Мой Мир (СИ)
К обеду подходим к мысу, за которым, как я знаю, нас ждет засада. Капитан уже отдал приказ раздать оружие. На палубе стоят ведра с водой и песком — тушить файеры, если они будут. На бортах листы железа, стоят чаны с разогретой смолой. Делаем все, что можем. Хорошо, что в этом мире еще нет огнестрельного оружия, и я не уверен, что я хочу им о нем рассказать. Впрочем, тут есть магия, что может быть в какие-то моменты даже страшнее.
Огибаем мыс. Нам навстречу бросается один из кораблей. Два других начинают подходить сзади, беря нас в «клещи». Я сижу за бортом, приглушив ауру, чтобы не отсвечивать своим ростом. Вдруг рядом с кораблем возникает небольшой смерч и проходит по палубе, опрокидывая смолу и ведра. Поскольку пираты хотят захватить корабль, а не потопить его, их волшебники ограниченны в средствах.
Я не знаю, кто стоит за нападением и, соответственно, принимаю решение, по возможности, магию не использовать, если не возникнет крайней необходимости. Снимаю Хлыст. Чувствую, он аж дрожит, соскучился от безделья с моими полетами. Прошу принести мне столовые ножи. Все, что есть. Кэп, вспомнив наше знакомство, заорал на одного из матросов. В результате у меня под руками 34 железки, пригодные для метания. Корабль, шедший наперерез, выходит на дистанцию прицельного лучного огня — метров 50. Мне для метания далековато. Ждем. Кричу, что бы все прятались за бортом или за мачтами и прикрыли головы ведрами, досками и всем, чем угодно. Действительно, лучники, не увидев на палубе мечущихся незащищенных людей, начинают вести обстрел навесом. И у них, кстати, это неплохо получается — видимо, пираты пиратами, а боевую подготовку ведут. Если бы мы не прикрылись ведрами, наши потери были бы значительно больше, а так — один убитый. Он решил посмотреть, как стрелы летят, ну, и результат — стрела навылет в лицо. Есть несколько легкораненых. Первая кровь, и я начинаю входить в ярость. Стрелы с тяжелыми металлическими наконечниками, и я кричу капитану, чтобы матросы обламывали их и кидали мне — их тоже можно метать. Пираты подходят ближе, и их лучники переходят на прямую наводку. Мы сидим, ждем. У нас человек сорок, включая старика-кока и невесту одного из пассажиров, которая сжимает небольшой меч. У них, навскидку, не меньше ста. Может больше, так как не всех видно. Две волшебницы в голубом стоят на юте и смотрят, не вмешиваясь. Ну-ну… Сучки корыстолюбивые. Богатств чужих захотели. Корабли уже в десяти метрах друг от друга. Я вскакиваю и применяю метод «веерного метания» — у Хлыста были интересные прошлые хозяева. У них небольшой шок, так как из 20 лучников — 8 убиты и 4 покалечены. Я успеваю до встречи кораблей сделать еще 2 веерных броска. Один ножами по лучникам, один их же наконечниками стрел по их бойцам. Поскольку они без всяких кольчуг, а наоборот, полуголые и «очень страшные», то человек тридцать в бою принять участие уже не смогут. Я ору, чтобы наши отошли от борта — сейчас будут абордажные крюки. В обычном состоянии в этот момент их лучники положили бы половину наших, но сейчас стрелять у них особо некому, поэтому у нас всего три трупа. Взлетают крюки, и лучники перестают стрелять, чтобы не попасть по своим. С диким криком они устремляются на нас, размахивая всякими железками. Хлыст раскручивается в моей руке и начинает косить. Косить страшно: руки, головы, глаза. Я вскакиваю на борт и кидаюсь на них, прорубая себе дорогу. Они явно не ожидали от нас такого поведения. За мной, в пробитую мной брешь, бросается вся команда, и бой начинает кипеть на обоих кораблях одновременно. Я в каком-то багровом безумии, действую на пределе доступной мне скорости. Очень скоро, действительно очень скоро, среди «нападавших» не остается ни одного боеспособного бойца. Я подбираю на палубе оброненный кем-то боевой снаряд для метания, состоящий из 2-х грузов на веревке. Он служит для того, чтобы жертва не убежала и с силой мечу его в сторону волшебниц, которые судорожно начинают творить свое колдовство. Не успевают, груз перекручивается вокруг их шей и мачты, около которой они стояли. В результате они стоят привязанные за шеи и почти задушенные. Отлично, еще минутка у меня есть. Я хватаю чей-то обоюдоострый топор типа секира в левую руку и начинаю работать двумя руками. В правой Хлыст, в левой секира. Рублю, бью, рублю, бью. Я весь в крови и во мне происходит что-то невероятное — я просто вибрирую от потока предсмертных энергий. На баке отбиваются, правда, уже безнадежно, от наших их капитан, старпом и какой-то здоровяк. Здоровяку я отрубаю руки, метнув топор, капитана, а потом и старпома я Хлыстом оплетаю за ноги и перебрасываю через голову в толпу наших, где их и вяжут. Здоровяка без рук закалывают без меня. Краем глаза замечаю, что одна из волшебниц, помоложе, начинает вкручиваться из-под веревки и стоит уже практически боком, пытаясь дотянуться до перекрутившегося груза и снять веревку. Я поднимаю чей-то широкий нож и мечу. Он пробивает обе ее щеки и втыкается в мачту. Старшая, глядя на это, дико кричит. Все. Бой закончен. Остальные корабли, видя такой разворот событий, разворачиваются и пытаются уйти. Тогда я, уже не стесняясь, мечу в них по огромному шару первородного огня. Все, об этих кораблях и людях на них, включая третьего волшебника, можно забыть. Зря я это, вдруг кто наблюдал. Ведь хотел же без магии… Ладно, ничего. Все, кто должен — уже, похоже, знают о моем появлении.
