Тренировочный день 3 (СИ)
— Ты вообще на чьей стороне, Терехова⁈
— Мне Ирия Гай нравится! Но я на твоей стороне! Зачем тебе еще соперницы, у тебя и так их хватает! — спохватывается Оксана, выглядывая из-за плеча Лизы: — Альбина Николаевна та же… или Ирка из девятого «бэ».
— Ирка? Которая чулки черные носит и юбку подрезала? Она же вроде с Костей Горюновым ходит, который заместитель председателя школьной комсомольской ячейки? Они еще видик в красном уголке крутят по вечерам… — отзывается Инна: — а что с ней не так?
— Говорят, что она тоже вокруг Поповича крутится, а Горюнова бросила. — поясняет Оксана: — потому что он козел и с Нинкой на свиданку ходил, которая из школьной ВИА. На ионике играет.
— Уж Ирке из девятого «бэ» я нипочем не проиграю. — твердо говорит Лиза: — все, они пошли дальше, идем за ними. Старайтесь в глаза не бросаться, делайте вид что мы тут по делу и вовсе за ними не следим.
— По какому такому делу мы тут? — уточняет Инна: — потому что у меня тут никаких дел нет. Да и какие дела могут быть у школьниц возле проходной Комбината?
— Родителей встретить с работы? — предполагает Оксана: — если бы кто-то из наших родителей работал на Комбинате…
— У меня отчим там работает. — находится Яна: — в администрации завода.
— Да какая разница! Кто у вас спрашивать будет, вы чего⁈ Просто идем за ними и не палимся! — сердится Лиза Нарышкина.
— Хорошо, хорошо… — закатывает глаза Инна: — идем, идем. Просто это глупо — за Поповичем и его бабами следить. В субботу мы все вместе в поход пойдем, там на него насмотришься.
— Ага. Вот только Терехова, блин, пригласила с нами и Лилю. Гостеприимная ты наша, вот кто тебя просил⁈ — Лиза тычет Оксану в бок указательным пальцем: — кто тебя просил⁈
— Ай! Хватит! Ну нравится мне Ирия Гай, ничего не могу поделать! — защищается Оксана: — не тыкай меня! Ты не понимаешь, она же просто чудо!
— Никакая она не Ирия Гай! Никакая не инопланетянка с планеты Вереск! — повышает голос Инна.
— Вестер! Вестер а не Вереск! — в свою очередь повышает голос Оксана.
— Да всем все равно! Нету никаких инопланетян! Это все фантастика, Кир Булычев написал и в «Пионерской правде» опубликовал, вот и все! Хватит тут себе воображать черте-что, Терехова!
— Все начинается с воображения! И… — тут Оксана замолкает. Оглядывается. Прямо перед ними стоит, сложив руки на груди Виктор Борисович, а рядом с ним — та самая высокая девушка с длинными и тонкими черными косами.
— И почему я не удивлен. — раздается его голос: — четверо неуловимых мстителей снова пошли в отрыв. Что вы тут делаете так поздно? Скоро уже одиннадцать будет, а вы по улице шарахаетесь.
* * *Виктор оглядел застигнутых на месте преступления девчат. Они выглядели виноватыми, даже вечно дерзкая Инна Коломиец и та взгляд потупила. Ситуация его больше смешила, но все равно вид нужно было сделать крайне суровый и строгий. Чтобы знали.
— Эээ… а мы просто гуляли. И совсем про время забыли. — говорит за всех Яна Баринова: — не ругайтесь пожалуйста, Виктор Борисович.
— Да я в общем и не ругаюсь. — отвечает он, подумав о том, что Яна всегда такая была — готовая за всех отвечать. Взять на себя вину и вести переговоры. Что и не удивительно, она уже полностью сформированная личность… дальше паттерны просто закрепятся и усилятся. Как там? Пробираясь до калитки, полем вдоль межи — Дженни вымокла до нитки вечером во ржи… очень холодно девчонке, бьет девчонку дрожь, замочила все юбчонки идя через рожь. Если кто-то звал кого-то сквозь густую рожь и кого-то обнял кто-то — что с него возьмешь? И кому какое дело, если у межи целовался с кем-то кто-то вечером во ржи…
— Но все равно я вас всех лучше по домам провожу. — говорит он, стряхивая с себя паутину воспоминаний, очарования голоса Яны и стихотворения шотландского поэта: — Айгуля, ты тогда домой сама иди, а я эти неуловимых мстителей доставлю в руки царских жандармов-родителей, как и положено штабс-капитану Овечкину. Неуловимые мстители наконец пойманы.
