Магическая соцсеть ver 2.0 (СИ)
— Давайте устроим блиц. Макс, начинай: что у нас по алгоритмам и инфраструктуре?
Макс, который теперь возглавлял отдел разработки, поднял взгляд от голограммы, сделал глоток из термокружки:
— Стабильность сети держится. Мы внедрили автооптимизацию баз, сократили ошибки в логах примерно на двадцать процентов. Пока что система живёт и развивается. Но… — он запнулся, — есть намёки на внешнее сканирование. Кто-то постоянно прощупывает нас магическими запросами.
— АрхМагнетикс? — уточнил я, хотя ответ был очевиден.
— Скорее всего да. Стараются изучить, где у нас слабые места.
Я кивнул, затем посмотрел на Гошу, который уже раскладывал свои данные на поверхности стола. Он же теперь отвечал за отдел магтех-эксплуатации с коллективом в пять человек:
— Да, Тим, всё так. Но мы запустили резервные каналы, и пока смогли обойтись вообще без Арх-платформы. Правда, это временный костыль. Если они ещё поднимут тарифы или отрежут нам ключевые сервисы, придётся искать более хитрые пути.
— Понял. Хорошая работа, — похвалил я, понимая, что они не спали, наверное, половину ночи, перекраивая конфигурации.
Даша, чувствуя свою очередь отвечать за собственный пиар-отдел, взмахнула фиолетовыми волосами:
— У меня тоже есть новости, и не все плохие. Мы перевалили за двадцать миллионов пользователей после подключение простых людей. Реально бум. Причём это не просто скачки ради хайпа, а устойчивый рост: у нас народ называет это «магнетизация». Даже запустили такой хэштег.
— Ха, серьёзно? — я невольно улыбнулся.
— И это ещё не всё. Появились три крупных фан-сервера, рисуют фан-арты про Тима Резникова, Барона-Бунтаря. Ты, по сути, стал мемом, — Даша показала на экран, где отобразился довольно смешной рисунок: я в короне, держащий в руках огромный смартфон с молниями вокруг.
— Да уж, — покачал я головой. — Зато теперь если соберусь на пенсию, меня будут преследовать эти шедевры.
— Ну, пенсия тебе не грозит, — вставил Гоша со смешком.
— Да это точно, — усмехнулся я, потом обратился к Алле: — Что у нас по продукту?
Она взяла слово:
— Мои ребята пересмотрели фич-лист. У нас было штук двенадцать функций, которыми реально пользовались меньше одного процента людей. Мы их откровенно вырезали, чтобы не загромождать приложение. Результат: скорость обновлений возросла, юзеры говорят стало проще и более дружелюбно. Так что ноль негатива, даже наоборот — рейтинги подросли.
— Отлично, — похвалил я, с удовольствием замечая, что мои новоиспеченные управленцы расцвели и развивают продукт весьма грамотно.
— Ну а мы, — вклинилась Мила, пока Ари кивала, — провели эксперимент с эмоциональным интерфейсом: у некоторых тестовых групп в приложении фон экрана меняется в зависимости от эмоциональной ауры пользователя. Если человек нервничает, фон становится более мягким, чтобы успокоить; если он в радости, фон чуть ярче. Пока это в тесте, но отклик весьма позитивный.
— Звучит прикольно, — протянул я. — Надеюсь, никто не плюется от хаотично меняющегося цвета?
— Мы отрегулировали порог, чтобы не мигало каждые три секунды, — быстро вставила Ари. — И всё же надо понять, как быть с вопросами приватности: кто-то не хочет, чтобы его эмоциональное состояние считывали.
— Окей, учтите это. Но идея интересная, — согласился я. — Теперь Лёша, твоя очередь. Как там юридический фронт?
Лёша приподнял бровь, обвёл взглядом коллег:
— Появились странные запросы от низших судебных инстанций, которые обычно не имеют к нам претензий. Видимо, Архи пробуют задушить нас бюрократией. Но мы готовы отбиваться.
Тут Макс снова поднял руку:
— Пока не забыл. Есть ещё один любопытный момент. Мы проводили анализ активности в системе и заметили у 3,7% так называемых «простолюдинов» — то есть людей, у которых нет официальных магических способностей, — ауропульсации, характерные для латентной магии.
— Ого, — протянул я.
