Дурацкий расклад (СИ)

— Уму непостижимо, как они вообще выжили! — бесились Ахмабезова на пару с Молоко под нашими, привязанными к койке, взглядами. Кроме них, взглядов, крепко примотано было и всё остальное, но даже полностью прошедший приступ психоза вовсе не заставил целительницу и ученую нас с Окалиной освободить. Вместо этого нам мыли головы!
— Уму непостижимо, как здание устояло! — рычала Нина Валерьевна, — Вы, два конченных, полностью безумных, идиотических идиота в кубе! Что вы устроили?!! Зачем вы устроили! Ладно, к херам мелочи!! ПОЧЕМУ ТУТ?!!! Мои приборы! Записи! Компьютеры!!
— Моё время! — завывала Наталья Константиновна, — Шесть часов на двух этих упырей! Причем мне надо бежать, а ты посмотри на Нельку! Посмотри на неё!!
— На которую часть?! — рычала Молоко, — Ту, что лежит или ту, что в морозилке?!! Мне нравится вторая! Она не такая тупая!
Ну… да. В морозилке лежали руки товарища майора. То, что от них осталось. Назад не приставишь. Ахмабезовой приходится выращивать новые.
К моей чести, нужно сказать, что из того, что я помню, так конечности мне отрывали гораздо чаще, чем наоборот. Просто я могу восстановиться, а вот Рже сложнее, она так не может. Но все равно — намного, намного чаще. Знаете, кто знает, как себя чувствует насекомое, которого расчленяет любопытный ребенок? Витя знает. Без шуток. Только мой ребенок был очень-очень зол.
И это было взаимно.
— Ты! — в меня уткнулся коротенький толстенький пальчик, — Я вернусь через пять часов! Чтобы я тебя здесь не видела! Чтоб мои глаза тебя вообще не видели, придурок!
— Ты! — тот же указующий инструмент вонзился в сторону забинтованной и слегка безрукой блондинки, — Попробуешь хотя бы шевельнуться — пеняй на себя! Руки буду восстанавливать в порядке живой очереди! Ешь, дура старая! Жри! Питайся! Готовься! Все понятно?!
— Ты! — очередь Молоко, — Еще один такой фокус и я тебя отправлю в Чуйскую долину! Хлеборобом! Ты меня поняла, дура грешная?! Я не шучу ни разу! Устроили тут детский сад, штаны на лямках! Бровки, сука, домиком, ручки, б*ять, в морозильнике!
Бабах!! Дверь захлопывается за целительницей, едва не слетая с петель.
Минута тишины тянулась долго.
— Я не хочу в Чуйскую долину, — глухо произнесла закрывшая лицо руками ученая, — Хлеборобом.
— Нин, — хрипло пробормотала Окалина, — Что там… с этажом?
— Нет его! — внезапно бодро и зло рявкнула Нина Валерьевна, глядя на нас покрасневшими глазами, — Нет совсем! Вы все раздолбали, два идиота! Совсем всё! Здание на генераторах, тупица белобрысая! Да вы…
В общем, мы чуть не обрушили весь НИИСУКРС. Если бы нижние этажи не были укреплены тем же материалом, что и подземная часть города, если бы завалы сбитых со стен и потолков плит и прочих обломков, которые помешали буйствующей парочке по-прежнему орудовать во всю дурь… то всему институту рогов и копыт точно суждено было бы сложиться, как карточному домику.
— А теперь вопрос, ублюдина блондинистая! — сорвалась на визг ученая, — Что. Это. Б*ять! Такое! Было!
— Ну…, — смутилась (действительно смутилась) товарищ майор, — Я хотела его отбуцкать. На полном контакте. Ты знаешь, за что. Этот… хитрожоп… бегал от боя, выбесил меня окончательно. Потом я выбесила его. Думаю — ну ладно, проведу по краю, авось половчее станет. Кха…кха…
— И что?! Это вы так потренировались?!! — рыкнула тигрицей безобидная на вид Молоко, — Это так ты ситуацию контролировала, контролерша переношенная?!
— Нет…, — угрюмо и тихо призналась Нелла Аркадьевна под мое многозначительное молчание, — Этот… вот хер вихрастый… Он хитрожопый оказался. Много чего не показывал. А когда показал, было поздно. Я и его выбесила, и сама злая была. Как оба выжили…
— И как?! Как вы оба выжить могли?!! — внезапно сменила пластинку ученая, включая профессионала, — Это ведь невозможно, вы же в амоке были! Пятнадцать минут назад оба в амоке, в гарантированном! Я вас бессознательных под релаксантом вытаскивала!
— Как-как…, никак, — отвернулась Нелла, — Витенька, душу его мать, в печенку… Руки мне оторвал, потом кошмаром шарахнул так, что я небо в ситечко увидела, а потом всё, мы тут.
 
