Раз айдол, два айдол...(СИ)
Из этого я сделал вывод, что хоть на внешний вид тайцы выглядят беднее иностранцев, но на самом деле деньги водятся примерно у шестидесяти процентов населения столицы.
Под руководством старшего брата Бэма, мы, а было нас двенадцать разновозрастных детей, добрались до колеса обозрения в местном парке. Там была устроена сцена, и начались выступления местных артистов. Вначале выступали ансамбли с традиционными танцами и песнями. Это продолжилось до салюта, который все ожидали с нетерпением.
Людей на концерте было так много, что в некоторых местах была даже давка. Но мэрией города всё было учтено, и тут дежурили специальные группы врачей, и микроавтобусы скорой помощи. Мы засели на деревьях. Не знал, что Лалиса и Бэм могут взбираться на них, словно обезьяны! Мне они помогли, и я взгромоздился на толстой ветви под ними — они забрались повыше. Смотрю на стоящие рядом деревья, а на их ветвях вместо птиц сидят школьники нашего возраста!
Настроение в воздухе витает самое праздничное. Будто ровно в полночь всё станет по-другому. Будто закончится не только год, но и вместе с ним уйдут все накопившиеся проблемы. Это состояние передаётся не только мне, но и всему людскому мою, заполнившему парк.
— Начинается! — Вместе вопят сидящие надо мной Лалиса, братья Бэма и его сестра, и ещё несколько их родственников. Я верчу головой, пока не замечаю, что все смотрят на сцену. Таец на сцене начал обратный отсчёт:
— Гау, пэт, цет, хок… (9-8-7-6…).
…. Бааа-бах! Гром гонга возвещает, что в Таиланд пришёл новый, 2010 год!
Загремели салюты. причём их было тысячи, разноцветных, разнообразных и очень красивых…
Тыкая в небо телефонами, все люди, стоящие в парке, восторженно радовались каждому новому залпу салюта, такому уже обыкновенному, но всё ещё чуду. Полчаса фееричного зрелища. и концерт продолжили эстрадные певцы. Вначале на сцену вышел парень, чуть старше нас, но публика встретила его таким рёвом, как будто это какая-нибудь мировая знаменитость.
— Ви Стар, Ви Стар! — Скандировали с деревьев школьники. Я дома посмотрел в интернете насчёт этого парня. Это местная знаменитость, зовут его Сукрит Витескеу. Он выиграл в два года назад тайскую "Фабрику звёзд", и к нему оттуда прилепилась кличка "Ви Стар". Пел он действительно хорошо. Исполнил уже широко известную песню "Лук лайк лав".
https://www.youtube.com/watch?v=gW8XDvcCz9E&t=21s
Потом я нашёл в интернете ещё одну из его песен.
https://www.youtube.com/watch?v=h_qjzGzsTqQ&t=46s
После него появился ещё один парень, но на тайца он похож не был. Как мне потом сказала Лалиса, зовут его
Чин Чинавут, а мама у него — француженка, поэтому он и не походит на азиата. Он тоже исполнил одну песню из своего клипа:
https://www.youtube.com/watch?v=GYtcFHj06ww
Появление двух девчонок на сцене, вызвало такой ажиотаж, что толпа колыхнулась в сторону колеса обозрения.
Тут я увидал, как работает соблюдающая на концерте порядок, местная полиция. Бамбуковые палки с большой скоростью опускались на головы и плечи разгорячённых алкоголем людей, слишком близко приблизившихся к сцене. Лалиса, Бэм И все, кто сидел на ветвях "нашего" дерева, заорали:
— "Неко Джамп"! "Неко Джамп"!
