Призыв ведьмы. Часть 2 (СИ)

Хэла запнулась, вздохнула, потому что быстро шептала и Рэтар ощутил, как рубаха мокнет от слёз ведьмы.
— А Найта, она была другая, на неё по-другому действовали заговоры… — она всхлипнула. — Прости, если не получилось от Миргана и Элгора смерть отвести, я правда очень старалась. Я буду ещё делать, пока смогу, но там, как они сами…
В голове Рэтара вспыхнуло воспоминание о стреле. Может он отвёл смерть от Миргана? Значит только Элгор…
А потом удар, ещё удар… в ушах зазвенело, внутри всё сотряс ужас… Хэла…
— Родная, — он с трудом отстранился от неё, чтобы заглянуть в глаза. — Ты тоже держала камень.
Хэла не ответила, эта жуткая тоска в глазах, словно уже прощается с ним, словно всё кончено. Схватившись за неё сильнее, не думая уже о том, что сделает ей больно, потому что сковало, в глазах появились слёзы.
Его руки почувствовали мокрые, ледяные пальцы её руки, тогда у мага, он никогда этого не забудет, как не забыл руку матери, которую держал в последний раз, как ощущение тела Элары, когда прижимал перенося из её комнаты в комнату мамы, и даже рука отца в крови из последних сил сжимающая хватающая его в страхе. И эта рука Хэлы, которую взял, когда она умирала. И вот оно снова.
— Эта злость, она такая ужасная, такая жуткая… теряешь себя, — проговорила ведьма и это значило, что всё это время она сражалась с этой злостью внутри себя. Его маленькая храбрая и такая недоверчивая женщина.
— Хэла… я запрещаю тебе умирать, слышишь? — если бы на ней было бы его слово призыва, он бы мог запретить, мог бы и оно сбылось, да?
— Я очень постараюсь, — прошептала она, уголок губ дрогнул от робкой улыбки. — Но если не смогу… прости меня.
Рэтар мотнул головой, уткнулся в её макушку, втянул запах волос, пропахших кострами, и захотелось взвыть. Кто в итоге сломлен, кто раздавлен и теперь теряет себя?
В дверь постучали. С трудом Рэтар встал и забрал вещи Хэлы, которые принёс сам Элгор.
— Изар встал, портал не поддаётся, — сказал тан с нескрываемым разочарованием.
— Собираемся, — глухо отдал приказ Рэтар и, закрыв дверь, обернулся к Хэле.
— Тебе помочь одеться? — и обыденные вещи были сейчас такими болезненными.
— Не надо, я сама, — ответила ведьма.
— Хорошо.
И ему сложно было просто стоять, ничего не делая. Утопая в тревоге, страхе за неё. Но его ведьма ещё жива. Если стрела была смертью брата, то он смог всё изменить. Теперь Хэла и Элгор. Значит глаз с неё не спустит, да он собственно и не собирался.
Ведьма быстро оделась, собрала волосы в хвост, и кивнула ему в знак готовности отправляться.
— Хочешь попрощаться с Найтой, — спросил Рэтар. — Я тебя отведу в селение.
— Нет, — мотнула головой Хэла и отвела взгляд. — Не надо.
— Хорошо, — отозвался феран. — Тогда пойдём.
Они вышли вместе. Не ускользнуло от внимания, что стоящий у двери ферана стражник из отряда митара, имени которого Рэтар почему-то не помнил, вжался в стену при виде Хэлы. Испугался. Стало не по себе, потому что вот об этом феран не подумал — теперь Хэлу будут бояться. Будут шарахаться, как от хворой, потому что чёрная, теперь уже точно всем понятно, что чёрная ведьма.
Спустившись вниз, они наткнулись на Тёрка.
— Ведьмочка моя, Хэла, — брат сгрёб её в охапку и Рэтар решил оставить их одних, потому что точно знал, что Тёрк знает, что можно сказать нужное, чтобы ей, может быть, стало немного легче.
Во дворе было шумно. Все суетились. Часть обозов, собранных в дорогу, отправлялись из селения вместе с ними, а другая должна была отправится в Зарну с Гиром, Тёрком и отрядом митара.
Сейчас во дворе были только командиры отряда ферана, его форы и серые, которые к сожалению должны были совершать переход на тоорах и он заметил, что тооры эти были самые неподходящие для неопытных всадников, какими были почти все серые.
Феран позвал загонщика. Тот долго оправдывался, потому что больше не осталось, потому что отряд разделил хороших, да и стадо перепуталось оказывается, часть добротных, послушных животных оказались в селении, в загонах при корте служения и получается, что на них отправятся воины отряда митара и много ещё оправданий.
