Призыв ведьмы. Часть 2 (СИ)

— Может делом займёмся, а то мне ещё в Зарну дом собирать, — проворчал на все их шутки бронар.
— Зачем ты решил дом в Зарну отправить? — став серьёзным, спросил Тёрк.
— Там безопаснее, — отрезал феран и тон его давал понять, что ничего другого они от него не услышат.
В подземельях под башнями было несмотря ни на что достаточно сухо. Часть шальных, тех что были изарийцами, уже приготовили к тому, чтобы заклеймить и отправить в Хар-Хаган, остальные ждали решения корт о выкупах, а если нет — смерти.
Когда мужчины прошли по коридорам подземелья соединяющего две сторожевые башни Трита, то к решёткам в некоторых местах подскочили заключённые и, понимая кто перед ними, стали просить о милости. Но Роар точно знал, что к Рэтару бесполезно взывать с просьбой о милости — своих решений он никогда не менял.
В отдельной камере были торговцы. В основном это были семейный пары, кое-кто из них был с детьми, но в основном взрослые. К ним хорошо относились. В этой части подземелий были какие никакие тюки с травой, на которых можно было спать, здесь было суше, чем в других камерах, а ещё были заговоры, потому что именно тут обычно могли бы схорониться домашние, если бы на Трит напали, поэтому единственное на что могли пожаловаться торговцы это на то, что их держали взаперти.
Но каждый разумный человек должен был понимать почему это произошло — с ними пришли шальные. Да ещё и не два-три воришки, которые почти всегда были при обозах торговцев, а настоящие разбойники, которые могли разграбить и даже уничтожить менее укреплённое, в отличии от Трита, селение. Сейчас все эти люди могли радоваться, даже если феран их просто отпустит, с пустыми обозами, а может и вовсе пешими — это было в его праве, ровно как и убить всех за нападение.
Элгор указал на главного в обозе — это был грузный мужчина, средних лет, седой, с когда-то окладистой бородой, которая теперь больше походила на затертый клубок сухой травы. В него вцепилась мёртвой хваткой темноволосая молодая женщина.
— Только он как-то помоложе выглядел и не таким седым был, — заметил бронар.
— Станешь тут красавцем и не поседеешь, коли сидишь и ждёшь, чтобы тебе голову с плеч снесли, — усмехнулся Тёрк и, зайдя внутрь, вывел мужчину в коридор.
Дальше по проходу были кладовые с запасами: вяленое мясо, сушёные овощи, зерно и мука, бочки с водой и цнелей, а также оружие. Мужчину усадили за стол.
— Как звать? — спросил Тёрк, нависая над ним.
— Моё имя Таол Гнест, — ответил тот, сухим, дрожащим голосом. — Я торговец из Кирта. Мы почти все оттуда.
— Это достопочтенный феран Изарии Рэтар Горан, — представил Тёрк ферана, который встал к стене напротив торговца.
— Я так и понял, — отозвался мужчина, потом побледнел, разволновался и заикаясь произнёс: — Ох, простите, простите великодушно мою дерзость. Я… я… приветствую вас, достопочтенный феран Изарии, долгих тиров вам и благополучия вашему дому. Надеюсь на ваше благодушее и справедливость, о которых я так много слышал.
Тёрк фыркнул в бороду.
— Может мне тоже себе шрамень на всю морду заиметь? — ухмыльнулся он. — Нас тогда путать начнут.
— Я могу тебе помочь, — отозвался Рэтар.
— Почту за честь, — склонился корпусом Тёрк.
— И на какую именно справедливость ты, Таол Гнест, — проговорил феран, — надеешься, после того, как притащил в мой дом пятьдесят два вооружённых шальных человека?
— То, что произошло… достопочтенный феран, это… это недоразумение, это…
— Недоразумение? — перебил его Рэтар. — Ты считаешь, что почти смертельное ранение моего митара это недоразумение?
Торговец побледнел, ему стало тяжело дышать, он пытался найти слова оправданий и очень, очень старался выдержать тяжёлый взгляд ферана, но не смог.
— Я… позвольте, достопочтенный феран… — он опустил глаза, невнятно пояснил. — Они напали на нас на границе с Юргом, мы там почти ничего не продали, обоз шёл лесом и, когда мы ещё даже границу не успели пересечь, как они напали. Они приказали нам двигаться в сторону Каменного тракта и возле Уэта к ним присоединилась ещё одна группа шальных. Мы были напуганы, достопочтенный феран.
