Цикл "Детектив Киёси Митараи. Книги 1-8" (СИ)

Бундзиро Такэгоси соблазнила не Кадзуэ, а Таэко Судо. Причина простая – шантаж заставил Такэгоси взять на себя «утилизацию» тел убитых девушек. И еще, Таэко была нужна сперма, чтобы представить убийство Кадзуэ как дело рук мужчины.
После убийства Хэйкити Таэко проложила по снегу мужские следы, поэтому, думала она, даже если Масако и ее дочерей признают непричастными к смерти художника, ей самой разоблачение не грозит, потому что виновным в убийствах Хэйкити и Кадзуэ будут считать неизвестного мужчину.
  
После секса с Бундзиро Такэгоси она вымазала влагалище мертвой Кадзуэ, лежавшей за стенкой, его семенем, чтобы навести следствие на мысль, что насильник и убийца совершил половой акт с трупом. Этот факт дает понять глубину озлобления, которое переполняло сердце этой женщины. Бундзиро Такэгоси вступил в интимную связь с живым человеком, а ему (пусть анонимно) приписали соитие с трупом.
– Однако, – прервал я Митараи, – если Таэко Судо хотела представить оба убийства делом рук какого-то мужчины, может, тогда не надо было инсценировать ограбление?
– Ты не прав. Не будь ограбления, полиция связала бы это преступление с убийством Хэйкити и могла обратить более пристальное внимание на дом Кадзуэ и в конечном итоге обнаружить в кладовой тела убитых девушек. Вот чего она боялась.
Однако, даже инсценировав ограбление, Таэко не могла быть уверена, что полиция не займется домом Кадзуэ всерьез. Ведь это было не простое ограбление, а ограбление с убийством.
Риск, что полиция может наткнуться на тела в кладовой, был слишком велик, поэтому надо было изо всех сил подгонять Такэгоси. Ей еще повезло, что район Каминогэ в те времена больше напоминал деревню, хотя и входил в столичную префектуру. Местная полиция работала вяло, особо не напрягаясь. Сейчас задуманная Таэко Судо комбинация не прошла бы – уровень следствия уже другой, его не проведешь.
И газетная печать стала более четкая. Увидев в газете фотографию Кадзуэ, Бундзиро могло показаться, что произошла путаница. Но уверенно сказать, что на фото не та девушка, что затащила его в постель, он не мог. Фотография была очень маленькая, да еще подретушированная, и девушка на ней совсем молоденькая.
Идем дальше. Зачем преступница вытерла кровь со стеклянной вазы, которой убила Кадзуэ? Почему она хотела, чтобы Бундзиро увидел чистую вазу? Таэко поставила вазу туда, где та обязательно бросилась бы в глаза Бундзиро, чтобы отпечататься в его памяти, и чтобы он не подумал, что убийство Кадзуэ произошло до того, как он вошел в дом.
Следующий вопрос. Кадзуэ убили, когда та сидела, повернувшись лицом к зеркалу. Это автоматически подтверждает, что Кадзуэ и Таэко были в достаточно близких отношениях. Чтобы скрыть этот факт, Таэко тщательно стерла брызги крови с зеркала и оттащила тело Кадзуэ в другую комнату. Здесь, конечно, она допустила прокол. Если уж разделываться с Кадзуэ, имело смысл сделать это не перед зеркалом и не таскать труп по всему дому.
С другой стороны, Таэко знала, что легче всего застать женщину врасплох, именно когда она разглядывает себя в зеркале. Может, вид любующейся на себя Кадзуэ и побудил Таэко нанести смертельный удар… Но это все мои догадки, я же не женщина, мне трудно судить о таких вещах.
Что толкнуло Таэко на убийство? Мне видятся две возможные причины. Во-первых, озлобление против Кадзуэ. Данный мотив присутствовал и в остальных убийствах. Предлагаю поговорить об этом позже. Во-вторых, убийство Кадзуэ стало актом подготовки последующих «убийств Азот».
Девушки Умэдзава были убиты в доме Кадзуэ. В этом нет сомнений. Место самое подходящее. Они собрались там все вместе, и Таэко отравила их, сложила в одном месте и расчленила. А дальше…
Митараи сделал паузу, и мы наконец смогли перевести дух.
– Теперь переходим к «убийствам Азот». Убийца сорок лет дурачила публику, как это делает в цирке фокусник, демонстрирующий зрителям с двух сторон белый носовой платок. Когда в самом начале мне в общих чертах рассказали об этом деле, я интуитивно почувствовал: что-то в нем есть.
