Личный Враг (СИ)

Что удивительно, в своих выводах я всё-таки ошибся. Чтобы проводить время хоть с какой-то пользой и заодно собрать немного информации, пристроился за серой канцелярской крысой, решив понаблюдать за его работой со стороны. И вот тут уж мне совершенно точно было на что посмотреть и что послушать.
Всех тех Игроков, кто изъявил желание добровольно влиться в ряды военно-гражданской администрации, этот эталонный образец любой канцелярии опрашивал по какому-то своему шаблону, чётко фиксируя ответы, после чего прошедшему опрос Игроку выдавал в руки нумерованную пластиковую фишку одного из трёх цветов: красную, синюю или жёлтую. Затем также скрупулёзно и обстоятельно вносил в документы пометку об этом.
А вопросы у нудного канцеляриста были достаточно простые: ФИО, уровень и ранг Игрока, значения Параметров, имеющиеся навыки, уровень владения оружием и его тип Божественного покровителя. А также вид имеющегося у Игрока Системного оружия и его ранг, опыт боевых действий или военных операций до прихода Системы. И последний вопрос, как контрольный выстрел в голову, есть ли желание сражаться в регулярных отрядах или выполнять лишь минимум, необходимый для обнуления таймера принятия миссии.
Понятно, что с моей Улучшенной памятью, все прозвучавшие ответы фиксировались не только в пухлой серой папочке, но и у меня в сознании. Меня несколько насторожила видимая благодаря Чувству маны направленная на Игрока волна магии, исходящая от скромной неказистой канцелярской крысы каждый раз после проведения опроса и перед выдачей фишки. Это явно или Идентификация, или какой-нибудь навык, отличающий правду от лжи. Не зря же канцелярист делал дополнительные заметки после каждого такого разговора.
Все, кто готов был регулярно сражаться и выполнять выдаваемые Системой миссии на постоянной основе, получали в руки красную фишку. Я присмотрелся к форме бойцов оцепления, прибывших на БТРах. У них всех были на рукавах повязки красного цвета, видимо, это обозначение боевого крыла. А что, удобно.
Фишки синего цвета выдавались тем, кто был готов лишь выполнять обязательные миссии, закрывая свой минимум, но не более того. Не было у этих людей азарта или желания обрести новую силу, только получить некое подобие стабильности и безопасности для себя.
Ну, и как это ни печально, самая большая часть людей даже после пережитой бойни сражаться не хотела вовсе. Только вот Системе плевать, хочешь ли ты сражаться, можешь ли ты это делать или нет. Призыв на миссию всё равно будет, и от этого обычному Игроку никуда не деться. А вот наивному безынициативному балласту, получившему от канцеляриста жёлтую фишку, в самом ближайшем будущем предстоял длинный путь изнурительных тренировок и очень скорая перспектива смены жизненных ориентиров. Я, откладывая в памяти постоянно поступающие сведения об Игроках и благодаря своему высокому Восприятию, успел также подслушать разговор вояк, что военно-гражданская администрация особо не церемонится. Миссии от Системы и добыча на них тварей, экипировки и карт навыков стали основным способом заработка. И хоть никто никого не неволил, до рабства ситуация пока ещё не скатилась, но нахлебников в подразделениях Администрации не держали. Не хочешь работать на благо общества — вон дверь, идите на фиг, пожалуйста. Ежедневно в одном только Воронеже проходят Системную Инициацию несколько десятков новых Игроков. А тех, кто по какой-то причине не захотел сражаться и опустил руки, никто не жалеет — они просто пропадают, не возвращаясь с обязательных миссий.
Как говорится, тяжёлые времена требуют суровых решений. С другой стороны, по большому счёту, ничего не изменилось. В новых условиях мира выживают лишь те, кто готов меняться и выгрызать себе место под солнцем.
Пока прошедшие отбор и получившие свои фишки Игроки набивались в автобусы, как кильки в банку, я нашёл Восприятием пространства старшего офицера транспортного конвоя. Он сейчас решительно шёл следом за главврачом больницы в центральный корпус, и такой отличный шанс узнать побольше о внутреннем взаимодействии администрации Воронежа и укреплённых пригородных поселений я не мог упустить. — Шаг.
