никто кроме тебя не понимал моих переживаний и тревог. А рядом с тобой, мне удается дышать полной грудью. Потому не говори ерунды. Наши родители тому прямое доказательство. Не важно кто состоит в браке, если они отбитые на голову, это уже ничем не исправить, даже могилой.
— Наверное, я просто слишком сильно переживаю за то, что мы должны быть вместе, — с тяжелым вздохом он опять поймал мою руку и на этот раз поцеловал центр ладони, — просто не знал, как еще изменить отношение к тому, что происходит. Это намного страшнее и тяжелее, чем я думал. Находиться рядом и знать, что это не на всегда.
— Почему ты раньше не сказал, что я тебе нравлюсь, — я легла рядом с ним и пристроила голову у него на бицепсе, — зачем было сочинять сказки про то, что на меня у тебя не стоит? Я же вижу, еще как.
— Прошу тебя, прекрати, — вздохнул он.
Я же лишь рассмеялась над серьезным тоном Камилена, на лице которого отразился спектр эмоций от шока до легкой улыбки, но глаза дроу ни на секунду не переставали излучать мое лицо и впитывать отражающиеся на нем чувства. Я набрала в легкие побольше воздуха, но в конце концов, просто выдохнула, утыкаясь носом в его пиджак. Почему-то именно в этот момент, я поняла, что для того, чтобы что-то чувствовать к другому, не обязательно пылать, как мои родители. Иногда достаточно того, что рядом с ним комфортно.
— Тебе не нужно привлекать мое внимание таким образом, — тихо сказала я ему, — я всегда буду на твоей стороне. Точно так же, как это было в детстве. Так же все будет и сейчас. Когда между нами не будет недопонимания и достаточно просто улыбнуться другому.
— Ты говоришь такие красивые слова и отравляешь мне душу, — он медленно привлек меня к себе и заключил в объятия. — Кажется, что еще немного и я просто умру… Навечно растворившись в этом мгновении.
 
— Даже не смей говорить подобного при мне, — я стукнула его по плечу, — ты еще не доказал родителям, на что способен. Как вообще можно думать о подобных вещах, зная, что впереди у тебя целая жизнь?
— Потому что я уже давно перестал верить в судьбу, — он поцеловал меня в макушку, — когда приехал в Светилар, он показал мне сон… И после этого, я уже не думал ни о чем… Просто поклялся, что сделаю все, что в моих силах, дабы защитить это место.
— Ты архимаг? — вскинула я глаза на него. — И поклялся на крови защищать замок и всех его обитателей?
— Ты смеешься? — он вопросительно вздернул бровь. — Куда мне с моими-то силами в архимаги. Дай бог середнячком быть. Так что нет, это не про меня. Я просто пообещал себе, что смогу стать лучше, чем родители. А для этого пришлось ломать себя. Ну, результат ты и сама видела.
— И он мне по душе пришелся, ты реально стал намного лучше, чем твои родственники, — тихо мурлыкнула я ему в плечо.
— Рад слышать, что хоть кто-то так считает, — он посмотрел на меня долгим и нечитаемым взглядом.
— И я рада знать, что не ошиблась в своих предположениях, — я замерла в нескольких сантиметрах от его губ и тихо выдохнула. — Очень!
  
Глава 23. Струны душ
 
Камилен выдержал несколько секунд, дразня и играя со мной перед тем, как подарить жаркий, страстный поцелуй от которого закружилась голова, а в желудке все сжалось. Я простонала е его губы, отвечая на такую желанную и нужную ласку. Подняв руки, обвила его шею руками и подалась еще ближе, прижимаясь плотнее и не заботясь о том, что вечерняя одежда помнется. Весь мир сузился до одного единственного желания: проникнуть языком еще глубже, заставить его окончательно потерять над собой контроль. Дразнить и желать, несмотря ни на что, пытаться достучаться до этого упертого барана, который по какой-то необъяснимой причине ничего не понимал и продолжал гнуть свое.
Я девочка, мне простительно быть дурой и менять свои решения по сорок раз на дню… Но он-то мужик и должен брать все в свои руки, а не толкать меня в объятия дракона, которого сам же мечтал по-тихому придушить. Камилен обхватил меня за талию, приподнял и медленно перевернул, не переставая ни на секунду целовать губы. Когда я ощутила, как трепетно его пальцы бегут по моей обнаженной коже руки, то едва не задохнулась от переизбытка чувств. Казалось, что я просто пылала и горела изнутри. Хотя он совершенно ничего противоправного со мной не делал. Поцелуи были ни в счет.
Я лежала под ним и смотрела в горящие безумием глаза. Все же он до конца так и не отошел от гормональной встряски, устроенной на благотворительном приеме. Я отвела глаза от голодного взгляда Камилена, одежда на котором вся перекосилась, позволяя увидеть очертания идеально сложенного тела. Я потянулась прикрыть рот, но так и замерла, зацепившись пальцами за ворот его пиджака. Ткань казалась лишней, какой-то ненужной и слишком удушливой. Медленно, словно в замедленной сьемке, я потянула его с плеч художника, заставляя того немного отстраниться и остаться в одной белой рубахе.
— Ты самое прекрасное наваждение из всех, — тихо прошептал дроу, трепетно проводя кончиками пальцев по моему лицу, — прекрасная, словно богиня и желанная, как мечта. Такая же недоступная, как холодная звездочка в темном небе. Лишь от одного взгляда в твои прекрасные глаза, хочется отдать все. И по какой-то причине, ты сама говоришь о том, что готова подарить мне шанс.
— Я не знаю, почему ты ведешь себя подобным образом, — улыбнулась я и потерлась носом о ключицу парня, — я никогда не искала отношений на стороне. Да я вообще их не искала, все что меня увлекало, так или иначе связано с бизнесом и работой. Даже против семьи я бастовала по причине того, что не видела в ней смысла. А потом появился Тилен и все как-то само завертелось. Это в какой-то мере был протест против тебя и твоих отношений с Кавеей. Возможно, я ничего не понимаю, и у Светилара свои правила и требования ко всему, но меня немного задевало то, как ты общался с этой полурыбиной, потому я и начала пробовать строить что-то с драконом.