— Ничего не помню, — открыл я рот, — Вот только розовое…
— Молчи об этом, — тяжело уронила майор, — Гостайна. Нин, иди подыши и покури, раз Натаху ждать надо, я пока с Витькой поболтаю. Надо ему кое-что рассказать.
Безрукая блондинка умудрилась меня удивить. Совсем не тем, что начала рассказывать о своих тайных планах меня раздухарить и тем самым научить новому кунг-фу, ничего такого и в помине не было. Окалина просто хотела схватки и набить мне рожу… в силах тяжких, не более. Выпустить пар, дать пару уроков, такие дела. Но вот выбесившийся от её тумаков я, страдающий от целой прорвы фантомных болей, перекручивающих мышцы и потроха, и сам дал героической блондинке просраться.
Нет, не победил, конечно. Точнее победил… если не считать момента, что она, как крайне опытный боец, почти половину сражения «вела» меня, нанося удары, не задевающий мозг, а затем еще и «вела», когда у нас обоих почти снесло планку. Каким-то образом я умудрился не убить её, а лишь оторвать шаловливые рученьки, вырубившись после, но не в этом суть. Пар выпустили, выжили, здание стоит — и фиг с ним.
Разговор она начала о Каскадере.
Наемник экстра-класса, специализирующийся строго на неогенах. Полностью отмороженный, идущий на любой риск и любые трюки, но при этом, обычно, планирующий операции с редкостной вдумчивостью. Каскадер тщательно изучал цель, а затем наносил строго выверенный удар, при этом не гнушаясь использовать разные трюки и ходы, призванные ошеломить противника. Разумеется, что на территории СССР он работал неоднократно, был внесен в все возможные базы, даже числился как среди «злыдней», так и «доброхотов». Но… неоднократно.
Он менял лица. Часть криминалистов предполагала, что здесь задействован неосапиант, часть — что это чистая пластическая хирургия, так как Каскадер ненавидит неогенов. Однако, против последнего был иной аргумент. Наемный убийца всегда старался ликвидировать только цель, посторонние неогены не подвергались опасности.
— Только Витя…, — хрипло проговорила Нелла Аркадьевна, которой вставший с койки я помог напиться, — Каскадер всегда работал один. А здесь и сейчас, во время взрыва, точно был задействован неоген, умеющий оказывать влияние на чужой рассудок. Все те люди, из которых была составлена ловушка… на них было оказано какое-то воздействие. Может гипноз, может еще что-то. Наши обнаружили в крови останков очень странный гормональный фон, но не смогли сказать, естественный он или нет.
— То есть, этот Каскадер мог действовать в группе? — хмуро уточнил я.
— Думаю, иное…, — майор откинулась на подушки, — Скорее всего, я уверена на 95 процентов, что он, когда пытался грохнуть тебя у школы, работал один, а потом был вынужден вписаться в другой отряд. Уж больно не бьется эта его отчаянная попытка с РПГ, понимаешь?
— Угу, — кивнул я, вновь вспоминая летящую нам в лобовуху взрывчатую фиговину, — Очень похоже.
— Так что вали домой давай, метнись туманчиком, — продолжила начальница, — Приказывать ничего не буду, вижу, что бесполезно, но, если ты, крутясь у дома, ублюдка угандошишь, тебе много кто спасибо скажет. Раньше бы я тебя попробовала закрыть в «Жасминке», но раз ты, сучонок, такой талантливый…
— Спасибо на добром слове, — пробурчал я, ковыляя к двери, — Вот спасибо так спасибо. Потащу это спасибо домой. Оно такое большое, красивое…
— П*здуй, скоморох хренов…
Не прощаясь, я вышел из палаты и замер, слегка заинтригованный.В коридоре стоял молодой нервный китаец в военной форме, который молча ел меня своими узкими жадными очами.
Кажется, он чего-то хочет.
  
Глава 12. Узаконенная травля
 
Вам когда-нибудь предлагали помереть? Не со зла, не в отместку, даже не ради каких-нибудь целей, а просто так, типа позырить? Нет?
А вот мне теперь — да. И как на это реагировать я не особо понимал.