Мой Мир (СИ)
Один раз я поймал в коридоре Зеленую. Прижав ее к стене, я вошел в нее. И вдруг почувствовал, что в ее попку входит отросток из стены. Отросток через тонкую перегородочку гладил мой член. Нас взорвало так, что над башней закатился целый фейерверк.
Наконец я почувствовал себя в силах подойти к обсидиановому клинку, который так и лежал под огненным колпаком.
— Фиолетовая, мне необходима будет твоя помощь. Я хочу обмануть клинок: я положу его на источник первичного огня в основании башни. Пользуясь тем, что я владею черной магией, я представлюсь ему Черным и попробую его расшифровать. Если у меня получится, ты должна будешь перекачать его информацию в резервное хранилище. Экранируй его и будь готова уничтожить. В случае чего сделаем тебе другое. Если клинок начнет опять оказывать на меня воздействие, немедленно его уничтожь — я открою тебе свои каналы, возможно, надо будет вы́читать его через меня. И, самое главное, если он начнет изменять мою личность, запри меня внизу. До того момента, пока я не вернусь в себя и не переборю черноту или какое там еще дерьмо он в меня попытается вкачать. Потому что, если я превращусь в настоящего Черного либо в пособника паука, у этого мира больше не будет шансов. В любом случае, что бы со мной не произошло, обеспечь безопасность Сестер и всех обитателей башни.
— Хорошо, Хозяин. Хотя мне будет крайне сложно выполнить Ваши приказы.
— Давай сделаем вот как — составь карту моих ключевых точек. После моего общения сравни то, что получилось, с тем, что было. Если основные ключевые точки совпадут, я — это я, если нет — предприми все усилия по возвращению меня. Если и это не получится, закапсюлируй меня здесь.
— Хорошо.
Прежде, чем начать столь рискованный эксперимент, я собрал Своих и довел до них информацию. После этого я опять связал Хасима с дедом. Они взахлеб говорили, наверное, минут двадцать. Потом я связался с ректором:
— Как Ваши дела?
— После уничтожения армады племена поутихли. Пал всего один приграничный бастион, но войска сумели выгнать вторгшихся кочевников. Однако в воздухе висит ожидание. Я поговорила с деканами — среди них нет коричневых адептов, даже на коричневом факультете. Мы недавно провели конкурс и отправили к Вам в башню два полных корабля с желающими обучаться. Конкурс был свободным и выиграли его не только преподаватели, но и студенты, есть даже с младших курсов. Критерием отбора мы сделали не зазубренные знания заклинаний из книг, а желание учиться и способность к самоотверженному служению идеалам науки.
— Профессор Клофиссия, Вы гениальны! Вот что значит многовековой опыт обучения!
— Как Юдоля?
— Мне кажется, она счастлива. Она сильно изменилась, хотите с ней поговорить?
У меня в голове хихикнуло после фразы «изменилась».
— Юдоля, мне кажется, что не стоит пока раскрывать ВСЕХ наших изменений.
— Я согласна, просто мне понравилась фраза. Она вполне отображает произошедшее.
— Будешь говорить с тетей?
— Да, это интересно. Кроме того, я хочу попросить ее о допуске в хранилища информации Университета. Освещение событий людьми не менее интересно, чем сами события. Кроме того, это позволяет не только составить картину человеческого восприятия, но и по отрывочным данным восстановить, с большой степенью вероятности, события, произошедшие в период восстановления личности Океана, а также то, что происходило вдали от него.
— Ну, так создай с ней «Ректорский канал». Заодно будешь контролировать события, происходящие там.
— Без Вашего разрешения я не стала этого делать.
— Разрешаю.
Они законнектились и общались, наверное, минут сорок. Я отключился, так как начал подготовку к контакту с Клинком.
Потом со мной опять связалась ректор:
— Спасибо Сэр Юджин. Вы сделали невозможное — Вы сделали Фиолетовую счастливой. Мы договорились о том, что Юдоля будет читать курс лекций на Фиолетовом факультете и курировать научные работы выпускников. Мы переориентируем наше обучение на поиск для нее информации в человеческих источниках, а она будет давать нам курс «объективной истории». И еще мы договорились, что статус Вашей школы будет выше статуса Университета. Теперь у нас будет проводиться ежегодный конкурс на право попробовать поступить к Вам. Кстати, я предложила переименовать Вашу школу в Высшую Академию волшебства. Вы не против?