 
Торговец снова обратил на Рэтара взгляд.
— Куда им надо было? — спросил Тёрк.
— Они хотели в Горш, но я напросился в Трит заехать, сказал, что нас тут ждут, — он глянул на ферана, потом на Тёрка. — Я… чтобы не вызвать подозрений, мне говорили, что в Трите феран, я изначально хотел отправить обозы сюда, до нападения, а когда напали… я надеялся на помощь.
— То есть ты знал, что феран и его люди в Трите, — уточнил старший брат Рэтара, — а шальные нет?
— Никто из них не возражал, — ответил торговец. — Некоторые сказали, что в Трите можно будет поживиться.
Тёрк нахмурившись переглянулся с Рэтаром. Впрочем, сказанное смутило и Роара с Элгором.
— Напомню тебе, торгаш, что ложь достопочтенному ферану вполне может караться смертью, а что до твоей дочки, — Тёрк кивнул в сторону камер, — то я вот только с границы, бабу не мял больше двух луней, развлекусь на славу.
Мужчина поднял на него полные ужаса глаза, он был готов расплакаться и практически терял сознание.
— А с чего мы должны ему верить, что торговцы были в Юрге, — отозвался Элгор. — И что сам он из Кирта?
— Да, не особо похож, а дочка и подавно на киртийку не тянет. Больше на изарийку, — кивнул Тёрк.
— Моя… моя… супруга, её мать была отсюда, — прошептал торговец.
— Откуда? — спросил старший брат ферана.
— Из Изарии, она была изарийкой…
— Откуда именно? — потребовал уточнения Рэтар.
— Из Хилда.
— Хилд большой, — покачал головой феран. — Точнее.
— Или ты не знаешь, где супруга родилась, и как её отца звали? — Тёрк не сдавал и давил мужчину. — Ты её на дороге нашёл?
— Нет, нет… — торговец покачал головой. — Из Хилда, из селения Изрит.
— Как имя по отцу? — спросил феран.
— Орита, её звали Миая Орита.
Рэтар одобрительно повёл головой.
Вот этому Роар всегда поражался — памяти тана. Он знал все названия селений в Изарии, даже таких, где было не больше пяти дворов, и их порой не было на карте, а ещё знал какие, где были имена. Сам Роар конечно не слышал ни про какой Изрит, и уж тем более не знал какие там живут люди и какие имена они могли бы носить.
— И я могу доказать, что мы были в Юрге, — просветлел торговец. — Достопочтенный митар Юрга, когда мы были в Юторге, купил у меня хилдский кинжал.
Тёрк снова посмотрел на Рэтара, а тот глянул на Элгора. Бронар понимающе кивнул и ушёл.
— Хорошо, — сказал феран. — Допускаю, что ты не лжёшь. Молись, чтобы митар Юрга вспомнил тебя и кинжал. Если вспомнит, то мы заберём часть товаров из обозов и отпустим вас, проводя в сторону границы ферната Хэжени.
— А если не вспомнит? — прошептал торговец в спину уходящего ферана.
— А если не вспомнит, то у тебя не будет головы, а у меня будет добротная бабёнка, потому как дочка у тебя, что надо, — проговорил на ухо мужчине Тёрк, поднимая его под руку, и повёл обратно в камеру.
Роар догнал Рэтара на выходе из башен, за ними вышел Тёрк. Он был взвинчен и зол.
— Это что за, что вообще происходит?
— Давай потом обсудим, — отозвался Рэтар.
Вид у ферана был суровый, он снова вернулся к своему обычному состоянию, стал напряжённым и задумчивым. И Тёрк и Роар отлично понимали это состояние. Они вдохнули морозный воздух, в ворота влетала одна из хараг Хэлы, следом шёл Брок и сама смеющаяся ведьма.
— А ещё те, которые лечат ноги… при чём там прям несколько врачей, — смеялась она.
— Это вообще не естественно, — возразил Брок.
— Очень по-мужски, — кивнула она.
— С чего вдруг? — удивился парень.
— Ну потому что мужики вечно кричат, что врачи — фигня, — фыркнула Хэла. — А вот моя бабка, матэ по-вашему, которая врачей видела чаще, чем своих родных, своего мужа и сына пережила и умерла, когда ей было восемьдесят три!
— Сколько? — Брок опешил.
— Восемьдесят три. Это в четыре раза больше чем тебе сейчас, дружок!