Раз айдол, два айдол...(СИ)

Бабушка начинает задавать вопросы посложнее. Иногда Лалиса путается, но в большинстве случаев отвечает правильно. Между тем, мы подъезжаем к аэропорту. В зале ожидания довольно много народа, в основном, иностранцы. Все разъезжаются на новогодние праздники, ведь скоро католическое Рождество. Но есть и прибывшие на отдых иностранцы. Сидим, ждём. до вылета ещё час. Я решаю поспать…
Меня растолкали, и не дали досмотреть красивый сон.
— Джу, вставай, багаж уже сдан, сейчас будет посадка на самолёт! — Оповещает меня бабушка. Лалиса вся в слезах. Она обнимает мать и отца, прижимается к ним… Плачет и Читтип. Марко стоит хмурый, и гладит дочку по волосам. Их окружили тети Лалисы и её подруги из ансамбля. Объявлена посадка. Идём к самолёту. провожающие остались в дверях аэропорта, и машут нам руками.
Лалиса всхлипывает, поднимаясь по трапу лайнера. В дверях она оборачивается, и я вижу слёзы на её щеках. Девочка машет рукой, а потом решительно заходит в салон самолёта. Я и бабушка передвигаемся вслед заней. Заняли кресла. Лалиса уселась рядом с иллюминатором, в котором виден аэропорт, и глядит на толпу провожающих, стоящих на специальной платформа. у входа в здание. Я понимаю, ей очень тяжело. Фактически, она попадёт в другую страну, с другим менталитетом и традициями…
Но в отличие от Манобан моего мира, которая не знала даже языка, прибыв в Корею, и была фактически одна, местная Лалиса понимает аборигенов, и немного подготовлена к встрече с корейской действительностью…
И я приложил к этому руку! Мне тоже боязно. Как примут меня родители и нуна? Посмотрим… Самолёт разгоняется по взлётной полосе, задирает нос, и отрывается от земли. Впереди несколько часов полёта…
 Глава 11. Первые дни в Сеуле 
Декабрь 2010 года. Понедельник. Аэропорт Инчхон.
Сеул встретил нас облачной погодой и холодом — температура воздуха была около нуля. Хорошо, что мы одели свитеры и тёплые куртки, которые бабушка и тётя Читтип нашли в одном небольшом китайском магазинчике. Других тёплых вещей у нас не было. Но всё равно, чтобы не простудиться, мы поторопились побыстрее войти в здание аэропорта. Таможенный контроль мы прошли минут за десять, и подхватив наш багаж, двинулись в зал встречающих рейс людей.
— Вон они! — Бабушка первой увидала омму и нуну, которые держали плакатики с нашими именами на корейском и тайском языках. За моей хальмони шла Лалиса с небольшим рюкзачком, а потом я, катя два наших чемодана. Через десять минут мы уже садились в машину оммы. Я помог с загрузкой чемоданов в багажник автомобиля бабушке и Лалисе. Хё Бин с изумлением смотрела, что тайки садятся в салон машины, а я наш груз подтаскиваю к багажнику и загружаю в него чемоданы.
Она подходит ко мне, и спрашивает:
— А почему ты таскал эти тяжести? У хальмони и этой девочки что, рук нет?
— Они женщины, а я мужчина, потому и тащил…
— Запомни! В Корее мужчина ничего не должен таскать вместо женщины! Это не принято! — Грозно насупив брови, чеканит моя старшая сестра. Не понял! У них что, тут феминистское движение началось?! Чешу репу, а потом вспоминаю — я же в Корее, скорее всего начались корейские заморочки! Что, сестрёнка, подождать до дома не могла? Что она там дальше вещает?
— Я твоя нуна, и я буду тебя учить и поправлять, если ты сделаешь что-то не по правилам!
Я открыл рот, чтобы ответить, но ничего не сказал. В голове проскользнула мысль, что придётся учить такие вещи, иначе потом хлопот не оберёшься.
— А теперь поклонись, и скажи, что всё понял! — Командует старшая сестра. Омма уже сидит за рулём, внутри играет музыка, так что, сидящие в салоне женщины не слышат нашего разговора.