Я улыбнулся:
— Совсем не против.
Я отключился от всех каналов, кроме Своих.
— Девочки, в средний круг, я пошел на «свидание».
Я снял с клинка огненное заклинание и понес лукошко с ним в основание башни.
Глава 19. Коричневая чума
Я аккуратно выложил клинок на верхнее основание иглы, которое уходило в источник Первичного огня. Туда, где еще некоторое время назад корчилась и горела моя рука. Затем я изгнал из себя всё и сделал свою личину черной. Абсолютно черной. Чернее черного. Это повлияло и на мое мировосприятие — я действительно стал Черным. Но не адептом пауков, нет. Я совершенно не готов был кому-либо служить, я готов был повелевать.
Аура клинка, после того, как он лег на основание, привычно потянулась ко мне с недобрыми намерениями, но я не только не отступил, я практически напал на него. И аура клинка съежилась под моим натиском. Он стал себя вести, как нашкодивший щенок.
— Кто ты? — прозвучал голос.
— Ты напал на меня. После этого я изменился. Теперь я Великий Черный. Кто велел сделать это?
— Хозяин. Он велел мне убить тебя
— Ну, что же. Ты проиграл. Теперь я буду убивать тебя. Медленно.
И я пустил на него тоненькую струйку Первичного огня. Аура клинка заметалась, пытаясь спрятаться, но язычок пламени планомерно поджаривал ее.
— По моим подсчетам, твоих сил хватит лет на сто, — сказал я. — Я буду приходить сюда и каждый день наслаждаться твоими мучениями.
Клинок отчаянно пытался с кем-то связаться, однако помещение было надежно экранировано. Я принял позу для медитации и стал ждать — мне действительно начали доставлять удовольствие его метания от язычка всепожирающего пламени.
— Прекрати! — взвизгнул он
— Назови мне хоть одну причину, почему я должен пожалеть своего врага. По твоей милости я потерял руку, так что теперь я медленно прекращу твое жалкое существование.
И я опять замер, наблюдая за извечной борьбой жизни и смерти. Смерть явно выигрывала.
— Ты хоть знаешь, сколько мне лет?
— Знаю. С момента обретения тобой души не менее десяти тысяч. Но все когда-то заканчивается. Более того, я позабочусь о том, чтобы о тебе никто не вспомнил, а твой труп я подарю торговке рыбой на рынке. Она будет вскрывать тобою рыбьи животы, пока ты не затупишься. Тогда она выбросит тебя.
— Ты не посмеешь!
— А кто мне помешает? Уж не твои ли жалкие хозяева, которые бросили тебя? Они бессильны передо мной.
— Я помню кровь Великого Серого!
— Этого жалкого неудачника? Да, он был хорош, не спорю. Но так бездарно проиграть… Нет, это не мой вариант. Хотя… Ты только что продлил свои мучения еще на пару сотен лет. Ты убил гения. И должен ответить за это.
— Откуда ты все знаешь?
— Ты, правда, считаешь, что можешь задавать мне вопросы? — и я пустил еще один огонек Первичного пламени, который стал поджаривать его с другой стороны.
Аура клинка вдруг метнулась в мою сторону, пытаясь нанести удар. Вот уж к чему, а к этому я был готов. Я даже не изменил своего положения. Щит из Первичного огня преградил ему дорогу, обжег и заставил трусливо съежиться.
— Это все что ты можешь, жалкий кусок камня? — один из язычков превратился в тонкую раскаленную иглу и начал прожигать его ауру. В месте касания его мешок стал стремительно утоньшаться.
— АААААААААААААААА! Прекрати!!!
— Почему?
— Я расскажу тебе все, что ты захочешь. Я дам тебе такие заклинания, о которых ты и не слышал!
— Что ты мне можешь рассказать, убогий? — я прокрутил перед его взором высшие заклинания черных.