Кричу капитану, чтобы брал с их корабля всё, им уже не нужно и подхожу к своей добыче. Так, двое. Запуганы страшно. Молодая приколота ножом к мачте через щеки как был открыт рот в крике, так и остался. Косит на меня глазом в слезах. Обе остались зафиксированы за шею к мачте моим снарядом. Стоят, тяжело дышат. Взрослая (ну как взрослая, чуть постарше моей Золотой) с ужасом смотрит на меня. Выглядят они странно. У обеих бледно-голубые глаза и светлые, достаточно редкие волосюшки, заплетенные в хвостики.
— Кто ты? — спрашивает старшая.
Я подключаю всю свою команду. Пусть смотрят и чувствуют, может, помогут чем. Они тоже синих раньше не встречали.
— Я? Гмм… думаю, я ваша смерть. А ты как думаешь?
Я представляю, как я выгляжу — гигант, одежда которого залита кровью, который даже не запыхался, хотя только что убил и покалечил огромное количество народа.
— А как ты хотела? — комментирую я. — Или вы, в случае победы, оставили бы кого-нибудь из нас в живых?
Она молча смотрит на меня, и вопрос повисает в воздухе.
— Так, Красная, твоя работа. Я должен их «съесть», и быстро. Выделяю ей канал связи.
Правильно приложенная Красная магия — не шутка — взрослой немного гипертрофируется мое изображение. Оно внушает ей просто немыслимый, смертельный ужас, а у молодой, кроме ужаса, который, наверное, уже не надо увеличивать, просто увеличены болевые ощущения и жалость к себе из-за искалеченного лица.
— Ну, рассказывайте. Кто начнет?
Вопрос риторический — молодая совсем никак не может говорить.
— Что тебе от нас нужно?
— Все. Я так понимаю, вы не одиночки и работаете преступной группой. Где база? Сколько вас? Кто старший? Корабли, которые находятся сзади, они из вашей шайки? Поверьте, я по любому узнаю, так что лучше облегчить свои страдания, и все рассказать.
Взрослая молчит. Мне это начинает надоедать, и я грубо разрываю их платья. Они не наши, в один голос говорят Мои. Понял…
Я макаю поочередно пальцы обеих рук в полный крови рот молодой и грубо вхожу в их влагалища. Молодая — явно девственница. Никаких эротических чувств они у меня не вызывают. Это просто работа. Ладно, есть контакт. На вопросы о базе и о старших у меня уже есть ответы. Эти представители школы Синих достаточно слабы, но они в контакте с кем-то, кому принесли клятву верности. Тоненькие ниточки идут от их аур. Этот канал явно зашифрован. Можно конечно проследить их направление, но я хочу, чтобы они сами открылись.
В это время рука, которая была в молодой, начинает дико болеть. Молодая от отчаянья попыталась заморозить мою кровь. Хм… неожиданное и, я бы сказал, оригинальное решение. Я быстро выдергиваю руку. Да, попытка интересная. Золотая уже вовсю работает над противодействием и вскоре в руке восстанавливается кровоснабжение. Остается только неприятное покалывание. Но зря они Моих разозлили, ой, зря… Из доски пола вдруг вырывается росток, который с безумной скоростью начинает расти. Он входит в ноги молодой и продолжает рост, прорастая ее насквозь. Это Зеленая. Я ее такой еще не видел. Она только ПОЧУВСТВОВАЛА угрозу мне. Росток аккуратно обходит все жизненно-важные органы, и прорывается насквозь через ключицу, после чего врастает в мачту. Потом он начинает давать внутри побеги, которые заполняют внутренние полости, периодически прорываясь наружу. Руки тоже прирастают к мачте сзади тела. Сказать, что она чувствует боль — не сказать ничего. БОЛЬ!!! Причем она никак не может провалиться в спасительное забытьё — это уже Красная постаралась. Я замыкаю их внутренние каналы друг на друга, и старшая теперь чувствует ее как себя. Я немного притупляю ее ощущения и еще раз спрашиваю. Она начинает говорить: они из Столичной школы синих. Денег на ее содержание не хватает и их старшая сходила на прием к новому королю. Там она получила лицензию на пиратство, при этом две трети добычи должно уходить в казну. Их послали обеспечить благоприятную погоду кораблям. Для молодой это первый поход. «Ну, и последний», — думаю я про себя. А она уже участвовала в трех удачных походах.