Мой Мир (СИ)
— Мы все любим тебя, Хозяин. И мы, и те, кто в нас и те, кто рядом с тобой. Но не будь таким, пожалуйста — ты только что чуть не убил Зиту и Гиту! Может, это Враг попытался на тебя так действовать? А может быть, просто ты еще не успокоился после твоего контакта с Великим? Но, в любом случае, теперь ты отвечаешь не только за себя. Все Звездочки в нас сжались, когда ты перестал себя контролировать. Синяя даже одела их в пузырьки, чтобы оградить от того, что из тебя выходило. Мы — твои, и всегда будем твоими, каким бы ты не был. Но я, мы, не допустим, что бы наши Звездочки знали тебя таким!
Я ничего не стал говорить, во мне еще все клокотало. Я ушел в другую комнату и рывком провалился в медитацию.
Я плавал в волнах теплого воздуха, подо мной плескалось спокойное море, глаза смотрели в бескрайний шелестящий лес, а теплый огонь вокруг дарил уют и напоминал домашний очаг. Вокруг меня весело играли и ластились ко мне три чудесные Звездочки. Великое женское начало!
Когда я пришел в себя, я был совершенно спокоен.
— Спасибо вам всем. Если бы не вы, из меня бы мог получиться монстр. И некому было бы меня остановить. Думаю, я уже полностью себя контролирую. Вы дали мне то, из-за чего стоит жить. И еще, я чувствую себя в силах посетить Великую Степь и навестить наших восьмилапых друзей.
Теплые цветные огоньки были мне ответом
— Ты с нами! — прошелестело в моем сознании.
Было уже раннее утро. Я прошел в другую комнату. На кровати, так же, как и раньше, сидел сжавшийся комочек из двух тел. Увидев меня, они вдруг рванулись ко мне и прижались с двух сторон.
— Не будь таким больше, пожалуйста! Нам было так страшно и так больно! Мы думали, что погибнем. Тебя ничто не могло остановить. Если бы не Сестры и Брат, между нами и тобой бы ничего не было. Они все отдали, чтобы тебя остановить. И ничего не могли сделать. Все подключились! И башня и Синяя. Все-все! И Дедушка-Хлыст!
Они вдвоем плакали навзрыд, высказывая общие для них мысли. И не могли остановиться.
— Мы и маму звали. И колдовать пытались. Ты просто рвал нас на части.
— Успокойтесь, все прошло. Я постараюсь себя контролировать. Слишком сильно во мне клокотала ярость. Если бы не вы все, я не знаю, что бы произошло. Хорошо, что я в вас вошел и хорошо, что вас было двое — одна бы не выдержала. Это позволило мне удержаться на краю. А если бы не команда и Звездочки, я бы не вернулся из того, где был.
— Мы тоже хотим Звездочки!
— Вам еще рано. Вам надо еще много учиться и стать лучшими. Будут вам еще Звездочки, когда придет время.
Они все еще плакали, прижимаясь ко мне. Постепенно плач затихал, и они успокаивались. От пережитого их начало клонить в сон и вот уже в меня упираются два глубоко спящих комочка. Я проверил их — никаких фатальных повреждений не было. Хорошо, что я успел их растянуть, и их организм в состоянии стресса сумел приспособиться.
— Полечите их души, пожалуйста, — попросил я Своих в башне. — Им, наверное, хуже всех пришлось, а мне пора в Университет. Война началась.
Глава 27. Университет, гостиница
Я отошел от спящих Зиты и Гиты и связался с ректором. Было раннее утро.
— Извините, не мог с Вами связаться в назначенное время.
— Ничего. Были такие возмущения Эргрегора, что никто из нас не мог и подумать, чтобы встать с постели. Хорошо, что сейчас все успокоилось. На эти два дня не то, что Университет, город вымер. Такого нет в наших записях.
— Ничего, все когда-то бывает в первый раз. Наша договоренность в силе?
— Думаю, да. Подходите часам к девяти утра. Думаю, раньше Ректорский совет не соберется, хотя я всем послала вызов к восьми тридцати.
Я набрал ванну, улегся в нее и два часа пускал маленькие волны, как когда-то Синяя.
В полдевятого я встал, оделся, проверил спящих воробышков. С ними все было хорошо, а вокруг их голов явно прослеживалась зеленая аура. Я вышел, по дороге нацепив дежурную ауру Петраркуса. Внизу меня встретил бледный Василис.