И вот вчера я разгадал эту загадку. Это произошло, когда я вспомнил одно очень похожее заковыристое дельце. А дальше пошло-поехало, и через два часа я уже стоял перед убийцей. В принципе все очень просто. Настолько просто, что никому не приходило в голову, что можно использовать такой прием.
Что же это за дельце? Думаю, люди, имеющие отношение к полиции, о нем помнят. Узнав о нем подробнее, вы сразу поймете, какой трюк был использован в «деле Азот».
Речь идет о махинациях с десятитысячными купюрами. События разворачивались в основном в Кансае года три-четыре назад. Я узнал о них из новостей. Зашел в какую-то забегаловку перекусить, сидел и смотрел телевизор. Это было уже довольно давно, поэтому я точно не помню, что говорил ведущий, но суть его слов примерно такова:
«Сегодня в таком-то городе, в таком-то районе изъяли необычную десятитысячную купюру. У нее была вырезана центральная часть. В результате банкнота стала короче обычной, и две ее половины были склеены матовым скотчем».
На экране телевизора появилась фотография двух купюр – поддельной и настоящей, – чтобы зрители могли собственными глазами увидеть разницу.
«Такие купюры, – продолжал ведущий, – уже встречались раньше в районе Кансай. В Канто фальшивка обнаружена впервые. Еще одно ее отличие – номера в левой и правой частях купюр не совпадают».
Сидевшие за соседним столиком студенты тут же принялись обсуждать, как можно получить лишнюю купюру, отрезая от других по полосочке. По телевизору не стали рассказывать, как это можно сделать, – видно, побоялись, что у них будут неприятности, если кто-то возьмет на вооружение этот метод.
Я мало что понял, слушая разговор студентов, но, придя домой, подумал хорошенько и разобрался, как это делается. На словах объяснить трудно, понятнее будет на схеме. Иида-сан, разумеется, все это знает, а вот Исиока-сан и Мисако-сан – вряд ли. Я объясню…
С этими словами Митараи подошел к доске и начертил на ней много прямоугольников, которые должны были изображать денежные купюры.
– Перед вами двадцать купюр. Конечно, можно попробовать обойтись и десятью, но в таком случае риск слишком велик – купюра получится намного короче настоящей. Безопаснее всего, конечно, иметь тридцать купюр, но тогда прибыль будет невелика. Достаточно где-то пятнадцать-двадцать. Теперь на каждой купюре проведем линию, – говорил Митараи, разлиновывая прямоугольники на доске, – и разрежем их ножницами по этим линиям. Начиная с первой линии, расстояние каждой следующей от левого края постепенно увеличивается. На последней купюре линия проходит почти у самого правого края. Поработав ножницами, мы получаем двадцать купюр, разрезанных на сорок частей.
Пометим каждую часть. При этом Л будет обозначать левую сторону купюры, а П – правую. Получим 1Л, 1П, 2Л, 2П и так далее. Отсюда и начинаются чудеса – или мошенничество, как вам больше нравится.
Купюры разрезаны таким образом, чтобы у каждой следующей левая сторона становилась все шире, пока от правой стороны не останется лишь узкая полоска. Откладываем в сторону часть 1П из купюры № 1, которая стала чуточку короче из-за того, что от нее отрезали полоску 1Л. Затем берем часть 1Л и матовым скотчем соединяем ее с частью 2П – правой частью купюры № 2. Берем полоску 2Л – левую часть купюры № 2 и соединяем с 3П – правой частью купюры № 3. Проделываем то же самое с остальными купюрами. В конце мы соединяем части 19Л и 20П, и у нас остается чуть укороченная (как часть 1П) часть 20Л. Как видите, в результате мы имеем двадцать одну купюру! Странно, правда? Что для этого нужно? Двадцать десяток, ножницы и скотч. Полчаса работы – и десятка чистой прибыли. Забавно, не так ли?
  
Первая и последняя купюры получатся обрезанными с одной стороны, но если сложить вдвое, никто внимания не обратит. В детстве, помню, я часто видел порванные купюры, склеенные папиросной бумагой.