Акума: телохранитель принцессы (СИ)

Встав, я принял свободную стойку, с которой начинают бой большинство спортсменов ММА. Руки подняты, ноги расставлены. Просто, универсально, не дает никакой лишней информации.
Да-сон тоже оценил смену тактики и стал действовать осторожнее. Нужно расслабиться. Если буду напрягаться, то ничего не получиться… Концентрация. Фокус. Удар.
Сместившись чуть в сторону, я подался вперед, перехватывая джеб. Чуть тяну на себя и Да-сон рефлекторно бьет второй рукой. Подныриваю под удар, подножка, толчок, мы оба на полу, где у боксера нет никаких шансов - но Да-сон оказался не так прост. Да-сон попытался взять меня на болевой, но я легко выскользнул - я голый по пояс и скользкий от пота, а в перчатках не так-то просто удерживать противника. А вот он спортивную футболку не снял. И зря.
Он определенно имел какие-то знания в борьбе. Что это, я так и не понял, но очень похоже на греко-римскую борьбу. Что ж, пускай швыряет меня, грепплинг меня никогда не подводил. Как и ожидалось, резкая смена стиля вызвала шквал эмоций у публики. Потому что теперь непонятно, кто из нас побеждает – вроде и Да-сон, как более сильный, но при этом я всегда умудрялся выскользнуть и всегда каким-то очень креативным способом. Активный партер тоже может быть зрелищным.
– Да как ты… – пропыхтел Да-сон, когда я в очередной раз выбрался из его мощного захвата, – надоел!
Он попытался отпихнуть меня, чтобы встать и это оказалось его ошибкой – словно спрут я обвился вокруг него, переползя на спину. Мужчина тут же прижал подбородок к груди, дабы я не смог взять его на удушающий. Но есть такая штука - называется гильотина. Хрен ты от нее защитишься.
Вот только я не учел того, что я капец какой легкий и капец какой слабый. Относительно Да-сона, конечно. Гильотину накинул, весом прижал, но для мужчины мой вес, что пушинка. Шея у него мощная, сильная. Он легко встал вместе со мной и я уже успел испугаться того, что он заедет мне по незащищенному корпусу - силы задушить его у меня не хватало, но он спокойным тоном произнес:
– Ничья?
Я тут же отпустил его, обессиленно рухнув на пол. Только сейчас понял, насколько сильно вымотался.
– Ничья, – выдохнул я в полной тишине, пытаясь восстановить дыхание.
Зал взорвался одобрительными криками, и нас окружили все, кто находился в зале. Они что-то спрашивали, но у меня не было сил вообще ни на что. И как только не замечал эту усталость во время боя?
– Хороший бой, – довольно произнес Да-сон, снимая с себя фуболку и вытирая ей пот. Тело у него было мощное, никаких ярко выраженных сухих мышц, как у бодибилдеров, скорее как у тяжелоатлетов. – Понятно, как ты победил моих ребят. Как рукопашник ты мастеровит не по годам, хотя остальному тебя придется учить. Сегодня отдыхай, инструкцию принесут к тебе в комнату. Внимательно прочитай, завтра буду спрашивать.
– Х… хорошо, – я с трудом поднялся, – но госпожа сказала, что вечером нужно куда-то поехать…
– Я договорюсь, – хмыкнул мужчина, – к тому же, рановато тебе еще ее сопровождать. Подучись сначала, потом поговорим.
– Понял, – он абсолютно прав. Я даже не представляю, от чего ее охранять. Так что лучше сначала почитаю эти самые инструкции.
Пошатываясь, под одобрительные смешки, я пошел в свою комнату.
  
Глава 8
 
Семье Дала все никак не удавалось найти квартиру, хотя срок выселения их из поместья почти истек. Почти никто не желал сдавать квартиру такой большой семье Изгоев, а более дорогие им были не по карману. От отчаяния они расширили зону поиска на не очень благополучные районы, но опять же то некоторые арендаторы отказывались, то квартиры были такие убитые, что жить в них было абсолютно невозможно.
Дал и Ерина уже подумывали о том, чтобы заселиться в какой-нибудь отель на время, пока не смогут найти что-то стоящее, но тут в комнату забежал их средний сын – Е-ни, которые и отвечал за поиск жилплощади.
– Нашел! – воскликнул он, напугав обоих родителей. – Нашел! Не апартаменты, конечно, но на первое время самое то!
 