— А кланяться обязательно? — Спрашиваю, зло смотря на сестру. В её глазах мелькает что-то вроде испуга, и она сбавляет обороты:
— Показывать уважение к старшим надо на людях, а так, веди себя просто вежливо. Я твоя нуна, и ты должен слушаться меня, я старше, и лучше тебя знаю, что, как, кому и когда надо сказать или сделать…
 
— Уважаемая Хё Бин! А не много ли вы берёте на себя? — Смотрю на нуну и продолжаю: — Ведь я могу и по уху заехать, силы у меня достаточно, хоть я и школьник!
Сестра замолкает, бледнеет, отступает от меня на шаг…
— Учти, сестрёнка, хоть ты и старше меня на десять лет, но такие выходки я терпеть не намерен!
Хё Бин, очевидно поняв, что я и вправду могу её стукнуть, подскакивает к машине, и исчезает внутри салона, хлопнув дверью.
Так, значит начались корейские наезды. Я, конечно, понимаю, что поступил глупо, и Хё Бин пожалуется аппе на меня. Естественно, потом придётся просить прощение, каяться во всех грехах… Но зато, теперь, сестра будет осторожнее, зная, что я могу ответить, если не делом, то словом. Конечно, всё спишут на растление несовершеннолетнего корейца дикими тайцами, и попытаются поставить в ряды "истинных" корейцев…
Даже, если удастся попасть в лэйбл, от этих корейских заморочек мне никуда не деться, тут всё пропитано ими. Так, что придётся прогнуться, чтобы не нарываться на скандал… Да и, если трезво рассудить, мне здесь жить и работать до конца жизни. Так что, будем привыкать.
Сажусь в машину. Омма поворачивается ко мне, укоризненно смотрит, качает головой, но ничего не говорит. Хё Бин сидит надутая, как индюк.
— Что произошло, Джу? — Хальмони строго смотрит на меня, а Лалиса, сжалась в комок, но навострила свои ушки…
— Ничего особенного, просто выясняли, кто главный. — Отвечаю бабуле.
— Я хотела, как лучше! — Подаёт голос нуна. Так и хочется ляпнуть фразу из моего старого мира:
"Хотели, как лучше, а получилось, как всегда!"
Хотя, она в данном случае и неуместна. Поэтому, просто молчу.
— Джу, и ты Лалиса! Запомните, здесь другая страна, другая культура, и вы должны приспособиться к порядкам, которые есть в Корее. Если вы этого не сумеете, то и не сможете долго быть не то что, айдолами, но вас могут погнать и с позиций трейни! — Хальмони серьёзно смотрит на меня и Лалису. — Поэтому, вы должны вести себя в соответствии с местными правилами. Забудьте о "пяти С", здесь не Таиланд! Понятно?
Я и Лалиса киваем головами. А бабушка продолжает:
— Слушайтесь Хё Бин. Она, как старшая сестра, имеет право не только вас учить, контролировать и следить за вами, но, если понадобится, может вас и побить. И ей за это ничего не будет. Она ведь старшая! — Вещает бабушка. — И так тут везде! И в школе, и в лэйблах, и на работе — если ты младший, то должен беспрекословно слушать старших, и точка! Только тогда ты сможешь достичь успеха.
Переглядываемся с Лалисой. В её глазах читаю испуг и вопль отчаяния:
"Куда это я попала?!".
Мда, как видно, эта страна чем-то больна, и лечиться не хочет… За полтора года, проведённые в Таиланде, я практически не ощущал никакого давления со стороны старших возрастом людей. Да, там тоже были определённые правила, но они не были так абсурдны, и возведены в абсолют, как это оказалось в Корее. Придётся приспосабливаться, другого пути нет…
Машина тронулась. Мы ехали до дома в полном молчании, только Лалиса с интересом смотрела в окно автомобиля на незнакомый ей город, людей, и отличный от Таиланда быт… Я только пару раз глянул, и понял, что Сеул этого мира очень похож на столицу Южной Кореи из моих старых реалий.
Утро следующего дня. Квартира Кимов.
Только что проснулся. Лежу в своей комнате. Она тут раза в три больше той, какая у меня была в Бангкоке. Родители действительно, хорошо подготовились к нашему приезду.
Часть комнаты Джу Вона.
Кровать у меня широкая, почти в два раза шире той, что была в доме бабушки. Но она ниже. Как я заметил, тут всё низкое. Даже обедали мы за низким столом. Придётся привыкать. Правда, неудобств малая высота стола не вызвала — я сел в позе лотоса, слава богу, научился в Таиланде. Тоже самое сделали Лалиса и моя хальмони…