Мой Мир (СИ)
— Зайдете через неделю. Думаю, раньше ректор вас принять не сможет.
— Милая девушка, — сказал я ей и, наклонившись, взял за руку. — Мне ОЧЕНЬ надо попасть сейчас.
Попутно я ее считал: обучение до третьего курса на красном факультете. Потом то ли у ее школы кончились деньги, то ли у нее самой возникли проблемы с учебой, я не вдавался в подробности. Важно другое, ее должны были выгнать, но декан обладала склонностью к садизму и сделала ей известное предложение. В результате — страшная ночь в коттедже и клятва быть рабыней. Теперь раз в неделю она служила той игрушкой для сексуальных утех. Ей не нравилась роль пассивной лесбиянки, но она уже ничего не могла с этим поделать. Ну, и никакой личной жизни, естественно, никаких мужчин. Она уже и забыла, что это такое. Маленькая одинокая квартирка в кампусе, и долгие вечера в затравленном ожидании вызова к своей патронессе. История, старая, как мир. Поскольку красный факультет приносил Университету больше всех денег, он пользовался определенными привилегиями. И деканша устроила ее на место секретаря в ректорат.
Все ясно. Я подослал к ней немного сексуального возбуждения, и она вдруг увидела перед собой великолепного самца с деньгами. Ее воображение услужливо нарисовало ей великолепный замок, полутемную комнату, свечи и обожающий взгляд этого самца с возбужденным на нее членом. Картинка была столь реальна, что она даже немного потрясла головой. Реальность вернулось, но влажное возбуждение осталось.
— Я посмотрю, что можно сделать, — проворковала она и скрылась за дверью.
От нечего делать, я присел на скамью для посетителей и оглядел других секретарей. Они делали вид, что очень заняты работой, но сами сгорали от любопытства от столь необычного поведения своей товарки.
Ну, и отлично.
Раскрылась дверь и оттуда выпорхнула секретарша.
— Ректор примет вас сейчас, — сказала она и неловко состроила глазки.
— Спасибо большое, — сказал я, немного «мазнув» ее снизу и приведя практически в предоргазменное состояние. Она ойкнула и сильно покраснела. Я прошел мимо нее за дверь, «случайно» задев выпяченную ею грудь.
Недлинный коридор, и большая дубовая дверь. Я открываю ее. Кабинет выдержан в классическом стиле — массивная дубовая мебель, бронза, какие-то награды и дипломы на стенах. Огромный стол с приставленным к нему буквой Т столом для совещаний. Количество стульев по количеству факультетов. Каждый стул либо отмечен цветом, либо, для гражданских, гербом факультета. За столом сидит невысокая пожилая строгая дама. Аура — ярко-фиолетовая. Все в ее имидже говорит об исключительности — и седые волосы с фиолетовым отливом, и очки в золотой оправе, линзы которых сделаны из горного хрусталя высочайшего уровня обработки, и строгое закрытое фиолетовое платье явно индивидуального пошива. Ее глаза немного увеличиваются — я занимаю две трети дверного проема. Быстрый анализ моей ауры, и она практически теряет ко мне интерес — очередной толстосум.
— Кларитесса сказала, что у Вас ко мне очень важное дело. Думаю, вы ей просто понравились, поэтому она повела себя не по протоколу. Будет наказана. Итак, я Вас слушаю.
— Не торопитесь ее наказывать. Я ее очень попросил, поскольку тороплюсь. Сразу к делу — я хочу зарегистрировать у Вас комплексную магическую школу, пока на четыре цвета — Желтый, Красный, Синий и Зеленый.
— Ого! А вы знаете, что Зеленый факультет закрыт?
— Знаю. Придется открыть.
— Молодой человек (гы, я думаю, мы как минимум ровесники), Вы либо наглец, либо сошедший с ума толстосум, либо простой прохиндей. Извините меня за мою прямоту, не в моих правилах просто так брать деньги. Я даю Вам шанс извиниться и уйти, иначе мы будем вынуждены прилюдно посрамить Ваших директоров. К тому же я не слышала, чтобы другие школы, кроме Университета, были многоцветны.
— Уважаемая…
— Профессор Клофиссия.
— Уважаемая профессор Клофиссия. Я сам буду директором и, думаю, что смогу пройти все экзамены. Если Вас смущает цвет моей ауры или то, что я мужчина — пусть это будем небольшой интригой.