 
Ступая практически след в след, прошёл за ними в главный корпус, поднялся по шикарной мраморной лестнице с ковровой дорожкой, и прежде чем роскошная дубовая дверь с золотой табличкой закрылась, шустро прошмыгнул внутрь кабинета. Главврач сел за свой монументально выглядевший рабочий стол, а удобное кресло, стоящее возле приставки для совещаний, занял офицер. Я же, никак не засвечивая своё присутствие в кабинете, остался у закрытой двери, облокотившись на стену.
— Пётр Иванович, всё как договаривались. Как только отбились от двух волн вторженцев, предварительную вербовку прибывших на миссии Игроков провёл, но тут уж сами видите. В этот раз сдвоенная атака была критической, если бы не мощный взрыв в лагере противника, кстати, неизвестно кем и как устроенный, даже не знаю, устояли бы до Вашего прибытия, да ещё и Черти эти… Словно всё то, что раньше было сказкой, сейчас превращается в оживший кошмар.
Главврач эмоционально размахивал руками, голос его срывался, но дух не терял:
— Пётр Иванович, нам хотя бы охрану усилить, и, желательно, не только из военных, но ещё бы и штат Игроков расширить. Да и после последней поставки продовольствия прошло уже две недели, а людей меньше не становится, наоборот, всё больше прибывают.
Военный, который сидел ко мне спиной, при этих словах даже не шелохнулся, словно выточенный из камня. Видимо, и в основном лагере ситуация ненамного лучше, и успокаивать Главврача ему сейчас особо нечем.
— Александр Сергеевич, — вояка, приняв сложившуюся ситуацию к сведению, наконец-то вольготно развалился в кресле, подтащил к себе пепельницу, чиркнул спичкой и закурил сигарету, — к сожалению, текущая ситуация с каждым днём становится только хуже.
В городе недавно установлен комендантский час. Все силы военно-гражданской администрации, включая вновь завербованных Игроков, уходят на поддержание порядка и охрану стратегических предприятий. Ещё и количество миссий растёт изо дня в день, а с ними и инициация новых Игроков, но вот только они после получения способностей в основной своей массе совершенно не горят желанием сражаться. Мы конечно ведём работу над развитием боевых отрядов, и те из простых, не инициированных до этого бойцов, кто убил тварь оружием Системы, получают статус Юнита. Но даже и их просто катастрофически не хватает. Знаю, что и у Вас тут такие ребята тоже есть.
— Есть-то есть, вот только толку от них не так уж много: Юнит с простым несистемным ружьём и Игрок с системным оружием, да ещё и со способностями — это вещи несопоставимые.
— Александр Сергеевич, многого обещать не могу, но для Вас походатайствую о выделении дополнительных сил на охрану больничного комплекса.
— А что по поводу обычных людей? Сможете от нас принять к себе хотя бы сотню?
Вояка нервно задавил остатки сигареты в пепельнице и тяжело вздохнул:
— В ближайшие дни точно забрать не сможем, у нас для обычных гражданских, по большому счёту, условия даже хуже, чем здесь. Да и помощи от них немного. Не хочу давать ложных надежд, пока снег не сойдёт, принять гражданских точно не сможем, но хотя бы еду предоставим. Круп и пшена у нас пока ещё в достатке, да и других овощей на складах с избытком. Трасса М4 жива, ресурсы из Ростова и Краснодара продолжают поступать, так что голодать не будете. Для обычных людей мы ввели продуктовые талоны, мера вынужденная, зато даёт возможность гарантировать каждому жителю получение его пайки. Так что не беспокойтесь, снабжение не прекратится и голодать не придётся.
— Спасибо, — главврач облегчённо выдохнул. Видимо, проблема еды для него стояла очень остро, и заверения военного сняли часть проблемы. — Пётр Иванович, я благодарен Вам за поддержку, и в свою очередь, соблюдая наши договорённости, мы уже подготовили для Вас ядра маны, добытые из нападающих. Кроме этого половина трофеев, собранных с убитых, тоже уже подготовлена.