— То есть люди не знали, что они магически одарены, но в приложении начинают отображаться, как маги? — уточнила Даша, широко распахнув глаза.
— Примерно так. Мы не до конца понимаем механизм, но похоже, что МагНет как-то активирует их потенциал, или хотя бы выявляет его.
Я ощутил внутри странное сочетание радости и беспокойства. С одной стороны, это подтверждало наш лозунг «МагНет для всех», с другой — точно вызовет вопросы у регуляторов, если такой факт всплывет.
— Понятно, — сказал я, стараясь держать всё под контролем. — Значит, зафиксируйте это в отчётах, но пока не афишируйте. Чувствую, если это узнают власти, нас могут прижать ещё сильнее.
Народ кивнул, и мы перешли к обсуждению более приземлённых тем — планов релизов, маркетинговых кампаний.
Середина дня прошла в бешеной круговерти. Я метался по офису, пытаясь разобраться ещё с сотней административных дел, да и голова побаливала после вчерашних экспериментов. Но внутренний голос подсказывал, что-то должно произойти.
И действительно, когда я сидел в своём кабинете и с жуткой сосредоточенностью листал отчёты, за дверью раздался громкий топот, и вбежала Даша, бледная, с телефоном в руке.
— Тим, у нас проблема, большая проблема! — выпалила она, чуть не спотыкаясь о порог.
— Уже привык, — хмыкнул я. — Что на этот раз? Собаки бегают по улицам без поводка?
— Хуже. АрхМаркет заблокировал все наши баннеры и рекламу. Сняли с выдачи без уведомления. У нас там был огромный поток новых пользователей. Теперь всё — отрезано!
Я почувствовал, как внутри похолодело. Это действительно серьёзно. Наши пиар-кампании сильно зависели от площадки АрхМаркета.
— Понял. Что-нибудь пишут официально?
— Ноль. Просто пропала реклама, и наши обращения в саппорт остаются без ответа.
Я выругался про себя, но вслух сказал:
— Ладно, пусть пиар-отдел пытается добиться хоть каких-то комментариев. А я свяжусь с Лёшей.
Не успела она выйти, как в кабинет влетел Гоша:
— Тим, смотри! — он выложил передо мной планшет с графиками. — Нас резко скинули вниз во всех магических справочниках. Люди теперь не видят МагНет среди популярных приложений. А когда пытаются установить — на экране выскакивают ошибки ещё до входа.
— Прекрасно, — заскрипел я зубами. — То есть у юзеров сразу ломается процесс входа?
— Именно. Хотя код формально не взломали — они просто сбивают первичную инициализацию. И, естественно, процент пользователей, у которых всё успешно, падает в разы.
— Идите ищите Макса, пусть попробует обойти или проанализировать, — сказал я.
Гоша кивнул и пулей выскочил из кабинета. Через пару минут Макс сам забежал ко мне:
— Тим, это явно скоординированная атака. У них есть доступ к магическим системным корням, они не пытаются проломить наш код, они просто рушат среду, в которой мы существуем. Это всё равно что выключать свет по всему дому, не трогая ни одну конкретную лампочку.
— То есть нас поставили на колени…
— Типа того. Они давят на все точки: реклама, распределение трафика, обход, регистрация…
Я встал из-за стола, ощущая, как во мне закипает смесь злости и холодной решимости:
— Похоже, они начали атаку раньше, чем договаривались. Ультиматум-то давали неделю, а прошло всего пару дней!
Макс пожал плечами:
— А у них, может, появилась уверенность, что мы всё равно к ним придём на коленях, так зачем ждать?
Я шумно выдохнул:
— Ладно. Надо придумать контрмеры. Иначе скоро новые юзеры не смогут вообще зарегистрироваться, старые начнут жаловаться на лаги… в общем, привет, репутационный ад.
— У нас нет готовых обходов, — признался Макс. — Потому что нам банально не хватает мощностей, чтобы полностью отказаться от сети Арх-платформ. Надо срочно искать альтернативный фреймворк.
— Пока мы ищем — они нас продолжат глушить, — ответил я. — Ладно, Макс, давай соберём экстренное совещание, посоветуемся вместе с Гошей и остальными.
Макс кивнул и умчался, а я в сердцах треснул ладонью по столу. Хорошо, что стол прочный, а то дыра бы осталась.