— Господин, в эти дни ничего не происходило, и никто не заходил. У всех так болела голова, что никто не мог встать с постели.
— Хорошо, что все прошло. Всем нездоровилось. В случае чего ты знаешь, что делать.
Что-то не давало мне покоя. Я, не снимая личины, вышел на заднее крыльцо. Ба! Вот оно. Недалеко в кустах притаился черный. Он был очень хорошо замаскирован. Я неторопливо подошел к кусту, за которым он сидел, достал маленький вялый пенис, принадлежавший моей личине, и помочился на куст. И на него тоже. А заодно и метку поставил. Потом повернулся к гостинице и заорал:
— Василис! Бегом сюда!
Он выскочил и, увидев, что я до сих пор в личине, сказал:
— Слушаю, господин Петраркус.
Молодец. Толковый мальчик!
— Почему мусор на заднем дворе! К нам приезжают важные персоны, а ты прохлаждаешься в подсобке, дармоед!
— Сейчас же велю подмести.
— И подстриги эти безобразные кусты! А то торчат, как волосня на манде проститутки!
— Будет исполнено.
— Вечером приду — проверю.
Он собирался зайти внутрь вслед за мной.
— И когда ты собираешься выполнять мое поручение?! — визгливо закричал я. — А ну немедленно секатор в руки и приводи все в порядок.
Пока он бегом метнулся в подсобку за секатором, я стоял на крыльце и задумчиво ковырял в носу — я совершенно не собирался облегчать черному задачку по скрытному покиданию места наблюдения. Ко мне подошел Василис и пока я придирчиво его осматривал, прошептал ему:
— Начинай вон с того дальнего куста, там человечек сидит. Не бойся, я подстрахую. Как только он подошел, в кусте произошел ярчайшая вспышка и метнулась тень. Понятно, техника ниндзюцу — отвлечение внимания. Но я-то его хорошо рассмотрел.
Потом я долго орал на Василиса всякую чушь, а он подслеповато моргал. Мы зашли в холл, я поставил защиту от прослушки
— Молодец. Мы его спугнули. Сегодня же выкорчевать все кусты и промести всю территорию. Затем засыпьте тонким слоем песка и разровняете граблями так, чтобы были ровные бороздки — по ним сложно без следов передвигаться. И пустырь за забором тоже убрать.
Рукой я снял боль и слезливость с его глаз.
— Понял, — сказал он.
Я стал думать: то ли это слежка за мной, то ли пул охраны важных персон, которые скоро должны прибыть. Если первое — я засветился со своими ночными экзерсисами. Если второе — эти ВИПы не так уж и глупы. Решил подождать. На всякий случай проверил улицу перед входом. Вроде все чисто. Может, успели снять оба поста? На всякий случай проверил нашу защиту. Связался с Зитой-Гитой.
— Девочки, просыпайтесь.
— Хозяин, ты где?
— Я на улице, пойду в Универ сейчас. Только что обнаружил Черного на заднем дворе. Не волнуйтесь, но продумайте как, если что, будете обороняться. И сегодня самоподготовка — одна медитирует, вторая на стрёме.
— А что такое стрём?
— Быть внимательной. Слушать, что происходит вокруг. В случае нештатной ситуации выводить сестру из транса и связываться со мной. Я подумал, и решил ненадолго вернуться. Вбежал на свой этаж и сделал очень масштабную иллюзию: Коридор был завален старой мебелью, везде был толстенный слой пыли. Двери номеров были открыты, и в них тоже была старая мебель. Это так, на случай, если охрана у ВИПа будет правильная.
Потом я припустился в Универ. Слежки за мной вроде не было. Я зашел в какую-то подворотню и вышел уже облике крепкого молодого человека с не очень запоминающимся лицом. Было уже почти 10 часов.
— Клофиссия, представьте…
— Представь.
— Представь меня, как выпускника Красной школы с Дальнего острова с хорошими рекомендациями. Потом предложи осмотреть работы по подготовке фасадов. Я там устрою некоторое представление, и ты предложишь стать мне стать Заместителем проректора по хозработе.
— Хорошо.
Я сделал себе глубокую красную ауру. Входя в ворота Университета, я на всякий случай ей сказал:
— Вхожу. Красный-красный.