Раз айдол, два айдол...(СИ)

— Что такое, сонбэ? — Интересуется кто-то из них у этого Джон Хана.
— Да вот, прислали какую-то непонятную иностранку! На мальчишку похожа, и только недавно приехала в Корею. Кто из вас понимает хорошо по английски?
— Я! — Выходит какой-то парень в капюшоне.
— Скажи ей, чтобы она повторила вот эти движения. — Джон Хан показывает элементы танца, который мы недавно разучивали вместе с другими трейни.
— Рипит зис данс! — Включается «переводчик». — Посмотрим, что умеют эти вегугины.
Делаю недовольное лицо, и с ходу повторяю все движения этого танцора, и добавляю продолжение. Корейцы смотрят, выпучив глаза, ведь я всё делаю довольно быстро, научился от Лисы, но немного уступаю ей в скорости и точности движений. Очевидно, для этой группы танцоров мои движения слишком быстрые.
— Сонбэ, она вроде нам подойдёт… — Говорит кто-то из группы.
— Да, но как с ней говорить? Вдруг что-то срочное понадобится, а я могу только небольшие предложения, да и то не по всем темам говорить. — Опускает нос «переводчик».
— Подождите, вон её стафф идёт, давайте у него спросим… — Предлагает единственная девчонка из этой группы. Она с подозрением смотрит на меня, может быть когда-либо видала Лалису и меня вместе, в танцевальном зале.
— Пойду, поговорю. — Джон Хан направляется к Дже Гу. Вот он дошёл до него, что-то спрашивает, и мой стафф начинает смеяться. Танцор удивлённо смотрит на мужчину, очевидно, ничего не понимает. Дже Гу просто берёт его за плечо, и тащит к нам.
— Лалиса, ты что издеваешься над людьми? — Строго выговаривает мне стафф. — Эта хубэ, тайка, но свободно говорит на нескольких иностранных языках. Извинись перед ними, хубэ!
Что же, раз меня тут позиционирует руководство, как Лису Манобан, сыграем её роль! Я кладу руки за спину, вспомнив, в какой позе стоит тайка, когда извиняется. Затем опускаю голову, и начинаю ковырять носком кроссовки асфальт. Вроде, точно воспроизвёл!
— Не слышу извинений! — Рычит Дже Гу. А у самого глаза смеются.
— Ну, извините. Я больше не буду, сонбэ… — Тяну я.
— Давайте, работать! — Хлопает в ладоши режиссёр. Начинается подготовка. Тэян наверху, на стреле от крана, просто открывает рот под фонограмму, а мы танцуем. В общем, снимали клип двое суток. Потом, через три месяца, я увидал его полностью. В кадрах с подтанцовкой мелькаю только в двух фрагментах.
https://www.youtube.com/watch?v=UJfZ69MSlvY
(Клип "Ринга Линга", поёт Тэян, 2013 год).
Ну, главный упор в любом клипе на исполнителя песни, так что, я не в претензии. После съёмок Тэян увидал меня, поздоровался, правда не сразу, некоторое время присматривался:
— Привет, хубэ! А где Лалиса? Я хотел, чтобы она танцевала…
— Она не может, её на рекламные съёмки послал директор. А мне приказали танцевать вместо неё.
— Понятно. Но берегись Джу Вон, если нас заставят из-за тебя переснимать…
— Сонбэ, не заставят, ведь я танцую и выгляжу, почти, как она! Тут некоторые на меня косились, но не поняли, что я не Лиса!
— Так вот, почему ты мне подозрительным показался! — Внезапно вопит девчонка из танцоров. — Сонбэ! Это не Манобан, а её двойник! Он кореец, просто издевался над Джон Ханом!
— Так он ведь принёс извинения! — Подходит мой стафф. — Хорошо играет свою близняшку, все поверили. — Мужчина смеётся. Танцоры хихикают, злобно зыркая глазами в мою сторону, и на этом всё кончается.
После окончания этой работы нас вызвали в офис лэйбла. Секретарша меня и стаффа провела к директору "YG Entertainment".
— Проходите. Садитесь! — Ян Сок указал нам на стулья, когда мы перешагнули порог его кабинета, и поклонились. — Сейчас придут представители NONA9ON. Лалиса снимается у них, но они не успевают. А другую девчонку они не хотят. Когда я сказал директору компании, что у нас есть ты, как две капли воды похожий на Манобан, он решил прислать для переговоров своих юристов. Не бойся, хубэ, они не станут одевать на тебя платья. Они производят джинсы, куртки и майки.