— Давай вместе их проводим. — отвечает девушка с длинными и тонкими черными косичками и озорно взблескивает глазами: — все лучше, чем ты один будешь ходить. А если что случится, то я тебя защищу, раз уж у нас сегодня ни Волокитиной ни Бергштейн рядом нет. Как можно мужика одного по ночному городу отпускать? Вон такая как Маслова появится — как отобьешься?
— Продолжаешь меня подкалывать, а? — качает он головой: — ну да ладно. Хочешь по городу походить вечером — твой выбор. И… — он не успевает закончить. Рядом с ними останавливается милицейский бобик, на секунду ослепив их фарами. Виктор невольно подбирается. Они что-то незаконное сделали? Да вроде нет. Просто стоят тут и все. Другое дело, что не должны девочки так поздно ночью гулять… хлопает дверца и из машины выходит милиционер, его лица Виктор не может разобрать из-за света фар.
— Витька-джан! — раздается знакомый голос: — а я смотрю, кто ночью не спит, у кого совесть не чиста? А он всех девушек города вместе собрать решил, а?
— Гоги Барамович! — узнает своего соседа Виктор: — а ты какими судьбами?
— Да на усиление отправили, понимаешь. Из Южлага дернулись рецидивисты, в побег подались. — говорит Гоги и поправляет брезентовый ремень на плече. Только сейчас Виктор отмечает необычный вид своего соседа. Обычно он в синей рубахе и штанах с лампасами, даже кобуры на поясе не носит, а сегодня — в бронежилете и со сферой шлема на голове, через плечо перекинут ремень АКСУ или как этот автомат ласково прозвали в девяностые — «Ксюхи». На поясе — брезентовый подсумок для запасных магазинов.
— Это опасно? — спрашивает Айгуля и Гоги поворачивается к ней.
— А я тебя знаю. — говорит он: — ты же в тот раз за Витькой в общагу приходила. Айгуля, верно? Меня Гоги зовут, я Витькин сосед и в целом мировой парень. А насчет беглых преступников можешь не переживать, пока тут стражи закона и порядка — вы в безопасности! — он подбоченивается. Айгуля окидывает его скептическим взглядом и тот немного сдувается, поправляет автомат на плече.
— Ну а если серьезно, то скорее всего они уже из области исчезли. Какой смысл им тут торчать… — говорит он: — дороги, конечно, перекрыли, но пока схватились, пока то да се… — он машет рукой: — поди уже в Московской области.
— Гоги Барамович! — говорит Виктор: — слушай будь другом, развези моих учениц по домам, а? Пешком мы будем час мотыляться а то и два. А им завтра в школу.
— Что? Так эти девушки — школьницы? Современное поколение акселератов… — бормочет Гоги и откашливается: — конечно отвезу. Давайте все в машину. Витька с Айгуль на заднее сиденье, а школьниц я в клетку посажу. Для так сказать осознания, чтобы не гуляли по ночам…
— Очень педагогично. — кивает Виктор: — а может у вас в отделении еще и камера свободная есть?
— Камеры всегда есть. — авторитетно заявляет Гоги Барамович: — но только для избранных. Как там — много званых, но мало избранных. Ты уж извини, Вить, но твоим ученицам я пока только стакан с решеткой в уазике могу предложить. Но все включено и вообще услуга «люкс». Домчим всех домой с ветерком, нечего по ночам шляться.
— Вот спасибо, Гоги Барамович, выручил! — радуется Виктор: — девочки! Забирайтесь в машину!
— Виктор Борисович! Я в клетку не полезу!
— Терехова заткнись и полезай!
— Виктор Борисович! А Баринова дерется!
— В самом деле может все же их в салон посадить. — сомневается Айгуля: — а мы с тобой можем и пешком пройтись…
— Товарищ милиционер, не отпускайте их одних! У него Ирия Гай есть, а он с… этой!
— Весело живете, Витька-джан. — качает головой Гоги: — не позавидуешь…
Глава 13
Глава 13
Главки с булавку
Недалеко за городом, за его растущими окраинами — находились песчаные карьеры, откуда в свое время брали песок и щебень для большой стройки Комбината. С тех пор прошло много лет и песчаные склоны карьеров заросли редкой растительностью, а кое-какие из карьеров даже заполнились водой, образовав рукотворные водоемы. Купаться на карьерах было, конечно, запрещено, даже табличка такая где-то стояла, но когда мальчишки таких предупреждений слушались?