— Хм… Вы разбираетесь в аурах. Интересно, но поверьте этого недостаточно. Думаю, вы просто наглец. У вас есть с собой деньги? Ваша дурь, простите меня за столь нелитературное слово, будет стоить Вам 200 золотых. Двадцать, — она холодно улыбнулась, — оптовая скидка.
Я снял пояс, в котором оставалось еще около 300 монет, и отсчитал 200.
Ректор вызвала Кларитессу. Та появилась буквально через несколько секунд. Мне даже показалось, что она подслушивала, впрочем, я не уверен.
Одним взглядом оценив груду золота на столе и выражения наших лиц, она с непередаваемым выражением подобострастия уставилась на начальство. Я, хохмы ради, опять чуть-чуть пощекотал ее снизу, и ее щеки залились румянцем.
— Обеспечите через полтора часа явку деканов и не менее двух их самых СИЛЬНЫХ (она подчеркнула это слово) преподавателей на процедуру лицензирования новой школы. Желтые, Синие и Красные. Подвал лабораторного корпуса.
— Вы же, наверное, догадываетесь, что будут не только теоретические занятия, — обратилась она уже ко мне.
— Безусловно.
— Мы с…
— Сэром Юджином, с Вашего позволения.
— С Сэром Юджином прибудем туда. А пока оставьте нас.
Я просканировал Кларитессу — безумное любопытство и страх перед тем, что она сейчас увидит свою патронессу — декана Красных, и «зарубочка» в голове — Юджин.
— Кларитесса!
Она замерла в дверях.
— Не убирайте пока со стола эти деньги в кассу. Возможно, часть из них придется мне вернуть. Идите, голубушка.
Когда за ней закрылась дверь, Клофиссия обратилась ко мне:
— Поскольку у нас нет Зеленых специалистов, я сама протестирую Вас на знание зеленых заклинаний. Мы, фиолетовые, в силу нашей специфики, знаем их. Правда, чисто теоретически.
Я с улыбкой посмотрел на нее, и вдруг из стола и из ее кресла с безумной скоростью полезли ростки, которые стали оплетать ее руки и ноги. Один из них имел наглость снять ее очки и поднести ко мне.
Я, продолжая шоу, прикрикнул на него:
— Наглец! Верни немедленно!
И он, трепеща «в страхе» листочками, аккуратно вернул их на ее нос. Затем один из ростков добрался до бронзовой статуэтки задумчивой обезьяны, стоящей на ее столе. Он с безумной скоростью оплел ее и стал сжимать. Бронза — мягкий и пластичный материал, поэтому он быстро «потек». Потом росток поставил обратно изуродованную статуэтку, немного отклонился и «плюнул» в нее ядом. Металл статуэтки зашипел и превратился в безобразную лужу, при этом испортив полировку ее стола.
При этом я принципиально оставил ауру молочно-белой.
Клофиссия звучно сглотнула. Обратив внимание на ее лицо, я увидел, что оно смертельно побелело.
— Кто Вы, сэр Юджин?
— Человек, который хочет зарегистрировать комплексную школу. У меня к Вам будет просьба — не надо делать из экзамена шоу, сохраним все в тайне. Не думаю, что ваши преподаватели смогут меня сильно посрамить, а вот после экзамена у меня к Вам будет очень серьезный разговор.
Она закивала.
— Я сдал «зеленый» экзамен?
— Безусловно. Правда, там пока нет преподавателей.
— Ничего, я Вам их потом дам, пусть пока просто будет.
— Хорошо, конечно.
— Я Вас пока покину. Где здесь лабораторный корпус?
— Отдельно стоящая серая башня прямо за нашим зданием. Она заэкранирована для того, чтобы при практических занятиях не нанести никому урон.
— Хорошо, — сказал я.
При этом все ростки спрятались обратно в мебель. Все кроме одного, который вырос рядом с ее стоящей на столе чашкой и теперь совершенно бесцеремонно «лакал» оттуда содержимое. Я хлопнул ладонью по столу, и он с шумом убрался. Клофиссия с удивлением посмотрела внутрь — чашка была практически пуста.
Клофиссия встала:
— Уважаемый сэр Юджин. Я с удовольствием регистрирую Вашу школу на вновь открытом Зеленом факультете. Ждем Ваших учеников и… преподавателей.
— Спасибо. И еще одно: сейчас на Синем факультете договаривается о сдаче диплома некая Латиция. Она моя ученица.