– Показывай, – кивнул Дал, решив не делать сыну замечание за то, что вбежал в их спальню без стука. Сейчас не время для воспитательных бесед.
– Вот, – он протянул телефон. – Райончик, конечно, не самый приятный, но зато близко хорошая транспортная развязка. Двушка, так что будет тяжело уместиться, но комнаты просторные, да и лучше чем ничего. Хозяин готов принять нас завтра с утра, арендная плата тоже не очень высокая.
– Подозрительно как-то, – тут же нахмурился отец семейства.
– Это конечно да, – почесал затылок Е-ни, – но сайт проверенный, они не публикуют мошенников. По крайней мере, отзывы у него только положительные.
– Нам все равно деваться некуда, – вздохнула Ерина, – будем надеяться на лучшее.
– Тоже верно, – приобнял жену мужчина, – тогда звони, будем собирать вещи.
– Уже, – неловко улыбнулся Е-ни, вновь почесав затылок.
– Е-ни... – грозно нахмурился отец, но через секунду лицо его разгладилось. – Ладно, боги с тобой. Но больше так не делай!
– Конечно! – засиял парень и убежал рассказывать братьям и сестрам о том, что они переезжают.
Утром все вещи, которые еще оставались, были собраны, машина вызвана и погружена. Проводить семью вышло несколько человек. Собралось бы и больше, но, к сожалению, все были заняты делами. Дал и его дети были на хорошем счету в клане и врагов не имели, так что многие были очень расстроены такой потерей. В том числе и в верхушке, но поделать ничего было нельзя. Кодекс есть кодекс.
– Прощай, Дал. Я счастлив, что ты был именно в моем крыле, – произнес командир боевого крыла, в котором служил глава семейства.
– Спасибо, господин, – низко поклонился Дал, – ваши слова для меня честь.
Несколько свободных служанок плакали, обняв Ерин – она была первой помощницей управляющей женского крыла дома, и непосредственной начальницей большинства горничных, что на нем работали. Слыла справедливой и понимающей женщиной, а это довольно редкие качества для такой должности. При этом ее эффективность никогда не ставилась в клане под вопрос. Это была поистине достойная семья, потеря клана для которой - тяжелый удар.
Наконец, приехало такси. Клан, в благодарность, взял на себя все транспортные расходы. Это максимум, который позволен в данных обстоятельствах. Иных Изгоев выгоняют обобрав до нитки.
Попрощавшись, семья загрузилась в минивэн. Водитель был огражден от салона перегородкой и, кажется, это стало ключевым фактором. Сначала заплакала старшая На-ра, потом младший Нараурам не сдержал слез, мать, начавшая их успокаивать сама не выдержала. И вот через минуту в салоне раздавались только надрывные всхлипы. Даже На-му, отвернулся к окну, то и дело поднимая руку к лицу. Дал, обычно стальной и невозмутимый мужчина, не мог вымолвить и слова из-за горького кома в горле.
Что делать дальше он представлял смутно. Изгоев никто не любит – простолюдины за то, что те, по их мнению, жили припеваючи под боком у клана, аристократы за то, что такие люди обычно являются преступниками. Изгнание это мера, сравнимая со смертной казнью. Только с шансом на выживание. И только этот шанс не давал опустить руки Далу и его семье, однако, как бы они не крепились, такая ситуация сравнима с пожаром, что уничтожил все нажитое за его жизнь и жизнь его предков. Слуги в третьем поколении – они были рождены, чтобы служить и сейчас чувствовали себя брошенными собаками. Без цели и без понимания, как эту цель найти. В былые времена слуги совершали ритуальное самоубийство в таких обстоятельствах, но сейчас Дал даже не допускал мысли об этом. Он несет ответственность за семью и никогда не позволит ей сгинуть. Его сыновья и дочери обязаны выжить и прожить полноценную жизнь. Да, попервости будет трудно привыкнуть, но и простолюдины в наше время довольно неплохо живут. Отправит младших в хорошую школу, потом в университет, в который они сами захотят поступить. Пусть станут в жизни теми, кем они сами хотят! Пусть проживут ее так, как того требует их желание, а не желание клана. Дал уже стар, но вот его дети...