 
— С тоорами серых проблема? — Шерга при всей своей мерзости характера в деле был собран, особенно сейчас, когда понимал, что простили и вести себя с вызовом опрометчиво и глупо. — Может поменяемся с ними?
Рэтар согласно закивал и обернулся на стоящих кучкой серых. Хэла уже была во дворе и чесала морду одной из тоор.
— Давай, мы поменяемся с вами, я отдам тебе свою, а командиры отдадут своих, одиннадцать, так? — подошёл к ней феран.
— Десять, — поправила его ведьма, — и не надо. Всё будет хорошо, не переживай.
— Почему десять? — удивился Рэтар.
— Потому что вон та, — она указала на одну из тоор, — с всадником не поедет, она через лунь где-то родит, пусть идёт налегке.
Рэтар вздохнул и нахмурился.
— Сола и Анья на одной поместятся, вон тот крупный, — отозвалась Хэла, словно читая его мысли. — Не переживай, говорю же.
— Этот злющий, — феран повёл головой на того, возле которого они стояли.
— Не правда, я на нём сюда ехала. Видишь, жива-здорова, — улыбнулась ведьма. — Я послежу за серыми, достопочтенный феран. И за торами тоже, не тревожься.
— Хорошо, — согласился Рэтар и, снимая плащ, надел его на Хэлу, потому что она была в одном платье.
— Не надо, я схожу за своим, — нахмурилась ведьма, смущаясь.
— Не трать время, надо догонять отряд, — проговорил он и крикнул Шерга, чтобы все отправлялись. Тот кивнул и воины стали один за другим покидать двор.
Хэла поправила плащ, закрепила застёжки, потом сказала серым на каких тоор кому садиться, подошла к каждой. Помогла забраться Милене, которая явно ни разу не сидела в седле.
— Я поеду с ними, — Роар подъехал уже сидя на тооре.
— Хорошо, — согласился глава дома, направляясь к своей тооре.
Он выезжал последний.
— Рэтар, — позвал Тёрк и подошёл вплотную. — Я хотел сказать ещё наверху, но как-то… не знаю… Все мы знакомы с потерей и все мы творили что-то, за что потом стыд сжигал и больно было. Вспомни каково было тебе.
— Я не… — нахмурился феран.
— Я знаю. Я про её чувства, а не про твои, — он положил руку ему на плечо и сжал. — Лёгкой дороги, брат. В Зарне свидимся.
— Свидимся, Тёрк.
Развернув тоору, Рэтар вышел с ней из ворот, после чего сел в седло и обернулся во двор, где старший брат прижал к груди сжатую в кулак руку. Кивнув ему, феран с тяжёлым сердцем отправился догонять отряд.
Глава 23
— Держись коленями, — сказала ей Хэла, усадив в седло.
Как будто это могло помочь. Страшно было до жути. Милена никогда не сидела в седле, она к лошадям-то ни разу не подходила в своём мире, а тут… почему она не общалась с тоорами? Надо было пытаться, уж тем более когда узнала, что придётся ехать в седле. И была же возможность. Ну, не попросила бы Хэлу, можно было бы попросить Оань. Она наверное лучше всех, как казалось Милене, из серых сейчас ехала в колонне, спокойно и размеренно. И Хэла, понятно.
Женщина вообще не держалась коленями, кстати, она просто подобрала ноги, скрестив их где-то на шее тооры, как видела белая ведьма, совершенно не напрягаясь и держалась только одной рукой за спину или как там правильно, круп животного? Вторая рука держала поводья, но не сильно, лишь иногда подтягивая их, уж наверное, чтобы животное понимало, что им управляют. Или зачем-то ещё? Для Милены это был лес дремучий.
Девушка была просто раздавлена своим неумением… Да чего там — как попала, каждый день приносил новые пинки.
У Милены было отличное образование: гуманитарные науки на отлично, точные на хорошо, но какой ей прок от всего этого здесь и сейчас? Из бытовых умений — уборка и готовка? Она отлично пекла пироги, но здесь это тоже не имело никакого значения, потому что продукты были другие. Да и кто её подпустил бы к плите или печи?
Шитьё-вязание… да, Мила связала один носок! Кривой правда, но кажется она скорее сотворит тут всем долгожданную весну, чем свяжет второй. Хотя конечно, зима наступит снова, Милена смирилась, что теперь она здесь и вариантов никаких нет, и носки явно не будут лишними. Но и всё?