 
Придётся подчиниться. Кстати, на меня вначале, и вправду, ни платьев, ни юбок целый год не надевали. Но потом…
В это время постучали в дверь.
— Открыто, заходите.
Переговоры с представителями фирмы продолжались три часа. Как модель, я им подошёл. Они только попросили выкрасить волосы опять в светлые тона, ведь я буду позировать вместо Лиски, а её уже перекрасили в блондинку. Пришлось идти к визажистам, на другой этаж. Там меня перекрасили, укоротили немного волосы, и мы вернулись в общежитие. Мда! Потом целую неделю я бегал на съёмки. Сама одежда мне понравилась. Атмосфера в студии, где снимали всю эту рекламу, была благожелательной. Просто, оказалось, всё это очень выматывающим, и я еле приползал вечером в общежитие.
Теперь, согласно контракту, я должен был носить джинсы и куртки, в которых меня сняли в рекламе, ежедневно. Лиса ходила в таких же комплектах, но для женщин. Особенно, ей нравились джинсы, блузки, куртки и ещё кое-что, но только верхняя одежда. Фотографы рекламного агентства, которым была заказана брендом эта работа, очень обрадовались, когда выяснилось, что я не боюсь камеры или фотоаппарата, и к тому же, практически, являюсь двойником Манобан. Кстати, нам платили довольно хорошо, и я с Лалисой получали хоть небольшие, но деньги. Мне всё также приходили на карточку и роялти от "Таи-маи", и, несмотря на траты, у меня к этому времени скопилось почти тридцать тысяч долларов. Как только меня отправляли в рекламное агентство, и я входил в его офис, то приклеивал улыбку на лицо, и вперёд, и с песней! Ноги то у меня длинные и ровные, лицо фотогеничное. Просто надо иметь терпение, кучу терпения, выслушивать все эти:
— А ну повернись в профиль!
— Голову чуть-чуть назад!
— Улыбайся!
И ещё свет в глаза. Потом, к концу съёмки, они слезятся. Иногда краснеют. Приходится прибегать к успокаивающим препаратам для глаз. Лалиса тоже мне жаловалась на усталость глаз.
Кстати, в те дни, когда нас выпускают на отдых в город, я выхожу не один. Теперь идёт вся наша группа МО8Д, и будущий "Блэкпинк". Розэ приехала буквально на днях, и её сразу же подселили к Лисе и компании. Поначалу она не понравилась тайке, но теперь. вроде, отношения между ними улучшились. Розэ была шокирована, когда увидала на стене комнаты Лисы мой рисунок, изображающий будущий "Блэкпинк". Она стала смотреть на меня с каким-то благоговением, как будто я какой-нибудь провидец. Кроме посещения моих родственников, родителей Джи Су и мам Дженни, Бо, и девчонок из моей группы, мы гуляли по Сеулу, ходили в Центральный парк, посещали магазины…
2012 год, октябрь, Сеул, общежитие компании "YG Entertainment".
С сегодняшнего дня мы все свободны. Тренировки пока отменены. Бо Мин узнал, что в дирекции нашего агентства проводится совещание, которое решит нашу судьбу. Некоторые стаффы настаивают на том, чтобы наши две группы дебютировали в следующем году, или через год. Но что-то там не срастается, и поэтому идёт совещание в кабинете Ян Сока. Все сидим в своих комнатах, и переговариваемся по телефону. Девчонки сильно нервничают, Лисе уже давали валерьянки, так она расстроилась. Мы ничего сделать не можем, полностью зависим от решения директората, а вот это ни мне, и ни Бо не нравится. Он оставляет меня одного в комнате, и исчезает, чтобы узнать хотя бы что-нибудь о том, что происходит в кабинете Кепки. Не думаю, чтобы его миссия была успешной. Я занялся уроками, ведь школу никто не отменял. Через несколько часов заснул…
Когда проснулся, то Бо уже был на своей кровати. Его хмурое лицо ясно показало мне, что нам ещё быть трейни, минимум год, а может быть и дольше. То же самое ждало и "Блэкпинк". Но девчонки на следующий год переходили под непосредственное руководство компаньона Ян Сока, Тэдди Пака, в его компанию "Блэк Лэбел". Кто это такой, они не знали, и поэтому, Лиса позвонила мне.