Это была группа местных айдолов-девиц, уже популярных в среде тайских школьников и студентов. Они пропели песню из одного своего клипа.
https://www.youtube.com/watch?v=GBJDtacFwLo
— Ну, всё! Пошли домой! — Старший брат Бэма стал руководить спуском с дерева. Я посмотрел вниз. Толпа медленно расходилась. Как потом мне объяснила хальмони, метро в новогоднюю ночь работает до двух. Поэтому, большинство тайцев устремилось на электропоезда, чтобы успеть домой, пока открыты станции метро…
Наша банда в транспорте не нуждалась, и мы благополучно возвратились в дом матери Бэма. Нас уже поджидал праздничный стол. Естественно, что главным блюдом на нём были том-ям, салат из креветок, свиные шашлычки на палочках. Всё это приправлялось рядом довольно острых соусов, но моему корейскому желудку такие приключения нипочём, поэтому я перепробовал всё. Особенно, понравились шашлычки. Запивали всё это дети соками, а под конец нам дали по кокосовому мороженному. Мы не только ели, но Лалиса и Бэм исполнили какой-то современный танец с рэпом, популярный в Таиланде. Я же демонстрировал свои художественные способности — рисовал всех прямо с натуры. Ушли мы от гостеприимных хозяев примерно в четыре утра.
Первое и второе января в Таиланде нерабочие, поэтому я и хальмони сидели дома, смотрели телевизор. Потом нам позвонили омма и нуна из Сеула. Они только что проснулись, и вспомнили, что забыли поздравить хальмони с Новым годом. Говорили на тайском языке, хотя я заметил, что Хё Бин постоянно вставляет корейские слова. Омма рассказала, что встретила Новый год на одной из передач корейского телевидения. Оказывается, её приняли на постоянную работу со-ведущей одной из музыкальных передач телекомпании МБС.
— Вот когда приедешь домой, сынок, через год, будешь меня видеть два раза в неделю на экране телевизора! Сможешь друзьям показывать свою знаменитую омму! — Смейтся Чани.
— Я тоже хочу стать знаменитым! Поэтому попытаюсь попасть в трейни какого-нибудь лэйбла! — Отвечаю маме.
— А разве в Таиланде есть такое? — Удивляются омма и нуна.
— Отстали вы от прогресса! В этом новом году, в Бангкоке, сразу несколько разных корейских музыкальных агентств решили набирать трейни!
— Даже так?
— Да! Джу уже довольно хорошо поёт. Ходит к педагогу по вокалу. Танцевать его учат друзья, которые тоже хотят стать айдолами. Их Джу обучает корейскому языку. Уже немного говорят на нём, писать учатся. — Вставляет свои пять копеек бабушка.
Голограммы оммы и нуны переглядываются. Видно, очень удивлены.
— Нуна, когда я приеду в Сеул, ты ведь уже будешь работать в компании отца? — Обращаюсь я к старшей сестре.
— Да, Джу, а что такое? — Настораживается Хё Бин. Да и омма сразу становится серьёзной.
— Просто, я хочу узнать, чем занимается фирма аппы. Может и я чем-нибудь смогу помочь…
— Ты ещё маленький, заниматься такими делами! — Хмуриться нуна.
Чего это она? Непонятно! Не хотите, не буду интересоваться…
— Ладно, подожду, пока подрасту…
— Долго придётся ждать! — Отрезает омма. И что с ними такое? И тут в голове проясняется. Они наверное думают, что я хочу устроить драку за наследство! Надо поставить все точки над "и", чтобы в дальнейшей жизни не появилось напряжение в отношениях с родителями и сестрой. Поэтому, воспользовавшись паузой в разговоре бабушки и оммы, говорю:
— Я не люблю бизнес, и не собираюсь претендовать на саму компанию, раз уже решено, что Хё Бин будет руководить ею после аппы. — Мой серьёзный тон и заявление, которое практически невозможно услышать от двенадцатилетнего школьника, вызывают удивлённые восклицания не только у моих сеульских родственников, но и у хальмони.
Что, не ожидали? Продолжаю "ковать", пока горячо:
— Я, просто, дополнительно к школьной программе, готовлюсь по физике и химии. Ведь, даже став айдолом, я не смогу всю жизнь быть на сцене. Да, я хорошо рисую. Поэтому, планирую поступить в институт изобразительного искусства, когда перееду в Сеул, завершу учёбу в школе, и сдам Сунын. Но я желаю, если смогу, конечно, помочь своими знаниями нашей семье, и поучаствовать в разработке какой-нибудь продукции.
Шок — это по нашему! Омма, хальмони и нуна в ауте. Сын, брат и внук показал, что несмотря на свой небольшой возраст, он понимает намного больше, чем думают родители…. Молчание затягивается минут на пять, а потом омма осторожно спрашивает: